Леонье, первой забравшись в карету, протянула руку.

— …Похоже, вы взволнованы.

Бария произнесла это осторожно, будто боялась ошибиться.

— Я всегда взволнована, — широко улыбнулась Леонье.

Неожиданная, учащающая пульс встреча постепенно сменилась другим волнением, предвкушением сцены, будто сошедшей со страниц романа.

Если повезёт, я увижу, как папа заключает с ней сделку!

Девочка лукаво пошевелила бровями, настойчиво приглашая Барию принять её руку и подняться в экипаж.

Бария вовсе не была настолько беспомощной, чтобы нуждаться в помощи двенадцатилетнего ребёнка. Скорее, это она должна была подать руку.

Но причин отказываться не было.

Она вложила ладонь в руку Леонье и поднялась в карету.

— Ваша рука…

Устроившись на сиденье, Бария вспомнила прикосновение.

Она заметила это ещё в переулке, но теперь, коснувшись напрямую, отчётливо ощутила шершавость. На ладонях Леонье были грубые, плотные мозоли.

— Я много тренируюсь с мечом, — сказала Леонье, уловив её взгляд, и даже показала ладонь.

Мозоли были настолько выраженными,трудно было поверить,что они принадлежат двенадцатилетней девочке.

— Но папу я пока победить не могу.

— В-вы… спаррингуете с герцогом?

Бария была потрясена. Сражаться на равных с человеком, которого не могли превзойти даже мастера меча?

Увидев её изумление, Леонье гордо ухмыльнулась.

— До приезда в столицу я даже участвовала в охоте на монстров.

— Правда?!

— Шестерых я победила сама!

Воодушевлённая, Леонье принялась рассказывать, как рыцари загоняли монстров к ней, чтобы она нанесла последний удар, как отец варил для неё рагу у костра, как она жаловалась, что не может нормально помыться, а потом поскользнулась и с плеском упала в воду.

— Вас очень любят, миледи, — тихо сказала Бария, слушая её с лёгкой завистью. — Это… замечательно.

— Ах…

Леонье поняла, что допустила промах. У Барии не было тёплых отношений с семьёй. Снаружи дом выглядел благополучным, но внутри давно сгнил. Она ведь сама недавно стала свидетелем этого. В своём восторге Леонье совсем не подумала о её чувствах.

— Послушайте… — неловко начала она. — Если вы не против… можно мне называть вас сестрой?

Глаза Барии широко распахнулись. Она выглядела как испуганный заяц, не понимающий, куда смотреть.

— Думаю, мы могли бы стать очень близкими.

Леонье ждала Барию очень долго.

— …Это правда допустимо?

Но Бария не могла так просто согласиться.

— Мне неловко это говорить, но я из семьи Эрбану.

— Я знаю.

— Как бы я ни относилась к Лоте, она моя младшая сестра. И она вышла замуж в дом Олор.

Голос Барии стал тяжёлым. Как ни посмотри, её связь с Бореотти принесёт лишь проблемы. Родная семья и семья по браку воспользуются этим.

Они непременно воспользуются. От этой мысли становилось горько.

— И что?

Леонье отмахнулась от её тревог без колебаний.

— По вашим словам можно подумать, будто вы уже собираетесь выйти за моего папу.

Она улыбнулась и снова мягко произнесла:

— Мне нет дела до окружающих.

Леонье понимала её лучше, чем кто-либо. Когда-то и она считала, что её кровь запятнана, когда узнала правду о своём настоящем отце. Думала, что обесценилась, что опозорила имя Бореотти.

Она даже просила прощения. Но Фелио отверг её извинения.

Он сказал, что она -это просто она. И что нельзя позволять чужим словам определять её ценность.

Он научил её верить лишь в ту цену, которую она даёт себе сама.

— Так что не переживайте слишком сильно.

Леонье не знала, способна ли подарить Барии такое же спасение. Но сейчас ей казалось, что возможно, да.

— Мой папа тоже увидит вас такой, какая вы есть, Бария. Поэтому можно позволить себе немного надежды.

— …Хорошо.

Бария ответила с трудом.

Она крепко сжала руки на коленях, едва удерживая слёзы, жгуче подступающие к глазам.

****

Когда они прибыли в поместье Бореотти, Барию сразу проводили в приёмную.

Благодаря заранее данным распоряжениям Фелио, Трэд безупречно справился с неожиданным визитом.

Увидев это, Леонье надула губы.

— Значит, папа всё знал.

— Наш господин не упускает ничего, — спокойно ответил Трэд.

— Надеюсь, ему тоже как - нибудь прилетит нож в спину.

— Было бы любопытно, — невозмутимо согласился Трэд.

Бария удивлённо наблюдала за их лёгкой перепалкой и невольно почувствовала тепло.

Но это ощущение длилось недолго. Реальность настигла её: она действительно в поместье Бореотти. Тело постепенно сковала напряжённость.

Она не могла закрыть рот от увиденного. Особняк Пардус, которым она восхищалась ещё вчера, теперь казался далёким воспоминанием.

— Правда уютно и мило, да? — невинно заметила Леонье.

— У-уютно?..

Бария подумала, что ослышалась. Но Леонье искренне считала этот грандиозный особняк небольшим.

— Северная резиденция гораздо больше. Когда я впервые приехала сюда, удивилась, какой он компактный. Но он всё равно дорог мне.

— Компактный…

Губы Барии пересохли.

Она работала с государственными финансами и знала цену роскоши.

Обычно она лишь усмехалась, слыша хвастовство знати.

Но это место…

Бореотти были на совершенно ином уровне. Даже сад и входной холл превосходили императорский дворец.

Ничего лишнего.Массивные двери, величественный вестибюль, хрустальная люстра, алый ковёр, старинные полотна, изысканная керамика - всё было безупречно.

Чисто. Роскошно и благородно.

Бария села на диван. Трэд подал ей ароматный цветочный чай.

Лаванда. Чай, успокаивающий нервы. Она была искренне благодарна.

К чаю подали сладости. Леонье тут же плюхнулась рядом.

— Это очень вкусно!

Она протянула Барии кремовый профитроль.

— Я побуду с вами, пока папа не придёт.

— Спасибо.

Бария действительно ценила её присутствие.

Она попробовала пирожное и её зелёные глаза затуманились от наслаждения.

— Очень вкусно!

— Вы любите сладкое?

— Очень. Но ела редко.

В доме Эрбану не было уюта. А став чиновницей, жила скромно.

— Я тоже люблю сладкое!

Леонье улыбнулась так широко, что её щёки округлились.

Рядом с ней сердце Барии становилось легче.

Чёрные глаза девочки будто изливали бесконечное доверие. Такого она не чувствовала даже от семьи.

— А клубничное молоко любите?

Леонье достала конфету.

Бария ахнула.

Это была знаменитая конфета со вкусом клубничного молока, созданная по эксклюзивному контракту Фелио Бореотти. Одна штука стоила как целый торт.

— Я дам вам одну.

Бария приняла её обеими руками, словно сокровище.

Развернула.

Положила в рот.

И закрыла лицо ладонями.

Это слишком вкусно…

Сладость была не просто сахарной, свежесть клубники идеально сочеталась с мягкой сливочностью молока.

— Вкусно?

— Очень…

Слёзы готовы были выступить.

— Правда? Папа, ты слышал?

Леонье радостно обернулась.

— Не настолько уж они и вкусные…

Бария застыла.

— Простите, что заставил ждать.

Голос самый бесстрастный из всех, что она слышала. И самый притягательный.

Бария медленно подняла голову.

— Позвольте представиться.

Слёзы выступили в глазах. Человек, которого она хотела увидеть даже ценой жизни, стоял перед ней.

— Меня зовут Фелио Бореотти.

Чёрный Зверь был прямо перед ней. Бария заставила себя улыбнуться сквозь дрожь.

— Бария…

Сотни и тысячи раз она репетировала это имя.

— Меня зовут Бария Эрбану.