«Зачем? Зачем? Пустота! Здесь так пусто! Одиноко. Вода… Только плеск воды...Мой спутник и друг…»

В кромешной тьме звучал неясный шепот, он то усиливался, то затихал, так волны набегают на берег. Ясуо едва переставлял ноги, его старое тело сбоило, подобно кинескопному телевизору. Его окружало безмолвное ничто, густая тьма касалась рук, ласкала лицо, плотным коконом обволакивала душу. Она звала к себе в пустоту, где нет проблем, где ничего нет.

«Слышь его? Так плещут волны о берег. Только луна видит меня. Остальные не замечают. Они проходят мимо. Потому что меня не существует. Не существует…Из-за тебя!»

Истошный крик оглушил Ясуо, он зажал уши руками, но это не помогло заглушить голос. Он верещал, как сирена во время чрезвычайной ситуации, когда землетрясения сотрясали город в неистовой ярости, предупреждая о скорой гибели. Нестройный гул проникал внутрь Ясуо и заполнял его до краев. Он упал в вязкую темному и полил о пощаде, хотя и не понимал, в чем провинился, но обещал все исправить. По щекам текли слезы, оставляя соленые поцелуи на губах.

«Не искупить…»

Ясуо открыл глаза, сердце гулко стучало в груди. Он озирался по сторонам, не узнавая собственную комнату. Солнце заглянуло в окно и окрасило все в алые тона, от книжных стеллажей вдоль стены потянулись теин.

— Всего лишь сон. — Ясуо облегченно вздохнул.

С недавних пор ему снились неясные ведения, полные боли и страданий. Он в черной шелковой пижаме сел в кровати и сжал белоснежную простыню. На Ясуо смотрели заполненные книжные шкафы, они напоминали, кем он был. Редактором. И кому посвятил жизнь. Книгам. В дальнем углу, между стеллажами, притаился черный силуэт, пустые глаза уставились на Ясуо. Его спина покрылась мокрым потом, он схватил одеяло и накрылся с головой, как в детстве, когда боялся монстров в шкафу. Когда Ясуо вырос, то узнал, что чудовища живут среди людей. Он стал лучшим среди них, иначе не выжить в мире взрослых, не взобраться на вершину, куда не дотянуться руки монстров.

Комнату заполнили джазовые мотивы Тосико Акиоси, они принесли Ясуо успокоение. Только джаз и хорошее виски радовали его, а еще красивые женщины. Но дни его молодости прошли. Будильник прозвенел еще несколько раз и выключился. Ясуо опустил одеяло, тень исчезла, но тревога уже расползлась по телу.

— Соберись! — Он ударил себя по щекам и отбросил одеяло.

В одной пижаме черного цвета спустился Ясуо на первый этаж, прошел через пустую гостиную на кухню. Там сварил кофе, позавтракал в одиночестве. Только мерное тиканье часов служило ему собеседником. После он вернулся в комнату и переоделся в коричневый деловой костюм, причесал седые волосы и покинул дом с портфелем в руках.

На улице возле массивных ворот его уже ждал водитель Нобуро в униформе издательства «Сэнгоку». И он, и даже машине «Тойота» принадлежали компании. Сам Ясуо ничего не имел, кроме книжного шкафа и уязвленной гордости. Он мог покинуть издательство, когда его сместили с должности главного редактора, но тщеславие не позволило. Ясуо отдал компании большую часть жизни и не собирался уходить на покой. Они еще пожалеют, что решили избавиться от него.

— Доброе утро, Кагава-сан. Сегодня замечательная погода, не правда ли? — водитель учтиво поклонился и открыл заднюю пассажирскую дверь.

Ясуо молча забрался внутрь и достал из портфеля отчет о продажах за прошлый месяц, только его отдел додзинси показал худший результат, им не выделяли бюджет на продвижения, многие редакторы уходили в молодые издательства, где к ним прислушивались. Издательство «Сэнгоку» заявило о себе в послевоенную депрессию. Тогда они открывали новых автором, спускали бюджет на сомнительные проекты и так оказались на вершине. Но времена изменились, теперь всем руководят деньги и репутация. Сейчас издательство осторожно подходит к новым проектам, а Ясуо сместили за пьяную драку в баре. Тот молокосос оказался сыном министра культуры — двойная неудача. Все удалось замять, но какой ценой? Ясуо покинул свой пост в угоду общественности, но остался в компании. Его рано списали в утиль.

Водитель свернул в район Роппонги, машина остановилась на красный сигнал светофора. Ясуо лениво рассматривал стройку, черные окна следили за городом, иногда в них появлялись рабочие, но тут же исчезали. Неясная тень промелькнула на одном из этажей. Ясуо поежился от холодных мурашек и отвернулся. Сердце быстрее забилось, отдаваясь на висках. В кармане завибрировал телефон, и Ясуо ухватился за него, как за якорь действительности. На почту пришло сообщение от Мурасаки Саюри. Он поморщился, но письмо открыл, писательница сообщила, что разрывает контракт на все книги. Этого следовало ожидать. Ясуо расстался с Мурасаки на прошлой неделе. Это письмо было адресовано и Сакиме Мэгуми, она стояла в копии. Сейчас грянет буря!

В руках Ясуо зазвонил телефон, на дисплее высветилось: «Сакима Мэгуми». Он стиснул руку в кулак и ответил:

— Кагава слушает.

— Ты должен вернуть Мурасаки-сан! — кричала Сакима, ее голос дрожал от гнева. — Типография уже печатает тираж, отдел маркетинга два месяца работал над рекламной кампанией.

Ясуо слушал гневную тираду Мэгуми и представлял, как она хмурит брови, как вздымается ее грудь от ярости. Интересно, она догадалась, что он спал с ними обоими? Неважно, он выбрал Мэгуми, что вышло боком для издательства. Ясуо вздохнул.

— Это невозможно! Эта упрямая женщина не вернется.

На той стороне наступила тишина, а потом раздался холодный голос Мэгуми:

— Если Мурасаки-сан разорвет контракт, то я полностью сокращу финансирование твоему отделу, вам придется печатать додзинси за свой счет. От тебя уйдут оставшиеся авторы, а тебе придется согласиться пожизненную пенсию от издательства, Ясуо! Если не можешь решить эту проблемы, то тебе пора на покой. Прекрати приносить несчастье компании! Ты свое уже отжил. Может пора отдохнуть? Отправишься в путешествие, поживешь для себя!

Ясуо поджал губы и ударил кулаком по стеклу. Они только и ждут, чтобы избавиться от него. Что ему делать на пенсии? У него есть только издательство и книги, которым он посвятил всего себя. Только работа спала от ночных кошмаров и призраков.

— Исключено! Собралась от меня избавиться, Мэгуми?! — он повысил голос, злость бурлила в крови. — Я не только верну Мурасаки-сан, но и заключу договор на новую книгу!

Машина медленно заехала на стоянку издательства, когда Мэгуми заговорила снова:

— Как всегда, упрямишься! Хорошо, я услышала тебя.

Мэгуми положила трубку, а Ясуо открыл галерею в телефоне, где нашел фотографию Итиханы Акинори — его секретное оружие. Мужчина внушал страх, меньшего не ожидаешь от якудза. Возможно, этого и не хватало издательству: честного и принципиального сотрудника.

— Так ли ты хорош, Итихана-кун, как о тебе отзывался Ямада-сан. Принесешь ли ты удачу?

***

Цокольный этаж издательства «Сэнгоку» напоминал военный бункер. В узком коридоре вдаль тянулись обшарпанные стены и железные двери со ржавчиной, в дальнем угле мигала одинокая лампочка, то погружая его в темноту, то озаряя яркими вспышками люминесцентного света. Такая же была на том складе, куда наставник привел Акинори. Он хотел показать, как выбивают долги. Один бизнесмен взял крупную сумму и перестал выходить на связь. Тогда наставник нашел его семью и прислал мужчине их фото. Это сделало бизнесмена сговорчивым. Он пришел на заброшенный склад, где также мигала лампа да капала вода. Акинори наблюдал, как наставник угрожает бизнесмену, отчего тот трясся и бормотал несвязное. Внезапно мужчина вынул пистолет из кармана пиджака. Руки бизнесмена тряслись, но взгляд был отчаянный, как у загнанного зверя. Акинори сорвался с места и закрыл наставника, пуля прошла под ребром. Мир закружился в ярком калейдоскопе, а отчаянный крик затопил сознание Акинори. Защитить клан любой ценой, это меньшее, что он мог сделать, чтобы отплатить оябуну за его доброту. Акинори мог умереть на улицах, когда сбежал из приюта, но клан Ямада-гуми принял его. Они подарили ему новую жизнь. Пора отдать долг.

Акинори прошел большую часть коридора, его шаги гулко звучали, словно эхо в горах. На одной из дверей висела табличка: «Отдел додзинси», а снизу был приклеен плакат, где неровным почерком написано:

«— Рай – это мечта. Пустой слух. Его нет на самом деле.

— Если ты не пытаешься найти его, как ты убедишься, что его нет?»

Это предостережение или приветствие? Акинори толкнул дверь, она не сразу поддалась, ему пришлось навалиться всем весом, чтобы открыть ее. Яркий свет ослепил Акинори. Внутри оказалось небольшое помещение, оно едва вмещало множество столов, они располагались в хаотичном порядке, и только один находился особняком у дальней стены. В отделе никого не было, лишь тихо гудел кондиционер. Неужели, ошибся дверью? Акинори прошел внутрь между двумя столами, заваленными стопками книг, манги и бумагами.

— Я жива! — закричал женский голос за одним из столов.

Акинори поспешил туда. На полу в спальном мешке лежала девушка со взлохмаченными белыми волосами, изумрудные глаза смотрели с любопытством. Внезапно ее лицо озарила улыбка, она вскочила, ударилась головой о столешницу.

— А-та-та! — девушка потерла ушибленное место. — Извините! Я не ожидала встретить путешественника!

Она расстегнула мешок и выбралась из него, методично отряхнула длинную оранжевую юбку и белую водолазку. Девушка выпрямилась и встала в позу: одну руку приложила к небольшой груди, а второй обхватила подбородок. Макушкой она доходила Акинори до груди и напоминала младшую сестру, чем коллегу.

— Я Рэйко. Принцесса осуждения, волею судьбы призванная в этот мир... — она сделала паузу и подскочила к Акинори, взяла его за руки. — Неужели, и ты из другого мира? Что же, можешь присоединиться ко мне. Пусть и выглядишь грозно.

Акинори привык, что его внешность пугала, особенно шрам на лице. Он мог убрать его, как предлагал оябун, но не стал. Пусть напоминает о прошлых ошибках. Странная девушка его не боялась, либо не показывала вида. Акинори мягко отстранил Рэйко. Он не понимал, о чем она говорила. Может, это проверка? Оябун не упоминал об этом, а лишь приказал Акинори отработать год в издательстве. И он подчинился без вопросов, как и всегда. Рэйко наклонила голову набок, а потом сощурилась:

— Тебе, что не выпадала Фешиль в Геншине? Или ты любишь Госпожу? — Она начала загибать пальцы на руке. — Наверное, ты гамаешь в ХСР? Или в ВуВу? Или ты из старой школы? Финалка? Дота? Нет. Тебе больше подойдет Контра.

Девушка сложила руки на груди и широко улыбнулась, будто решила сложную задачу. Акинори вздохнул, кажется, в отделе додзинси работают чудики. Либо он безнадежно отстал от жизни, пока служил оябуну? Акинори не читал ни мангу, ни книги, только отчеты лидеров групп да сводки криминальных новостей. Почему Ямада направил его сюда? Акинори отбросил сомнения. Нельзя оспаривать решения оябуна, он мудро руководил кланом на протяжении тридцати лет, ему можно доверять.

— Меня зовут Итихана Акинори. Я новый сотрудник отдела. Прошу позаботиться обо мне!

Акинори поклонился, а когда выпрямился, то увидел, что Рэйко уже сидела за компьютером. Она просматривала какую-то мангу.

— Лучше уйдите отсюда, Итихана-сан. — Скучающим голосом произнесла она. — Все равно не задержитесь, как и предыдущие.

Из подсобного помещения вышел мужчина в медицинском халате с белой кружкой в руках. Он медленно отпил из нее, а затем взъерошил короткие черные волосы.

— Рэйко-тян, повежливее. Иначе мы потеряем еще одного союзника.

Девушка даже не посмотрела в сторону мужчины.

— Он безнадежен, ему не место здесь!

Мужчина прошел между столами, огибая стопки книг на полу, перешагнул через лист бумаги и остановился возле Рэйко и Акинори.

— Члены лаборатории — мои союзники. Мой враг — весь остальной мир! — задорно провозгласил он, а затем обратился к Акинори. — Меня зовут Мурояма Гэнтаро. Рад, что ты присоединился к нашей команде!

Гэнтаро протянул руку на западный манер. Акинори сжал ее. Сильное рукопожатие — признак лидерских качеств, хотя по Гэнтаро не скажешь, что он способен вести за собой. Дверь с шумом распахнулась. В отдел вбежал худощавый мужчина в коричневом костюме, его жидкие седые волосы растрепались и закрывали половину лица. Он нервно окинул взглядом помещение, словно кого-то искал, а потом остановился возле Акинори.

— В жизни ты выглядишь ещё грознее, Итихана-кун. — он похлопал его по плечу. — Нас еще не представили. Меня зовут Кагава Ясуо, и это я тебе взял в отдел. Ямада-сан хорошо о тебе отзывался. Твоим первым заданием будет вернуть Мурасаки-сан в издательство и уговорить ее написать новую книгу для нас.

Рэйко вскочила с места.

— Почему Мурасаки-сан ушла от нас? Это все из-за вас! — она указала рукой на Кагаву, словно знала, в чем тот виноват. — За что нам такой начальник, от которого одни беды? Вас прокляли сами Небесам, когда вы родились в месяц смерти!

Лицо Кагавы побледнело, а затем покрылось красными пятнами.

— Исо-тян, не забывайся! — его голос задрожал от едва сдерживаемой ярости. — Я все еще твой начальник. Хочешь искать новую работу?

Между ними встал Гэнтаро, он возвышался над Рэйкой и был одного роста с Кагавой.

— Давайте, успокоимся. — он взял под локоть Рэйко. — Итихана-кун уладить это дело, а мы с тобой выпьем кофе. Неподалеку открылась уютная кофейня. Пойдем. Я куплю тебе любимый десерт.

Гэнтаро подмигнул Акинори и увел Рэйко, которая уже заметно повеселела и даже напевала странную песенку:

«Первая Алиса, что вошла в Страну Чудес,

Храброй девушкой была с мечом на перевес.

Представала храбро пред опасностью любой,

Путь кроваво-красный, оставляя за собой…»

Кагава уже потерял к ним интерес, он сел за стол и включил компьютер. Акинори не знал, что ему делать, где искать загадочную Мурасаки и почему она ушла из издательства. Кагава поднял на него взгляд, в карих глазах проскользнула грусть. Он открыл телефон, что-то набрал там и бросил Акинори:

— Я отправил тебе адрес. Иди! — Кагава уже вернулся к работе. — Докажи, что Ямада-сан был прав. Реши эту проблему.

Акинори поклонился:

— Как прикажете, Кагава-сан.

Акинори привык решать чужие проблемы, не раз ему приходилось вытаскивать членов клана Ямада-гуми из неприятностей, поэтому к нему часто обращались за помощью. Неужели Кагаве нужна его сила? Поэтому Ямада отправил его сюда? Сплошные догадки, ни одного ответа. Акинори покинул отдел додзинси. В коридоре мигала лампочка, откуда-то потянуло сыростью. На лестнице скрылась чья-то рыжая макушка. Акинори поднялся в просторный холл, где суетились работники издательства. Он открыл телефон и прочитал сообщение:

«Отправляйся в отель Гиндза Гранд, номер тринадцать.»

Акинори сжал телефон. Воспоминания о Кокоми вернулись с новой силой. Ему придется снова оказаться в том отеле, где закончилась его жизнь. Кокоми больше нет, но Акинори нужно искупить вину перед оябнуом, чтобы жить дальше.

***

— Что в тебе такого хорошего, Итихана-сан? — Ёсико закусила большой палец и выглянула из-за угла книжного магазина.

Мужчина перешел дорогу на зеленый цвет и пошел по тротуару. Ёсико последовала за ним на расстоянии. Она следила за Итихоной, еще с утра, когда он зашел в отдел додзинси. Чуткий слух ёкая позволял ей подслушать разговор. Стало ясно: он не впишется в коллектив и скоро уйдет. Если нет, то Ёсико ему поможет. Ей нужно перейти в отдел додзинси. Оказалось, что проклятый старикашка уйдет с поста главного редактора и осядет в неприметном отделе. Коллеги Ёсико рассказали, что Кагава в пьяной драке избил сына министра культуры, поэтому ему пришлось уйти. Издательство назначило пожизненную пенсию, но Кагава отказался и заявил, что они еще пожалеют об этом. Но пока отдел додзинси не показывал хороших результатов. Если так и дальше пойдет, то редактор Сакима может закрыть его, как убыточный. Тогда Кагаве придется уйти. Его не возьмут в другие отделы, там уже набран коллектив. Об этом Ёскио узнала в отделе кадров, куда обратилась с просьбой о переводе в отдел додзинси. Ей отказали, потому что Кагава запросил лишь одного стажера. Выходит, нужно избавиться от Итиханы.

Ёсико спустилась на станцию Каракуэн вслед за Итиханой. В тесной и душной подземке набилось много народу: от домохозяек до молодежи. Ёсико затерялась в толпе, но следила за Итиханой, его прямая спина виднелась вдалеке, а макушка черных волос возвышалась над ожидающими синкансэн. Итихана походил на охранника, вышибалу в баре или бандита, а не на стажера в издательстве. И как его только взяли туда? Из туннеля вынырнул синканскэн. Пассажиры сбились в толпу на платформе. Мужчина с помятым лицом и бумажным пакетом подмигнул Ёсико, она отвернулась от него. С тихим шелестом открылись двери вагона, наружу высыпались люди. Вместе с толпой Ёсико прошла внутрь. Неподалеку Итихана взялся за поручень, хотя были свободные места. Ёсико встала за шумной компанией, двое посмотрели в ее сторону. Она смерила их строгим взглядом, в зеленых глазах вспыхнул желтый огонек, но тут же пропал, так и у юношей исчезло желание с ней знакомиться. Этот трюк Ёсико выучила прошлым летом, чтобы отваживать мужиков на улице. Стоило им показать неестественные кошачьи глаза, как они убегали со всех ног. Иногда попадались упрямые, тогда она оставляла на их теле отметины когтями. Ни один мужчина не мог приблизиться к ней, если не искал смерти.

— Станция Симбаси. Станция Симбаси. Будь осторожны, выходя из поезда. Следующая остановка Хигаси-Гиндза.

Итихана занял место около выхода, Ёсико остановилась за высокой девушкой, из ее наушников доносилась какофония из звуков, лязга и грохота. Она переписывалась в чате, ее тонкие пальцы ловко бегали по клавиатуре. Ёсико невольно залюбовалась. Такие же изящные пальцы были у хозяйки. До того, как болезнь подкосила здоровье Рицуки, она давала частные уроки музыки. В те времена дом наполнялся чудесной мелодией фортепиано. Ёсико любила спать возле него и слушать игру хозяйки. Поезд плавно остановился, и девушка пошла к выходу. Ёсико опомнилась, когда Итихана уже покинул вагон. Она поспешила за ним.

Вместе они дошли до отеля Гиндза Гранд. Величественное здание тянулось к облакам, его вытянутая конусовидная форма давила величественностью, его как будто окружала особая аура. Ёсико поежилась, на миг она снова стала беспомощной перед неотвратимой судьбой. Однако той Ёсико больше нет, а то, что родилась в день смерти хозяйки, не даст себя в обиду и выполнит последнюю волю Рицуки. Перед входом остановился Итихана. Он вынул кулон в виде сакуры и сжал его. Может, его что-то связывает с этим зданием? Ёсико не успела обдумать эту мысль, потому что Итихана прошел внутрь. Он показал консьержу карточку сотрудника, и его пропустили. Ёсико последовала его примеру. Мужчина в униформе смерил ее строгим взглядом:

— Кто вы? Мурасаки-сан ждет только Итихану-сан. — он сложил руки на груди и покачал головой. — Писательница не принимает гостей. Вам лучше уйти.

Ёсико убрала пропуск и огляделась по сторонам. В холле никого не было, приятная музыка доносилась из динамиков. Она приблизилась к охраннику, так что ее дыхание касалось его щеки. Мужчина напрягся, его взгляд упал на открытое декольте. Ёсико оскалилась и провела языком по губам.

— Ты пропустишь меня, — она прошептала низким голосом, и мужчина закивал, как болванчик. — Это будет нашим секретом.

Ёсико щелкнула пальцами, и взгляд консьержа затуманился, он указал рукой в сторону лифтов, на таком же уехал Итихана.

— Мурасаки-сан в номере тринадцать, на втором этаже.

Когда Ёсико вышла из лифта, то в широком коридоре не было Итиханы, наверное, он уже в номере. Ёсико медленно шла по коридору в поисках тринадцатого номера. Он оказался в конце коридоре. Оттуда доносились голоса: возбужденный женский и спокойный мужской. Итихана старался уговорить Мурасаки остаться в издательстве, но та лишь вздыхала по ушедшей молодости, которую она отдала Кагаве. Ёсико вспыхнула, ярость разгоняла кровь, а ногти удлинились. Выходит, старикашка имел любовницу, когда навещал хозяйку. Рицуки любила мужчину, который был недостоин этого. Ёсико глубоко вздохнула и вернула себе человеческое обличье. План созрел мгновенно. Она не только поставит Кагаву в затруднительное положение, но и ускорит увольнение Итиханы. Ёсико растрепала волосы, смазала помаду с губ, расстегнула еще одну пуговицу и выбила дверь ногой. Та с грохотом открылась. В ее сторону посмотрел удивленный Итихана и взвинченная Мурасаки.

Любовницей Кагава была женщина за сорок, густой слой тоналки скрывал морщины, густые черные волосы разметались по плечам домашнего кимоно с откровенным разрезом, воспаленные глаза и опухшее лицо говорили о бессонной ночи. Похоже, Мурасаки тяжело переживала разрыв, что только на руку Ёсико.

— Вот ты где, Итихана-кун! — взвыла Ёсико в лучших традициях мыльных дорамм, что иногда смотрела по телевизору, чтобы научиться манипулировать мужчинами. — Ты променяла меня на эту старуху?!

Мурасаки побледнела, а затем развернулась к сбитому с толку Итихане, он переводил взгляд с Ёсико на женщину и молчал, чем только усугублял свое положение. Она замахнулась и отвесила ему пощечину.

— Каков начальник, таков и починенный. Кагава-сан всегда держал подле себя отвратительных людей. Похожие ауры притягиваются!

Итихана смерил Ёсико суровым взглядом, отчего по телу разбежались мурашки. Ее пугал этот мужчина, но отступать она не собиралась.

— Мурасаки-сан, я не знаю эту женщину. — вкрадчиво говорил Итихана. — Посмотрите, она явно не в себе. Наверное, перепутала номер. Я сейчас вызову охрану и ее проводят на выход.

Мурасаки наклонила голову в сторону и молча села на край широкой кровати. Затем она вальяжно взяла бокал с тумбочки.

— Разберись с этим, Итихана-кун. — Мурасаки отпила из бокала. — От этого шума у меня разболелась голова.

Ёсико заломила руки и проговорила с надрывом:

— И как ты смеешь со мной так разговаривать? Уже забыл жаркие ночи, когда мы не могли уснуть?

Она побежала к Итихане. Он тоже шел к ней, в его карих глазах читалось желание уничтожить возмутительницу порядка. Каблук Ёсико запутался о разбросанную одежду, и она начала падать. Итихана оказался рядом, он подхватил ее на руки. Их взгляды встретились, ее сердце забилось сильнее от пронзительных карих глаз с легкой грустью, а тело задрожало в сильных руках Итиханы.

— Как вы? Не ушиблись? — он осторожно опустил ее на пол. — Вам лучше вернуться домой.

Итихана снял пиджак и накинул его на плечи Ёсико. Она сжала его и закрыла декольте. Сердце не хотело успокаиваться, а тело бросило в жар. Громкий звук разбившегося стекла привел Ёсико в чувство. Мурасаки подняла карточку сотрудника, наверное, она выпала из пиджака, когда она падала.

— Цубонэ Ёсико, сотрудница отдела высокой литературы? — процедила Мурасаки, ее рука дрожала. — Вы издеваетесь?! Я не буду сотрудничать с Сэнгоку! Никогда! Убирайтесь из номера!

Ёсико встала и хищно улыбнулась. И как ты с этим справишься Итихана Акинори?

________________________

Словарь:

Синкансэн — скоростной поезд в Японии.]