[ Незаписанная история ]

Вой был наполнен злобой и желанием найти и сожрать тех, кто нарушил покой.

Нервы на пределе, когда я понимаю, что скоро умру. Тело каменеет, и чувство беспомощности проникает в сердце.

Думай, Дон Юн! Думай!

Я сглотнул, глядя на развивающиеся события. Дрожал, а по спине рекой лился пот. Меня затопило отчаяние.

Старый подскочил к копу и ударил его ногой в живот, отобрав револьвер. Он так разозлился, что ещё два раза пнул Ума. Я тоже был зол. Так зол, что хотелось пристрелить этого недоумка, но наше выживание важнее.

Все смотрят на меня с надеждой. Они хотят, чтобы я помог им выжить.

Спокойно!

Я мотнул головой, но в серых джунглях нет времени думать. Топот слышен со всех сторон, и от этого сердце стучит, как сумасшедшее, а конечности дрожат.

Они идут.

Твари всгда идут напролом, когда видят людей. Женщина снова завизжала, когда они стали, толкаясь, перелезать через стену, разделяющую переулки. Эта серая масса была словно стая быков.

Их цель — плоть и кровь!

Машину откидывает в сторону, и раздается грохот. Смерть уже здесь. Что делать? Куда бежать? Сможем ли выжить? Сотня мыслей пронеслась в голове за одно мгновение.

— Спасите, пожалуйста!

— Мамочка!

Видя бегущих тварей, люди мигом бросились в рассыпную. Мужчины бегут, женщины тоже бегут. И только дети стояли, как вкопанные. Их твари уничтожили первыми.

Я тупо смотрю на свой отряд. Старого накрыло отчаяние, и он просто стоял, а Юн Пал чуть не плакал.

— Бро, мы ведь умрём? — прошептал Юн Пал.

Нет, не будет смерти. Я не позволю своей жизни закончиться здесь, и другим жизням тоже. Да, моя жизнь не сахар, но я не хочу с ней расставаться.

Вспомнил радостный голосок Че Ён и её рисунок папы-Супермена.

Я все ещё жив. Да, я жив.

Поднял винтовку и стал стрелять. Кровь, до этого застывшая в жилах, со звуком выстрелов снова забурлила.

Я хочу выжить.

Как только начал стрелять в тварей перелезающих через стену, Старый очнулся и, забрав у Юн Пала винтовку, тоже стал стрелять. Твари падали с проломленными бошками. Я закричал, но это были не слова, а просто крик, в котором было желание жить, и это желание передалось остальным.

Впереди твари! Позади твари!

По сторонам переулки, но и в них полно мертвяков. Тогда я схватил за шкирку Юн Пала и потащил в ближайшее к нам здание. Позади следовал Старый, который, отстреливаясь, вёл оцепеневшего Дусика.

Здание оказалось одноэтажным магазинчиком. Нам тут прятаться? Больше похоже на акт самоубийства. Но я пнул дверь и влетел в магазин. А в окнах видел растерзанных людей.

Убегающих взрослых окружили и выпотрошили, а детям живьём отрывали головы. Этот Ад словно говорил нам, что мы уже не жильцы. Да, выхода нет. Но я должен его искать.

Я быстро огляделся. В задней части магазина было небольшое окно, но в него при желании мог протиснуться человек. Целясь во входную дверь, я проорал:

— Старый, окно!

Старик разбил окно, а я шмалял по тварям, которые уже лезли в дверь. Пули застревали в их разинутых пастях. Время опять замедлилось. Головы тварей лопаются, как панцири.

Короткие выстрелы, затем быстрая перезарядка, и снова стрельба. В носу запах пороха, а разум словно угасает.

Раздается звон, и время снова идёт вперёд.

— Дон Юн!!! — срывающимся голосом кричит Старый.

Я рванул к нему. Парни уже вылезли на улицу, а старик ждал меня с винтовкой у окна. Я бегу, а Старый палит в тварей, прикрывая мне спину. Затем он быстро убирает винтовку и протягивает мне руку. Я отчаянно хватаюсь за него и вываливаюсь в окно. Позади разочарованно воют, а в переулке братья уже отчаянно отбивались от прибывающих тварей.

Достал последний магазин с патронами и перезарядился, старик тоже. А потом мы снова побежали.

Сдохните!

Я уничтожу этих мразей с разинутыми пастями. Твари падают, но на их место тянут руки другие. Я стрелял по бегущим, и их количество совсем не уменьшалось.

Сзади тоже вой. Нужно найти способ выжить, но я не могу. В голове пусто. Мы просто продвигались вперёд, прорываясь через бесконечный лес. Позади кто-то закричал. Сердце пропустило удар, и я повернулся. Старого и Юн Пала загнали в угол. Дусик, который был рядом со мной, рыча, бросился вытаскивать Юн Пала.

Я заорал и бросился следом, прострелив голову монстру, который собирался перекусить Старому горло. Отпнул бьющуюся в конвульсиях тварь, подхватив упавшего старика. Дальше так продолжаться не может, мы все умрем. Твари валят со всех сторон и уже окружили нас.

Надо спрятаться.

Пока я лихорадочно крутил головой, Дусик превратил голову одной из тварей в фарш и схватил старшего брата. Но за одной павшей тварю стоят ещё больше. Это конец.

— Дон Юн... — прохрипел Старый. Я с отчаянием воззрился на него. — Впереди люк.

Старик указал вперед. Из-за снега я плохо видел, но определённо заметил пятно отличающееся от асфальта. Старый предлагал лезть в канализацию.

Переулок забит тварями, бегущими к нам, и я не мог представить, как пройти через них. Старый посмотрел на меня и прошептал.

— Хотя бы один из нас должен выжить...

Руки дрожали. Смерть, казалось, уже дышала в спину, говоря: "Долго ты ещё собираешься от меня бегать?", но слова старика дали крошечную нить надежды.

Старый отбросил винтовку, доставая арбалет. Я подтолкнул своей винтовкой, в которой осталась ещё пули, братьев. Мы должны двигаться. Побежали по снегу, выпуская оставшиеся боеприпасы, и я весь был в чёрной мертвячьей крови.

Я на уже на пределе. Этому Аду нет конца и края. Они не останавливаются и продолжают ползти к нам. Я пытаюсь оттереть чёрную кровь, но она будто ещё сильнее въелась.

Идти тяжело. Минута казалась часом, а сто метров до люка бесконечной дорогой. Однако, мы дошли. Твари отчаянно ползли, быстро перебирая руками. Они хотят задушить меня, а потом разорвать.

Я отпнул подскочившую тварь и отчаянно заорал.