В сознании все снова перемешалось, резкая боль эхом пронеслась в голове. И вот Макс стоял уже внутри этого здания, хотя прошёл лишь миг. Внутри была все та же самая пустота, что и вначале. Боль исчезла, оставив место бездонной, словно марианская впадина, тоске. Тоске, напоминавшей о том, будто он потихоньку начинал забывать что-то очень важное. В центре этой самой пустоты красовался каменный, потрескавшийся пьедестал.

Присмотревшись внимательнее, принц заметил, что на его вершине находился обрывок бумаги, изрисованный яркими красками. Отчётливо рисунок разглядеть он не мог, но точно видел, что состоящее из двух частей изображение сливалось в центре, образуя единое целое.

Вдруг, Макс начал ощущать, будто он проваливается под землю. Его душу словно вытягивало из того места, где он находился.

Резко отворив глаза, он увидел лишь ухмыляющуюся улыбку бородатого мужика, который, очевидно, как раз решил проверить насколько хорошо связан наш герой.

Хе-хе-хе, — начал бородач, — Топус, погляди, мальчишка очнулся наконец.

Из-за кровати, которая, ко всему прочему, была странно расположена в центре комнаты, раздался сиплый противный голос:

— Чего ты мне брешешь, не мог он так рано...

Послышался топот и входя в угол обзора принца, который вообще не мог пошевелить головой, показался худенький мужичок лет так 35. Несмотря на вроде бы не сильно преклонный возраст, его волосы выглядели так, будто их кто-то специально выщипывал, во рту не хватало пару зубов, да и те, которым повезло там остаться, были напрочь прогнившими.

— Ууууу, — начал он, присвистывая — а ведь и не наврал! Ну привет мои ходячие денежки.

Макс хотел было что-то сказать, но сразу же понял, что рот его был заткнут какой-то тряпкой. Свет в это помещение почти не попадал, за исключением тоненькой щели почти под самым потолком. Через сочившиеся сквозь неё лунные лучи можно было разглядеть разве что тонны витавшей в воздухе пыли. И это добавляло всей остановки определённую долю неясности.

Ещё одним источником света была щель под дверью, но от туда исходили уже скорее блики пламени свеч, нежели признаки естественных спонсоров видимости в тёмном пространстве. Кстати именно к этой, сколоченной из грубых и местами плохо обтесанных досок, двери направился бородатый мужик. Делал он это почти бегом, прихрамывая слегка на левую ногу. Вскоре послышался скрип петель, которые видимо не смазывали с момента постройки здания, а затем и фигура мужика, которую в дали было уже все труднее различить, скрылась за ней, ещё раз разнеся напоследок по помещению режущий уши скрип.

Время тянулось медленно, а постоянно уставленные на принца глаза гнилозубого лишь добавляли к секундам длительности. Наконец, за той самой дверью послышался разговор и приближающиеся шаги. Все сильнее прорывающийся свет свидетельствовал о том, что кто-то по другую сторону уже толкал ручку. Подтверждением тому стали две появившиеся в просвете фигуры, медленно приближающиеся в сторону принца. Одну из них Макс сразу же опознал — это снова был бородач, а вот вторую он ещё не видел. При ближайшем рассмотрении оказалось, что второй фигурой была уже женщина. Одета она была весьма не скромно: чёрное, облегающее платье, выполненное явно не из дешёвых материалов, прикрывало частями пусть и не сильно большие, но весьма приятные глазу формы.

Женщина явно заметила взгляд принца, направленный на её тело, но виду не подала. Наоборот, она лишь сильнее приблизилась к нему и почти шёпотом произнесла:

— Ну привет, Максимиллиан.

Дальше она продолжила уже в полный голос:

— Ой, простите Ваше Высочество, как я могла допустить себе такую фамильярность. Иль можно уже к Вам так обращаться, коли титулов Вас лишили. Прежде чем я прикажу моим пёсикам (на этом слове мужики поле неё сделали недовольное выражение лица) развязать тебя и вынуть эту тряпку изо рта, задумайся, справедливо ли то положение, в котором ты оказался?

Тут же она махнула рукой, вследствие чего двое мужчин, а именно бородач и Топус направились к бывшему принцу и начали его развязывать. Наконец, последней к нему подошла незнакомка и вынула изо рта Макса импровизированный кляп.

Наш молодой человек только было хотел что-то сказать, как тут же у его губ оказался хрупкий женский палец.

— Чшш, тише, тише. Негоже разговаривать интеллигентным людям в таком месте. Пошли. — в приказном тоне прозвучал голос девушки.

Она повернулась к парню спиной и направилась в сторону двери, подзывая жестами его за собой. Они, в сопровождении гнилозубого и бородатого прошли в проём и начали подниматься по витиеватой каменной лестнице, идя по которой приходилось нагибаться, так как свободным пространством тут и не пахло. Преодолев последнюю ступень, Макс вышел в итоге в комнату, похожую на кладовую.

Девушка открыла очередную дверь, ведущую уже в просторный коридор, в конце которого красовался уже приличного вида лестничный пролёт, похожий на те, которые строили специально для удобства перемещения слуг по различным особнякам, замками и просто домам господ. Одолев уже второй подъём, герои попали на следующий этаж здания. И вот это уже можно было назвать этажом с большой буквы! В центре виднелась обрамленная каким-то металлом массивная дверная пара, чуть дальше были многочисленные комнаты, о предназначении которых принцу не было известно. Под потолком яркими светлячками сияли свечи люстр, у главного входа же в какое-то помещение горело две масленые лампы. На полу был ковёр, не самый дорогой, но и не из дешёвых.

Когда они подошли к двойной двери, девушка вдруг окликнула двух бугаев, следовавших за Максом:

— Уважаемые, здесь ваша работа закончена, можете отправляться домой. — На этом моменте она протянула им свёрток с неизвестным содержимым.

— Н-но, М-миледи, а если этот мужчина нападёт на Вас в ваших покоях? — в один голос ответили они.

Незнакомка рассмеялась:

— Ха-ха, ну что вы в самом деле, я не верю, что он станет совершать столь опрометчивую ошибку в самом начале нашего знакомства. Идите. — последнее слово прозвучало уже в серьёзном тоне, будто ставя точку в разговоре.

В конечном итоге спутники удалились, а девушка, отворив парадную дверь, пригласила Макса внутрь.