Я стояла перед кабинетом отца и на мгновение погрузилась в свои мысли.

В последний раз я видела эту дверь в тот день, когда покинула особняк. Меня поставили перед выбором: уйти в монастырь или отлучиться от церкви, потерять отношение к фамилии Сорн. Разумеется, я выбрала второе. Я солгу, если скажу, что не разочаровалась, когда вышла отсюда. Я думала, неужели у него совсем нет ко мне никакой привязанности. В моём сердце тлела надежда, что он остановит меня. Конечно, платой за это ожидание было ужасающее равнодушие.

— Заходи, Аделия Сорн.

— Я не Сорн, маркиз.

— Ты сошла с ума…

— Это я должна говорить такие слова. Не Вы ли, маркиз, вычеркнули моё имя из семьи?

Я знала, что это случится. Он явно забыл, что сделал. В любом случае он наверняка сделает вид, что ничего не было, чтобы выкрутить ситуацию в свою пользу.

— Если причислят к лику святых, я верну тебя.

Я усмехнулась. Какое нелепое заявление. Это так неприятно, что я не выдержала, холодно ответив ему с улыбкой:

— Давайте притворимся, что я не слышала, что Вы только что сказали.

Глаза маркиза покраснели от недоумения, он не думал, что я действительно отвергну его предложение. Он ещё раз наорал на меня:

— Ха, ты всё ещё ничего не понимаешь. Как думаешь, сможешь ли ты безбедно жить без имени Сорн?

— Смогу.

Действительно, я живу хорошо. Войдя в этот мир, я впервые смогла хорошо выспаться, и головная боль, которую я считала врождённой, также полностью исчезла. Моя холодная реакция заставила маркиза изменить тактику.

— Каждый рождённый с кровью Сорн обязан исполнять свой семейный долг.

Я широко открыла глаза и расхохоталась, глядя на маркиза.

— Семейный долг… Впервые слышу об этом.

Что ты имеешь в виду под моим долгом как Сорн? Поднять богатство и честь семьи?

— Хорошо. Допустим, есть такая обязанность. Но, маркиз, Вы действительно думаете, что имеете право говорить мне об этом?

— Нет ничего, что я не могу сделать.

Он бесстыден до такой степени, что до сих пор соответствует моим ожиданиям. С ним бесполезно болтать. Не люблю иметь дело с людьми, которые не умеют нормально разговаривать. Это вредно для моего психического здоровья.

— Что бы вы ни говорили, я не собираюсь возвращаться в семью. Пока небо не рухнет, мои мысли не изменятся. Я ухожу.

— Аделия!

Подбородок маркиза трясётся от гнева.

— У Вас есть ещё что сказать?

Лицо маркиза окаменело от моего голоса, полного насмешки.

— Тогда у меня нет другого выбора, кроме как конфисковать имущество, которое я тебе дал.

Я стиснула зубы от поведения Маркиза, затрагивающего самую чувствительную часть в моей жизни.

— Вы так поступите?

— Почему бы и нет?

Я сильно сжала кулак от его слов, полных угроз. Нужно успокоиться. Маркиз так гордо и уверенно говорит, но трудно вернуть имущество, которое уже принадлежит мне. Его оставила моя мать. Не он. Даже маркиз Сорн не может забрать то, что ему не принадлежит.

— Попытайтесь.

— Аделия Сорн!

— Забавное зрелище. Отец давит на дочь угрозой о конфискации имущества, чтобы она вернулась в семью, когда станет святой…

Резкое неудовольствие мелькнуло на лице маркиза при моих словах. Он чрезвычайно ценит свою честь. Он сам отлучил меня, гадкого утёнка, и теперь пытается вернуть. Это забавно, но маркиз не единственный, кто умеет давить на слабости других людей. Я подняла брови и встала со своего места.

— Не уверена, помнит ли маркиз, но я знаю довольно много секретов семьи, так как когда-то была Сорн.

— Ты…

— Я ухожу. Надеюсь, что мы больше никогда не встретимся. Даже не пытайтесь  привести меня сюда силой.

Как можно элегантнее я попрощалась, приподняв подол простой юбки. Я решительно повернулась спиной и вышла из кабинета маркиза. За закрытой дверью послышался его крик. Я ушла из кабинета беззаботным шагом, как будто ничего и не слышала.

***

Вернувшись в комнату, я легла на кровать и немного охладила голову. Теперь, когда я предупредила маркиза, больше нет причин оставаться в особняке. Я не просила горничных распаковывать вещи, да и с собой у меня был только один маленький чемодан. Вернусь в отель. Однако, открыв дверь, меня встретило непрошеное лицо.

— Куда идёшь?

— …Давно не виделись.

Это мой брат. Проигнорировав приветствие, он начал расспрашивать:

— Я спросил, куда ты собираешься.

— Если я скажу, что иду туда, куда надо, тебя устроит такой ответ?

— Хватит играться.

— Жаль, что ты воспринял мою искренность шуткой. Тогда я пойду.

Я небрежно прошла мимо него и попыталась покинуть особняк. Однако Сайлон крепко схватил меня за запястье, так что нет другого выбора, кроме как остановиться.

— Что ты говоришь?

— Разве ты не слышала отца? Будешь тут сидеть, пока не станешь официально святой на церемонии.

Такого бреда я, конечно, давно не слышала. Я нахмурилась и твёрдо сказала Сайлону:

— Не тебе решать, где мне жить.

— Ты ничего не понимаешь. Когда ты стала такой непослушной?

Сайлон издал неприятный звук и отпустил моё запястье. Потом пожал плечами, как будто ему нужно было куда-то идти.

— Не трать свои силы напрасно.

Почувствовав неведомое чувство беспокойства, я повернулась спиной и спустилась к карете.

— О, боже мой. Мы не можем.

— Я тоже… Карета сейчас в ремонте…

— Все лошади устали.

Не могу поверить, что все лошади не могут двигаться. Какие нелепые оправдания.

— Извините, но куда Вы собираетесь таким поздним вечером? Если уйдёте вот так, будут большие проблемы.

— Уже поздняя ночь, так что вернитесь внутрь особняка.

Кучеры давали один за другим один и тот же ответ, как будто спланировали его заранее. Маркиз, должно быть, постарался. Я вздохнула и сказала кучеру:

— Что насчёт утра?

Как и ожидалось, с обеспокоенными лицами они покачали головами и сказали:

— …Не берите в голову, идите домой.

— За это мы будем наказаны.

— У нас нет другого выбора, кроме как позвать рыцарей.

Как и ожидалось… Я просто пытаюсь покинуть Сорн и как-то добраться до отеля. Один из кучеров потерял терпение и схватил меня за руку. Потом он попытался силой затащить меня в особняк. Остальные кучера широко раскрыли глаза, словно удивлённые неожиданным поведением своего коллеги.

Но никто из них не подошёл и не сказал ему остановиться. Потому что они знают, что я не могу их наказать.

— Что за…

Когда меня беспомощно тащили, ворота, отделяющие владения маркиза, отворились, и въехала чёрная карета.

— Хм? Почему она едет сюда?!

Я думала, это гость маркиза, но нет, карета отклонилась от дороги и едет в мою сторону. Кучер, испугавшись этого, оттолкнул меня в сторону. Я упала и стала смотреть, как приближается карета.

Именно в этот момент случилось нечто необычное. Всё остановилось, замерло. Всё, кроме меня. В тот момент я не поняла, что произошло… Я моргнула и встала, чтобы избежать столкновения с каретой.

— Что это такое?

Ещё до того, как я смогла найти ответ на вопрос, время снова начало идти. Взволнованная лошадь остановилась, долго двигаясь мимо того места, где я упала. Я ничего не могла сделать, наблюдая за этой сценой. Вскоре двери роскошной кареты открылись, и появился Иван Гамильтон.