— Ах, прости. Я не специально, сейчас слезу… я не думала тебя грабить… то есть, я не хотела занять деньги и убежать. Правда.

Я быстро извинилась.

У него было тревожное выражение лица и, закусив губу, он произнёс.

— Ты всегда занимаешь деньги подобным образом?

Он выставляет добрую аристократку преступницей.

— Конечно нет. Я впервые занимаю деньги.

Затем он проговорил, словно предостерегая ребёнка от опасности.

— Если тебе срочно понадобятся деньги, прошу, дай мне знать. Ты никогда не должна занимать деньги у кого-то другого подобным образом.

«Я же не такая бессовестная», — хотелось мне ответить, но он был настолько серьёзен, что я послушно кивнула.

Через некоторое время передо мной появились 500 сияющих золотых монет.

— Не спросишь зачем мне эти деньги?

— … Разве это не твоё хобби – покупать одежду, чтобы наряжать людей и делать их модниками? — ответил Люциан с закрытыми глазами.

— Ох, откуда ты знаешь?

— Ты же говорила, что для тебя это самое большое удовольствие.

Я была тронута.

— Верно. Рада, что ты это запомнил.

Я рассмеялась, но, к сожалению, Люциан никак не отреагировал. Его лицо без капельки эмоций выглядело отталкивающе.

«Ты жалеешь о том, что занял мне денег? Прости, но раз уж ты отдал их, то они по праву мои»

Я быстро положила золотые монеты в сумку, пока он не передумал.

С такой суммой Эстелль сможет одеться достаточно красиво, чтобы утереть нос этим аристократам.

Хорошие платья стоят слишком дорого, но приличного платья будет вполне достаточно. В конце концов, Эстелль была девушкой, чья красота не зависела от одежды.

«Теперь проблема заключается в том, как мне её принарядить»

Эстелль была ещё более упряма, чем баран. Она, как героиня романа, постоянно шла по тернистому пути.

«Если я попрошу её пойти на банкет в новом платье прямо сейчас, она даже не станет слушать»

Даже если банкет проходил в Имперском городе, святая всегда надевала старые платья. Это было связано с тем, что она не считала необходимостью носить роскошные наряды, ведь она святая, которой необходимо заботиться о бедных.

Она была такой упрямой, что надела нормальное платье только в конце истории. И то только потому, что наследный принц пожелал увидеть её в таком наряде хоть раз.

Не говоря о том, что я второстепенная злодейка, которая с ней не общалась. Конечно, она не послушает меня.

Как убедить её?

Я была сильно обеспокоена.

***

Следующим утром Энн с тревогой спросила:

— Вы действительно пойдёте туда одна, мисс?

— Именно так.

— Почему бы вам не связаться с Лордом Кардьеном и не отправиться с ним вместе? Он последует за вами, как утёнок за мамой уткой.

— Нет.

— Почему?

Я мысленно ответила на вопрос Энн.

«Потому что я еду к Эстелль»

В последнее время я старалась не говорить о ней в присутствии Люциана. Даже если я затрону эту тему и скажу: «Я знаю, что тебе нравится Эстелль», — это будет выглядеть так, словно я дразню его. Я не хотела вызывать агрессию второго главного героя, поэтому молчала.

Следовательно, сегодняшняя вылазка держалась в строжайшем секрете. Я даже не сообщила об этом отцу. На всякий случай.

Если бы папа узнал, то через десять минут после моего отъезда из особняка всем в столице стало бы известно о моем местонахождении.

— Не хочу заставлять других волноваться. Не волнуйся, Энн. Всё не так плохо.

Разочарованная Энн кивнула.

— Хорошо. Безопасного пути.

Я покинула особняк.

Беспокойство Энн можно понять. Место, где я собиралась встретиться с Эстелль, являлось самыми убогими и плохо охраняемыми трущобами в столице. В отличие от звания святой, Эстелль находилась не в святом и чистом месте. Она всегда была рядом с теми, кто страдал от нищеты.

«Я знала об этом, но не могу поверить, что настолько всё плохо»

Я нахмурилась от увиденного зрелища. После моего входа в трущобы, картина полностью изменилась. Район был настолько обшарпанным и бедным, что не верилось, что это всё ещё столица.

Стены и дома были на грани разрушения. От грязи, которая была повсюду, исходила невыносимая вонь.

У меня пробежал холодок по спине от взглядов людей, сидящих рядом с мусором. Кто-то безучастно смотрел в пространство. А некоторые смотрели на меня, как гиены.

К счастью, на мне был надет потрёпанный плащ, который не даёт понять, что я дворянка. В противном случае меня сразу бы ограбили бродяги.

Холодный пот струился по моему лбу, прикрытому капюшоном.

Мне было жаль Эстелль, ведь она находится в таком ужасном месте, но в то же время я почувствовала уважение к ней.

Пройдя через задний переулок, я очутилась перед обшарпанным зданием.

<Дом цветочных трав>.

Это был медицинский центр, управляемый группой добровольцев, созданной Эстелль.

Я вздохнула и открыла дверь. Внутри здания находились больные люди, а вокруг царила мрачная и тяжёлая атмосфера.

— Добро пожаловать. Что привело вас сюда?

Ко мне подошла женщина в белом фартуке с суровым выражением лица. Она была настороже, потому что к ним зашёл человек, которому не нужна была помощь.

— Я…

— О боже, леди Перния, это вы?

В момент, когда появилась Эстелль, мрачная атмосфера исчезла. Я повернула голову, почувствовав облегчение, и, спотыкаясь, подошла к ней.

«Ослепительная!»

Эстелль выглядела скромно. Поверх её простого домашнего платья, лишённого украшений, был надет фартук, испачканный кровью, а волосы, перевязанные лентой, спутались. Тем не менее, она ярко сияла.

Эстелль бросилась ко мне с обеспокоенным видом.

— Что случилось? Вы поранились?

— Нет, сегодня утром я в одиночку съела целый торт. Я здорова.

Она вздохнула с облегчением. Но вскоре девушка задумалась. Эстелль моргнула и спросила.

— Тогда что привело вас сюда?

Я посмотрела на неё, сделав как можно более серьёзное выражение лица.

— Я приехала, чтобы посвятить себя бедным. Хочу стать волонтёром.

Нет лёгкого способа завоевать сердце человека. Всё, что остаётся сделать – это набирать очки доверия, делая то, что человек любит больше всего!

— Вы хотите помочь самостоятельно вместо спонсирования деньгами?

Её глаза расширились, словно она не могла поверить в это.

Ну, это вполне объяснимо.

Это здание являлось местом, где люди низших классов с плохим состоянием здоровья ожидали помощи. Забота о таких людях считалась отказом от дворянского достоинства. Поэтому аристократы делали пожертвования или отправляли слуг работать от их имени.

— Конечно, спонсирование – это здорово, но я считаю, что помогать людям лично – вот истинный смысл служения.

Шучу. Я здесь, чтобы соблазнить тебя.

— Не знаю, как долго, но я хочу помогать бедным.

Это тоже ложь. Я уйду сразу после того, как соблазню тебя.

Однако взгляд Эстелль, не знавшей моих истинных намерений, был преисполнен уважением.

Глубоко тронутая, она крепко сжала мои руки.

— Я почувствовала это ещё во время церемонии помолвки, но леди Перния – поистине замечательный человек!

Это не так, но я лишь улыбнулась.

***

Я помогала людям вместе с Эстелль. Мне казалось, что это самый эффективный способ завоевать её расположение. Нарядить святую в красивое платье станет возможно только после того, как мы сблизимся.

После становления Пернией я только ела и слонялась вокруг, поэтому решила, что стоит позаниматься добрыми делами какое-то время.

Я с гордостью написала своё имя в бланке заявления о приёме в волонтёры. У меня даже хватило ума использовать прозвище «Ния», чтобы другие не узнали о моём аристократическом происхождении.

… Я была слишком наивной.

— Ния, не могла бы ты сменить постельное бельё? Мистера Кармана вырвало кровью и простыни испачкались.

— Ния, останови мистера Яро. Он портит стены в ванной.

— Ния, мистеру Расселу нужно в туалет. Помоги, пожалуйста.

… Что же это?

Уровень сложности слишком высокий для романтической новеллы.

— Ния, ну же!

Я побежала на крик и взяла анализы мистера Рассела. У меня наворачивались слёзы.

Прошло всего полдня работы, но я ощущала себя столетней старухой.

«Может, мне просто сдаться?»

Я только хотела начать общаться с главной героиней. Уже плевать, наденет ли Эстелль старое платье или новое.

Но когда я увидела, как она ухаживает за больной, моё сердце дрогнуло. Она держала руку пациентки с бесконечно любящим выражением лица. Половина лица женщины была покрыта ужасными ожогами, но, казалось, её это не волновало. Пациентка смеялась над её словами. Создавалось ощущение, что она действительно была богиней.

«Наверное, это тяжело»

Нагрузка Эстелль не могла сравниться с работой других волонтёров. Она лечила пациентов, оказывала последующий уход и даже выписывала их. Он заботилась о каждом из них, поэтому у неё не было времени на отдых. Тем не менее, она продолжала сиять. Моё сердце растаяло.

Я приняла решение.

Даже если мне сложно, я не должна сразу сдаваться. Надо потерпеть еще несколько дней.

Позаботившись ещё о нескольких пациентах, Эстелль решила сделать небольшой перерыв.

— Тяжелая работа, да?

— Да.

Услышав молниеносный ответ, она нахмурила брови и рассмеялась.