* Этот урод явно более способный в кулачном бою, но что мне ещё остаётся как не принять это за факт? Пытаться бороться это единственный выход, но будь на моём месте лейтенант, он бы уделал его в два счёта * - раздумывал Куро пока подходил к Юсé поближе.

Лейтенант держит Куро за плечо и идёт с ним вместе шаг в шаг, не сводя глаза с мари́йца что только и рад вступить в бой сразу с двумя ничтожествами. Лейтенант знает как драться, нет, он знает как победить.

Куро не ясно поведение Горо

* Слишком он уверен, будто он и впрямь сотый раз в подобной ситуации, а может он просто не способен оценить наши силы? * - думает Ямато. Злоба теплица в груди, голод наполняет живот давящей, ненасытной, жгуче-солёной кислотой и чем-то ещё.

— Простыми ударами с ним не справится, пока в его крови течёт Ихор, победа невозможна, но пока он есть и в тебе, мы наравне. С другой стороны, сейчас с каждым его движением эта благодать по капле выходит из организма, значит нужно просто тянуть время. Это у нас выйдет, бей посильнее, мы поможем. Понял меня?

— Откуда ты знаешь о Ихоре? - шокировано спрашивает еле-еле стоящий на ногах врач, придерживая живот.

— Второй состав во главе со мной прибыл как раз по этой причине, мне было известно что кто-то из марийцев им обладает, и я предположил что наш шпион и есть один из подобных. Оставь его в живых, для экспериментов. Тех кто мог перенести силу Ихора совсем немного и только вы двое есть те кого я видел вживую. Я с самого начала знал кто он и что делает, мы подделывали документы десятка важных сотрудников и спасали жизни некоторых значимых фигур.

Злость перерастает в гнев и живот будто вот-вот выплеснет всю жгучую и презренную желчь из самых глубин.

* Ты... Вместо того чтобы спасти всех и покончить с Картом с самого начала, ты дал ему возможность убить десяток или даже больше наших товарищей. Ты... Ублюдок... * — ледянящими каплями на душу легли страшные мысли доктора. — * И ты смеешь называть себя моим другом? Ты же блядское ничтожество, подобные тебе... Ха-ха-ха, я... Нет, ты ответишь за всё Горо, рано или поздно, я приду и надеру тебя зад. Ты запомнишь этот день... *

— Ты знаешь как с этим бороться? Ч-что мне нужно знать о этой гадости? - быстро отвлекаясь от дурных мыслей говорит Куро.

— Ну, одна из деталей заключается в то  что Ихор был передан богами для сохранения а не лишения жизни. Ихор — всё равно что бронежилет. Укрепление мышц, ускоренный метаболизм да и у тому же, посмотри на его ногу. Видишь что не так? Он не срастил её,не укрепил, а просто...

Ямато бросает взгляд хищный и ловкий, высматривая за долю секунды нужную информацию.

— Законсервировал её чтобы позже срастить потерянную конечность с помощью медицинских знаний... Это значит что он, однажды разбившись, не может восстановится. Это уже что-то.

— Он сможет восстановится лишь когда Ихор "выветрится", но он не вечен и это нам как на руку, так и нет.

Оглядываясь вокруг, Ямато замечает туман из жёлтого дыма, летящего к самому небу и рассеивая облака и крупные капли.

* Ихор — кровь богов. Она превращается в вонючий, подобный серному дым что ядовит для человека. Едкие пары легче воздуха и при этом не смешиваются с паром, продолжая лететь к самому золотому Солнцу. Божественная кровь возвращается домой... Какой же блять бред, нихуя не понятно. Что это значит, какого собственно чёрта происходит? * - с глупым выражением лица обдумывает Ямато.

— Тогда мне незачем так волноваться... Верно?

— А ты не забывай, - грубо и настораживающе произносит Горо, встав позади Ямато. — это также относится и к тебе. Если он сломает твою пустую головешку — мы тебя не починим.

— Так, а делать то мне что, тактика какая-нибудь есть?!

— Спровоцируй его и просто покажи то чему я тебя учил. - толкнув Ямато шепнул Рарт. — Я сделаю всё что в моих силах, дружище, обещаю.

* Он снова назвал меня другом, я конечно благодарен за обучение этой технике, однако он много себе позволяет... * - злобно скалится Куро.

Глаза Ямато видят всё, тело ощущает ветер каждым волоском, нос чувствует все запахи, уши слышат дыхание каждого человека поблизости. Грудь начинает излучать яркий свет, очи сияют подобно солнечным вспышкам. Оба непобедимых — чудовище и герой готовы к сражению.

Куро встаёт в позу что он лучше всего выучил на практике боевых искусств — Птичий клич.

Преимущество этой технике заключается в довольно практичном применении в плане сдерживания. Этот стиль был придуман настолько давно что имя его основоположника было забыто сотни лет назад и если я не ошибаюсь, то им пользовались монахи из гор Мерзи́ть что расположены в Таймахе.

Это если что из документов 1220-ых годов, а не какие-то там выдумки. Как же я люблю хвастаться бесконечной коллекцией исторических справок.

Стиль ориентирован в основном на болевые точки в теле человека. Ямато изучал этот стиль давно, но когда за прошлые две-три недели Горо стал его тренером и подобрал этот стиль доктор расцвёл как никогда. Куро довёл этот стиль до лучших на данный момент возможностей, пускай по началу ему это и не нравилось.

Точные и глубокие познания человеческой анатомии и систем организма, органов и невероятная сила Ихора идеальны для быстрого действия, однако, как я уже подмечал, этот стиль — сдерживающий. Нанести существенный урон, обладая только этим стилем боя, не выйдет. Только мастера способны изощерять эту технику до абсурдности и выворачивать её как заблагорассудится.

Глубоким вдохом Куро втянул максимальный объём горячего воздуха что только мог поместится в грудной клетке и замер. Грудь наполнилась обжигающим кислородом и начала ели заметно светиться. Тело стало крепче, горячее и по венам побежал разогретой Ихор. Холодные капли дождя и горячий воздух. Что может быть лучше летнего дождя?

Прежде Куро практиковался лишь с лейтенантом, так что волнение перед столь могущественным и кровожадным про противником зашкаливает, однако Ямато должен сражаться, ибо если не он то и никто больше.

Юсé и Куро стоят напротив друг друга и ожидают действий. Неважно каких: отведённый в сторону глаз, дергающийся палец, улыбку или что ещё. Это будет сигналом.

Пожар всё ещё горит, говоря Куро не останавливаться, ибо подобное зрелище увидит и его родной дом если ему придётся пасть проигравшим... Дождь стал сильнее, превратившись в стену что не позволяет чётко увидеть их действия, он бил холодными каплями по двум телам подобным статуям. В миг их силуэты оказываются в метре друг от друга.

Юсé бьёт в челюсть правой и тут же взмахивает левой ногой, ударяя Куро снизу в верх. Ускоренное восприятие помогает им обоим разглядеть свои действия, но всё же Куро имеет чуть более ловкие движения. Каждый шаг и взмах Карта будто бы искажает восприятие: удар правой казался медленным лишь по той причине, что Ленс просто играет с героем.

Куро успел его схватить и резко бьёт развернувшись вокруг своей оси несколько раз, словно волчок, бросает его в кривое дерево неподалёку. Мари́ец сносит его своим телом, вырывая почти с корнем из-за огромнейшее инерции. Время кажется остановилось. Карт уже за спиной у лейтенанта, готовится свернуть ему шею но тот ловко выскальзывает из под его взора и бьёт ему в колено. Юсé мгновенно заваливается вперёд, оперевшись на руку, он не ожидая такого сильного удара, и тут же получая порцию свинцовых деликатесов в разинутый от удивления и куража рот и глаза.

Всё кроме правого ока осталось целым. Слегка пройдясь по веску, другой снаряд оставил горячий след, что уже незаметен, а выбитые зеница скорее всего безвозвратно повреждена, ибо исторгает жёлтую кровяную массу и чёрный... Белóк глаза? Но он же чёрный. Ладно, допустим это так и называется.

Юсе хватает Горо за шею и сжимает так сильно что у того трещит позвонки, а из рта хлеснула кровь одним всплеском похожим на росток и звуком пощечины.

Ямато приблизился за сотую секунды, двинувшись одним быстрым прыжком метров на двадцать, и ловко сжал предплечье Юсе, ударив большим пальцем по основанию запястья.

Как только хватка ослабела из-за мгновенно онемевших на секунду мышц руки, лейтенант отпрыгивает в сторону и падая на спину, начинает менять обойму.

Карт держал Горо левой рукой, встав спиной к Юсе Куро также схватил его левой рукой. Врач мгновенно осознал ошибку, как только враг увидел возможность тут же, ей воспользовался.

Карт заламывает руку Ямато, в надежде сломать её или вообще вырвать вместе с суставом и хрящевой тканью, однако доктор сопротивляется. Юсе приятно видеть как добыча борется за жизнь в отчаянных попытка хотя бы на мгновению ощутить себя свободнее.

Карт держит руку Ямато и начинает бить его со всей силы по нижней части спины, прямо по печени и почкам.

Куро ожидал куда большего — боль не ощущается совершенно лишь будто нечто горячее и вязкой проявляется на спине.

Юсе вместо весёлой звериной грима, в наполнились всё тем же недопониманием.

Чудовище глядит на свои бледные кулаки покрывшиеся жёлтым минералом как естественной защитой, то же самое и со спиной Героя.

* Ихор, он был придуман для защиты, вот оно как... Он сам защищает меня не в зависимости от желания, это есть абсолютная защита? Я ничего не чувствую кроме ненависти и огня внутри... Я готов * - обдумывает доктор.

Глядя себе ща спину и выжигая марийцы огненно-солнечным взглядом, герой высвобождается, ударив попутно Юсе в шею. Тот теряет сознание, но вот-вот столкнувшись с землёй, вскакивает с место и как летящая с о склона бочка оказывается рядом с Ямато.

Юсе обладает стилем Волчьего воя — улучшенная версия Собачьего воя. В этой технико применимы сильные удары ногами и руками с тактикой "бей-беги". Огромный урон за короткий промежуток предпочтителен для не особо выносливых. Не самый лучший из стилей, ибо его удобнее и правильнее использовать в группе. Шакал а не волк этот ваш Карт де Крат.

Мариец хватает Ямато за правую руку и тут же выгибает сустав в обратном направлении, причиняя минимальную боль. Юсе повторяет приём доктора, и также покрутившись вокруг своей оси выбрасывает Куро куда-то вдаль.

Тело изувеченного доктора пролетает над головами солдат, мимо грузовиков, мимо мокрых, затопленных полей и валится глубоко в грязь. В тело словно колья, бьют холодные капли, но врач не ощущает холода, ибо внутри наконец-то разгорелись Солнце.

Тело доктора начинает излучать яркий и устрашающий свет, а Ямато стал образом внушающим страх и отчаяние. Это образ гневного Бога. Заворожённый Карт не может сдержать восхищения, он по настоящему ликует, гордится что богиня пожелала в жертву именно этого могучего врага. Это есть чистое счастье и наслаждение для простого слуги Маáри, заиметь среди жертвы во истину достойного и уникального противника способного поставить вас в ступор каждым действием.

Горо испачканный кровью и грязь был готов выстрелить каким-то особым снарядом с зелёной маркой на гильзе, но увидев как доктор встал и пошёл к ним медленными шагами, решил повременить. Вместо этого он махнул рукой и из грузовиков выбежали вооружённые солдаты. Карт на мушке, но он не видит никого кроме Ямато и даже не собирается сводить взгляд.

Курорт, шаг за шагом приближается, оставляя своей поступью след из обожжённой и превращённой в керамику земли. Клубы горячего пара, кипящие на его коже капли высыхают до того как коснуться его солнечно яркой плоти. По белой коже пульсируют вены, артерии и капилляры что практически не способны сдерживать Ихор.

Подойдя ближе двадцати метров, врач совсем изнеможенный бросает взгляд горящей ненависти в окно грузовика. Там сидит Мар, держащий в руках золотой символ знаний. Он смотрит Куро в глаза и показывает жесты:

— Проведи пальцами по обоим сторонам носа до нижней части подбородка. - так перевёл Ямато.

Пока соперник находится в кураже и просто наблюдает, Ямато касается пальцами левую руку из которой вытекает Ихор. Сквозь кристальную массу из вывихнутого сустава в месте маленького разрыва кожи, вытекает жёлтая и красная кровь. Он повторяет озвученные действия.

Мягкие тонкие пальцы пропитались кровью и доктор стал медленно повторять движения записанные в голове. Закрыв глаза, он просто слушал своё новое могучее тело наполняется истомой и тяжким бременем божественной силы на жалкое человечье тело. Руки тяжелеют и ноги липнут к земле ни то от грязи, сколько от треснувших костей и настигающей боли в груди да и во всём теле.

Могу ли я помочь тебе? - спрашивает сам Гаáн.

Сам Гаáн... Ха-ха-ха, Куро Ямато, сегодня тебе повезло услышать его! Не упусти хороший шанс на приятную беседу... Интересно, что же скажет сам Господь Бог этой твари? Надеюсь ты, Великий Гаáн даже не станешь мило общаться с этим атеистом что насмехался над твоим именем. Хотя... Странно что ты сам решил с ним поговорить, неужели от существования Ямато и впрямь зависит что-то очень важное?

Доктору плевать что сейчас с ним заговорил сам Бог на которого молятся, которого просят помощи, прощении, счастьи или вовсе проклинают самой честной и глубокой ненавистью. Врач лишь поднял окровавленную руку истекающую жёлтой позолотой.

Туман окутывает героя и позади появляется силуэт старого мужчины в четыре метра высотой.

Взгляд Карта поражён зрелищем, никогда прежде он не испытывал столь двойственных и сильных чувств, если не считать первого убийства. Юсе видит как позади Ямато проявляется фигура могучего Бога, оголённого по торс, накачанного и сверкающего как самые яркие самоцветы на планете. Абсолютно идеальный, без изъянов и пороков, самый что ни на есть Гаáн.

* Да, нам всем нужна твоя помощь, Господь, всем до единого, но разве ты поможешь?! * - в полусознании думает врач.

— Не сомневайся, Седьмой, мои руки дойдут до каждого. Карай всех кого нужно, грехи твои отмыты будут лично моей кровью... Не бойся грезить о все сильном как об отце... - в слух произносит Гаáн, вознося руки над головой. — И да, не забыть передать своему дружку что он мой должник.

Явившийся самолично Бог развёл руки в стороны и, глядя в небо, совершает хлопок что раздвигает сами облака. Дождь лишь на мгновение прекратился, но тут же Гаáн опустил руку и коснулся плеча Ямато одним пальцем.

Солнце пробилось одним единственным лучиком еле-еле согревая доктора и единовременно с этим его одолевает желание выплеснуть всю подноготную.

Ямато знает что такое предел и что их нужно превосходить, но сейчас это вопрос жизни и смерти. Сейчас или никогда. Облака возвращаются на место, затягивая серость всего неба в одну точку. Небо становится чёрным, солнечные лучи не способны более пробить этой стены.

Дикая ненависть в перемешку с желчью выплёскивается наружу в видя сотен языков золотого огня. Словно могучее древо давшее свои корни глубоко в душе врача, огонь уподобился листьям солнечного дерева с миллионами лепестков изжирающих каменную плоть Карта. Огонь подобный золотому сиянию Солнца озаряет долину лишённую небесного маяка. По мере горения туман растворил в себе силуэт Гаáна и улетучился из-за сверхвысокой температуры. Кожа марийца и его мясо стали чернеть и больше походить на куски тлеющего благодатным огнём угля. Если бы всё было так просто. Обрывки одежды сгорали, темнея и медленно скукоживаясь. Это крылья Седьмого — Великого Ворона Ямато. Сияющее золото опалённого доктора внушает страх и веру. Мертвецки чёрное небо продолжило лить с прежней силой, отражая в каждой капле образ и свет Куро. Чёрные и не различимые фигуры машин, деревьев и холмов были узримы солнечным светом, отбрасывая бесконечно длинные тени от потока яростного пламени.

Обожённые руки и тело Юсе превратились в сажу, горящие куски кожи и дрянного мяса что стали тут же отпадать вместе с запёкшейся кровью. Запах жареного мяса вызывает рвотные позывы, увиденное солдатами заставляет их молится на коленях, плакать и просто закрывать глаза в страхе.

За мгновение до вспышки могучего пламени Карт увидел как во рту Куро загорелось само Солнце что убивало и его бессильное тельце.

Ямато лежит на земле, Ихор полностью вышел вместе с огнём и опалил всю слизистую рта, носа, снаружи губы, внутреннюю часть зубов, дёсен и часть лица, включая нос с бровями. Температура огня достигла семи сотен градусов лишь на мгновение, но этого было достаточно чтобы практически убить Куро. Ямато катается во влажной грязи, крича и матерясь из-за сильных ожогов первой, второй и возможно третьей степени. Отслаивающаяся кожа пачкается и липнет к грязному полу, снова к лицу и опять к полу, но пускай это и так мерзко, смешивать кровь и лимфу с настоящим бактериальных раем, это всё же единственный способ охладить организм и остановить горение внутри. Хлебая из земляной мутной лужи доктор наверняка получит отравление, но он же сам это прекрасно знает, продолжая наполнять покрытую волдырями ротовую полость и треснувшие сухие губы что источают горячую кровь, он поглощает это месиво даже не думая как это выглядит со стороны. Мар даже не сдвинулся с места увидев божество, он явно что-то знал об этом? Что это были за жесты, призыв Гаана или же возгорание для ненависти?

Неожиданно с неба падает Символ света, тот самый, переданный Мар ещё давным давно. Символ сработал как печать и сохранил Куро жизнь за счёт Ихора что был запрятан в сердцевине. Если бы не этот артефакт, Ямато превратился бы в кусок сочного мяса сильной прожарки. Значит я и впрямь не зря тебя недолюбливаю, Мар, ой как не зря.

Горо Рарт и пара солдат уже на подходе вскользь пролетает и сбивает Юсé с ног, хватая того за торс. Подняв прямо над собой тело озадаченного соперника истекающего кровью, он резким движением вонзает его верх ногами в разжижению грязь, выгибая его спину в неправильном положении. Приём был одним из базовых борцовских и назывался «Падение». Удар был настолько силён, что мариец даже не был способен пошевелиться пару секунд за которые из грузовика выбежал Отец Мар. Он решился выйти и переубедить своего знакомого, не может же он смотреть как гибнет его товарищ ( точнее один из тех что мог быть раньше). Это же неправильно... Мар падает на колени и начинает трясти вскочившего на ноги Кáрта за плечи и молить его:

— Почему ты стал таким, милый мой, вернись ко мне, прекрати служить проклятой богине, ты меня слышишь!?

— Отец, прошу НЕ СЕЙЧАС, у меня дела... Это было так будораж... Буражад... Ахуительно... - вне себя от кайфа, страха и злости запирается мариец.

— Посмотри на себя, ты стал мерзавцев, грешным человеком, но мы с дедушкой не так тебя воспитывали... Просто откажись от Ихора, и я попрошу Якáрского императора о милосердии!

Молю тебя, вернём же нашу семью на путь праведный, мы можем стать примерным гражданами Якáра!

Карт, стоя на коленях, хватает отца своими крепкими изуродованными руками что у того начинают скрипеть кости.

— Отец, неужели тебе промыли мозги, неужели ты больше не представляешь счастливой жизни на родине? Ты затесался среди этих уродов что истребляют наш народ ради жалких артефактов и считаешь что я... Должен их оставить? Ни. За. Что. При всём моём уважении отец, таков долг. Мне нужно ни милосердие или уважение Якарцев, а ты отец, только ты. Наша семья не станет жить, кланяясь в ноги им подобным, слышишь?

— Сын мой, прекрати сейчас же, наше государство предало наш многострадальный народ, но у нас есть шанс всё изменить! Доверься мне, милый. Мы можем начать всё сначала.

В этот момент Ямато вырывает пистолет из рук Горо и делает выстрел.

Карт замечает это и встаёт чтоб загородить собой отца, поймав пулю что не нанесла ему урона. Его яростный безумный взгляд ровно на сотую секунды наполнился страхом, столь очевидным и глупым. Мар обхватил своего товарища за торс и прижался вплотную, стараясь то ли удержать Карта, то ли успокоить и самостоятельно разобраться с его гневом и мимолётной паникой.

Ямато готов стрелять и навряд ли промахнётся с такого близкого расстояния. Его обгоревшее лицо похоже на фарш, звуки что он издаёт при вдохе словно свинячьи визги, но его взгляд всё также наполнен ненавистью и Солнцем.

* Мар де Крат и Юсе Ленс... Имя Юсе — Карт де Крат, значит у них одинаковое родовое имя или же марка... Неужели Отец Мар действительно отец Карта? Во что превратилось его чадо?! Пускай и так, нынешнее положение дел требует решений тяжёлых и жестоких*

— Ты не выстрелишь в Мар, он же теперь якáрец. - умничает Юсе. — Или...

Не дослушав хитрые высказывания Карта, Ямато делает два точных выстрела, попадая в руки Мар, что и так покрыты кровью.

— Что ты делаешь урод, ты считаешь я оставлю это безнаказанным!? - в ярости выкрикивает Карт.

Ямато передаёт пистолет в руки лейтенанта, а тот наводится на Мар, но на этот раз Карт присел прикрыв отца полностью.

* Я прибыл сюда лишь по двум причинам: * - думает Карт. — * Убить как можно больше высокопоставленных членов из Якара и найти отца. Если он погибнет то ничего не будет иметь смысла... Я тебя не оставлю отец, мы справимся с этим. Кризис обязательно нас обойдёт и мы снова воссоеденимся... *

— Я знаю что ты боишься потерять, для меня твой отец такой же мари́ец как и ты. Либо я убиваю Мара, а после Куро добивает и тебя, либо сейчас я отвезу тебя в тюрягу и все будут живы. Что выберешь? - безэмоцианально произносит лейтенант.

Карт с удовольствием бы послал его к чёрту, сломал бы череп, вырвал руки и многое другое, но сейчас его отец под прицелом уже нескольких человек вышедших из грузовиков, что мигом отнимут то что ему дороже всего.

— Вот ты и попался, Карт.

— Вот я и попался, лейтенант, не думал что вам будет настолько просто. Выбора у меня нет, но как ты меня в тюрьму то посадишь? Неужели думаешь я оставлю попытки разорвать тебя и свою законную жертву? Да и вообще, чем провинился мой отец?! Я перед тобой, я твой враг!

Врач не собирается слушать такого мерзкого человека.

— Для гарантии я посажу Мар в другую машину к своим ребятам и те будут держать его на прицеле всё время, а что касается тебя...

Куро выходит вперёд и хватает Карта за руки. Он явно не нацелен слушать всякую хуйню ибо двое суток без сна потихоньку дают о себе знать.

— Если я правильно понимаю, то несмотря на повышенный тонус мышц, реакцию и многое другое, есть то, что невозможно достаточно сильно развить тренировками, а именно связки. Какой бы сильный или ловкий ты ни был, суставы сильно крепче не станут. - кивнул в сторону врача лейтенант.

Через мгновение Куро вывихнул ему обе кисти, позже плечи и как верёвкой обмотал его тело тугой железной аркой от грузовика. Приказ исполнен.

Лейтенант отшатывается на пару шагов с удивлённым взглядом. Это было так просто что вызывает у тебя волнение? Лейтенант, вы де стольких людей убили а вас пугает ЭТО?

— Не скажу что точно спасёт, но если будет рыпаться то мы заметим. Просто мера предосторожности. - еле бормочет доктор.

— На удивление это не так уж и больно. – смеётся Карт.

— Этот наверняка из-за того вещества в организме, будь ты без него, то уверен, ты бы молил прикончить себя. – предполагает Куро, затягивая потуже на всякий случай.

Горо Рарт подходит к обессиленному Мар и просит его о прощении и благодарит за то что он тянул время. Из грузовика выбегают врачи и уносят Ямато. Срочное обесбаливание, снотворного, немного мазей и куски кожи заживут. Это ведь так работает?

— Прости меня Мар, прости меня милый священник, проси чего пожелаешь, всё тебе за такую службу отдам. Такие как ты люди у нас в почёте живут...

Мар, стоя на коленях, складывает руки в очередной молитве, разбрызгав ненароком кровь.

— Помоги сыну моему, ни о чём большем не попрошу, только пусть одумается.

Ихор частично вышел из Карта в виде мерзкого серного тумана, так что боятся особо нечего, сила его покинула и теперь он почти в полном объёме ощущает жгучую пронзающую боль в теле. Горо забрасывает обоих мари́йцев в один грузовики и садится с ними, чтоб залатать руки бедного многострадального священника.

Мар сидит в обнимку и плачет от невыносимой усталости и томных тяжких ожиданий, что рвали ему душу всё это время, а Рарт медленно и методично залечивает его ручонки, пускай в этом он и не силён.

Карт потерял весь Ихор и от невыносимой боли потерял сознание. Его мерзкое и обгоревшее тело воняет самой что ни наесть гнильцой. Тело марийцы покрыто чёрной сухой,а в некоторых местах жидковатой золой. Теперь он больше подобен не великому страху внушаемому сотням, а простой сгоревшей кукле из ваты. По какой-то причине его сердце всё бьётся и бьётся. Грузовики медленно тронулись и полетели по кривым размытым дорогам, путь предстоит не близкий. Лейтенант доложил в штаб о ситуации и спустя двадцать минут тишины получил разрешение на въезд на территорию Бастилии к западу, в самое пекло войны. Именно там должен быть расположен один из самых защищённых и оборудованных центров обороны. Дорога обещает очередную нервотрёпку, но вскоре всё уладится, рано или поздно всё закончится.

***

Б-б-благодарю дорогой читатель! Мне было приятно поделится с вами очередным фрагментом этой маленькой истории. Я очень рад что вы всё ещё со мной и считаете эти события в жизни героя достаточно важными, чтоб обратить на них свой взор.

Конец, скажем, первого тома мог быть куда более страшным, но по моему большие жертвы для больнички что стоит на окраине мира это перебор, не стану же я губить якáрцев чтоб усилить эффект напряжения или отвращения по отношению к марийском выродкам.

...Вы всё такой же загадочный и тихий, мой читатель, но если у вас есть что сказать, подметить я был бы очень рад узнать ваше мнение, однако я рискну предположить, что наши с вами отношения ещё не достигли нужного уровня... Или нам лучше и не становится ближе? Пожалуй не стоит, близкие отношения вредят работе, так что пусть всё останется таким каким является сейчас. Хорошо? Вот и славно. Вы для меня – неизвестность. Именно по этому мне сложно предсказать ваши действия или ход мыслей, но так же скажу, что вы способны лишь изучать ход истории, но не влиять. По край не мерия я не заметил вашего влияния. В любом случае вы можете забросить это повествование куда подальше и забыть обо мне, но я ни капли не расстроюсь, уверен у вас имеется своя жизнь и дела что важней этих строк.

Возможно без вас у меня и вправду будет куда больше шансов на победу... Я не обижусь, и вы не обидитесь. Хотя зачем я это спрашиваю, ответить вы конечно не сможете, но и я на врядли растроюсь вашему отсутствию. Всё замечательно? Конечно замечательно. До встречи, мой друг... То есть читатель.

Увидимся в томе под номером два.