Я мальчик уже почти совсем-совсем взрослый. И меня оставляют одного пока мама на работе. Дома одному одиноко, и, когда пришла мама, я сразу побежал её обнять. А она на меня накричала. Дверь была открыта. На улице, конечно, страшно, но кричащая мама ещё страшнее. И я убежал.

Я похоронила своего супруга. Он был совсем слабым. Мы оба знали, что к этому идёт. Во мне нет печали или же не осталось. Остались лишь воспоминания, хорошие, о всех тех, кого мне пришлось пережить. Помню свой самый первый случай, когда была маленькая и хоронила прабабушку, не могла в это поверить, что она просто взяла и в один день не проснулась. И тогда спросила у мамы: «Зачем люди умирают?» Мама лишь ответила: «Когда вырастешь, поймёшь». Насколько я ещё должна постареть, чтобы наконец вырасти?

Я на пути к просветлению! Нахожусь меж жизнью и смертью. Самый быстрый способ достичь состояния Будды оказывается и самым опасным. Но я сам пошёл на этот риск, сам морил себя голодом более трёх лет, сам принимал сок уруси и сам позволил себя замуровать. Небольшая трубочка для дыхания и колокольчик — всё, что связывает сейчас с миром смертных. Грунт давит на ослабшие плечи. Когда давит сильнее, идёт дождь. Толчки, что ощущаются всем телом с каждым мгновением становятся слабее, а, может, это сердце. Я до сих пор ощущаю реальность, а значит ещё жив. Нужно уведомить моих братьев.

Я бывший преподаватель. Совсем скоро закончится мой век. Раньше во мне жизнь поддерживала работа. Было интересно искать что-то новое, а интереснее рассказывать об этом ученикам. Сейчас нет сил даже прочесть статейку. Последнее, что держит на плаву, это мои внучата, которые изредка, но приходят к нам. Кажется, они стали навещать нас чаще, но бабка постоянно говорит: «Нет». Может ли это быть связано с тем, что я позабыл весь вчерашний день?

Я прислонил дуло пистолета к виску! Рядом моя любимая жена уже лежит без движения. Приходится прятаться здесь, пока поганые свиньи топчут нашу землю и насилуют наших матерей, сестёр и дочерей. Я лишь пытался показать величие нашей нации, но война проиграна. Последние распоряжения отданы. Совсем скоро эти недолюди ворвутся и сюда, будут искать меня, чтобы отыграться за всё то, что как они думают, я натворил. А я был патриотом страны и желал ей только лучшего! Теперь же меня хочет убить весь мир, но я не дам им этой радости.

Я маленькая девочка. Нас с мамой поймали в нашем домике и закрыли здесь, где всегда холодно и сыро. Мама сказала, что это сделал очень плохой человек, и наш Бог его обязательно накажет, потому что Бог хороший! Но, если он действительно хороший, тогда почему мы сидим здесь, почему я не видела папу уже очень долго? Я не уверена, хороший ли Бог. Кушать хочется.

Я бывший воин своей страны. Пойман врагом и отдан на увеселение толпы. Каждый, кто здесь сидит, такой же. И нас заставляют биться на песке, и не важно, брат передо мной, друг, враг или незнакомец. Если хочешь жить, то перед тобой лишь цель. Палец опущен, людям хочется зрелищ.

Я убил множество людей. А сейчас лежу в кровати в окружении своей семьи. Никто не знает, что я убивал ради своего удовольствия, чтобы выпустить пар или почувствовать своё превосходство. Нет ничего лучше, чем признание жертвы через страх в её глазах. Как же было приятно играться, чувствовал себя диким котом, что подбил крыло птице и медленно идёт за ней, наблюдая, как это свободное создание держится за шанс такой маленький, что его на самом то деле и нет. Но птичка верит, а я смеюсь. Меня так и не поймали, нужно было просто не оставлять улик и не пытаться играть с властями. Как же всё до пошлости просто. Я думаю, нет, я точно знаю, что я злодей, но почему же меня так и не постигла кара? Видимо, добро не всегда может победить.

Я умру в битве от меча! Уже слышна песнь Валькирий, что готовы забрать меня! Но есть проблема. Я много убивал и грабил людей, но запомнился мне лишь один старикашка, христианином себя называл. Он не сражался, не пытался убежать, лишь говорил, что его Бог любит всех: и его, и меня. А, когда я зарубил его, он улыбался, искренне, хотя и помер как собака! Тогда, почему я, умерший в сражении как воин! не улыбаюсь?

Я стою на эшафоте. Маленькая мерзавка обвинила меня в том, что я ведьма, а её подружки подыграли ей. Каждая на слушаниях извивалась, крючилась, кричала и брызгала слюной, как могла. У них было соревнование, кто больше сможет набесноваться! Проклятые чертовки, я видела, как вы хихикали и тыкали пальцем, пока на вас не смотрели присяжные, но я на вас смотрела. Ваши пять минут забавы стоили моей жизни. Ненавижу!

Я молю о смерти. Моё тело гниёт, а куски плоти отпадают. В моменты пробуждения невыносимая агония. Пытаюсь открыть глаза, но их накрыла багровая пелена. Прошу, умоляю, дайте мне умереть! Но они продолжают, продолжают вкачивать мне кровь, что вытекает из ушей, носа, глаз и мест, откуда отвалилась кожа, продолжают реанимировать меня, отбирать у смерти, продолжают не слышать мои мольбы. Моё тело стало филактерией, которая рассыпается на части. Но они продолжают думать, что я подопытный кролик.

Я выкинутый на обочину времени учёный. Создав так много для своей нации, я был забыт сразу же, как та самая нация узнала о моих любовных предпочтениях. Разве не было достаточно того, что я согласился на химическую кастрацию? Разве мои достижения в прошлом не говорят о моей пригодности? Тогда почему они отбирают моё творение, моё дитя? Я создал машину, что позволила понимать шифры, но она ни на йоту не помогла мне расшифровать других людей.

Я когда-то управляла гостиницей. К нам часто заходили молодые парни, решившие отдать себя за своё государство. Красивые и чистые в своих стремлениях. И от этого их слёзы, все их последние слова были ещё чище и ещё красивее. Эти мальчишки писали письма, а я передавала их адресатам. Нельзя было иначе, они были моими детьми. Мама о вас позаботится. Так что, спите спокойно, мои прекрасные светлячки.

Я сижу на берегу моря. Наблюдаю, как оно медленно поглощает наше светило, как лучи пытаются пробиться через водную гладь. Вид намного лучше, чем из окошка в моей персональной камере. Звуки волн, запах соли, холодает, вокруг никого. Интересно, ищут ли меня? Но я всё равно останусь тут до конца, любоваться закатом. Какой же всё-таки хороший был фильм.

Я обуза для своей семьи. Они в меня эмоционально вкладываются, пытаются мне помочь, но я неспособна. Не могу довести начатого до конца, не могу быть лучше или на уровне с другими. Мама говорила, что я родилась для великих дел. Но по ночам, когда я должна спать, слышу лишь редкие её всхлипы. Я не знаю, как передать всю боль, которую испытывает моё сердце в такие моменты, но не думаю, что кому-нибудь эта боль нужна. Было бы лучше, если бы я рождалась на этот свет? Будет ли маме легче, если меня не станет? Наверное, да.

Я уставшая мать прекрасного мальчика. Он такой добрый, ласковый и эмоциональный. Я не должна была срываться на него вчера вечером, но я слишком устала и не могла думать. Утром я прочла, что его нашли под колёсами. «Прости меня» — единственное, что хочу сказать ему лично.