Отец крепко сжал мою руку.

— Эта история.

— Что?

— Почему ты скрыла от меня, что Небесный Демон сказал, что я смогу исцелиться, если ты умрёшь? Ты что, думала, я скажу тебе умереть, чтобы избавиться от яда?

— Что? Конечно нет! — я в ужасе воскликнула.

— Тогда почему ты скрыла это от меня?

— Это... это...

Я крепко схватила одеяло и, заикаясь, продолжила:

— Я не хотела... обременять вас, отец. Думала, что вам необязательно знать...

— Ён-а, с момента нашей встречи я ни разу не считал тебя обузой, — отец слабо выдохнул. — Но ты не могла бы понять это, правда?

— Не...

Как только я открыла рот, отец прервал меня:

— Не говори «нет». Даже если ты считаешь своего отца никчёмным, я всё равно могу догадаться.

— Н-никчёмным?!

Отец проигнорировал мой протест и продолжил:

— Наоборот, я всегда думал, что не справляюсь с ролью отца.

— Это не так!

— Даже если ты так говоришь, я думаю иначе.

— ...

Я опустила голову, поражённая его словами.

Отец продолжил:

— С тех пор, как ты попала под влияние демонического искусства... я всегда чувствовал себя виноватым.

Я прикусила губу.

Я знала. Как можно было не знать?

Отец считал, что это из-за него — ведь это он привёл меня в семью Бэк Ли, это из-за его отсутствия я впала в состояние внутреннего безумия.

Он пытался восстановить утраченное, и в этом отчаянном стремлении отношения с дедушкой окончательно испортились.

— Ты чувствуешь это? Лекарь сказал, что твой даньтянь восстановился.

— Что? Как такое возможно?

— Лекарь сказал, что пока ещё рано, но когда тело восстановится, ты сможешь накапливать внутреннюю энергию, как и другие.

Я раскрыла рот, не веря своим ушам.

«Восстановился? Мой даньтянь?»

Я совсем не чувствовала это.

Ведь мои сосуды и меридианы были сильно повреждены, и мне было запрещено практиковать внутреннюю энергию в течение долгого времени.

Отец перевёл взгляд с моего лица на наши соединённые руки.

— Я действительно сделал всё, что мог. Я отдал тебе свою жизнь. Так что теперь мне не стыдно.

— ...

— И ты тоже сделала всё, что могла. Ты отдала свою жизнь, чтобы я мог исцелить себя, не так ли?

— ...

— Так что теперь всё закончено.

— ...

— Мне больше не нужно извиняться перед тобой, и тебе тоже не нужно извиняться передо мной.

— Отец...

Отец слегка улыбнулся и протянул руку, погладив меня по голове, затем тихо обнял.

— Говорят, дети наследуют жизнь от родителей. Раньше я не верил в это, но теперь, когда речь идёт о тебе, я готов согласиться.

Я опустила голову и посмотрела на белые волосы отца, спадающие вперёд.

Даже если яд внутренней энергии был нейтрализован, урон, нанесённый телу отца из-за расхода ци, остался.

Его побелевшие волосы уже не смогут снова потемнеть, и неизвестно, сколько времени потребуется, чтобы восстановить уровень внутренней энергии, который был у него раньше.

Он потерял всю свою внутреннюю энергию. Раз яд нейтрализован, можно сказать, что всё в порядке, но это не так-то просто. И всё же я не чувствовала ни капли обиды.

— Запомни на будущее. Я спас тебя, отдав свою жизнь, так что теперь это не только твоя жизнь.

Глаза наполнились слезами, но я сдержала их и сквозь нос ответила:

— Да.

Отец, продолжавший гладить мою голову, ослабил свою хватку и сказал:

— И знай.

— Что?

— Если подобное повторится, твой отец без колебаний сделает то же самое.

— Что?

— Не из-за чувства вины. Просто потому, что ты моя дочь, а я твой отец.

— ...

— Так что в будущем я не стану тебе мешать. Так что поступай, как считаешь нужным.

Лицо отца, говорившего это, было безмятежным и свободным от волнений, как никогда.

В этот момент раздался звук закрывающейся двери.

Отец удалился, и в комнате запахло целебными травами.

После того как отец ушёл, Намгун Рю Чен, который тихо вышел из комнаты, снова подошёл с подносом с лекарствами.

— Ты всё слышал?

Намгун Рю Чен, скорее всего, подслушал разговор, стоя у двери.

— Слышал.

Услышав его ответ, я вспылила:

— Что за реакция?!

— Мастер Бэк Ли слишком мягок.

— Что ты сказал?

— Если бы это был мой отец, он бы пришёл в ярость и закричал: «Где это видано, чтобы дети уходили раньше родителей?!»

— …

Намгун Рю Чен твёрдо сказал:

— Ты была неправа.

— …

Я молча нахмурилась. Наверное, из-за моего приунывшего выражения он смягчил голос:

— И ты ведь понимаешь, что мастер Бэк Ли имел в виду.

Это означало, чтобы я больше не цеплялась за отца. Мы оба сделали всё, что могли, а значит, теперь можно отпустить былое и жить своей жизнью.

Я крепко сжала одеяло.

Да. Я чувствовала вину перед отцом с того момента, как открыла глаза. Поэтому поставила его на первое место. Выше своей жизни.

И отец знал о моём странном чувстве долга.

После того как я впала в состояние внутреннего безумия, отец каждый раз, глядя на меня, чувствовал вину. Мы были должниками друг друга.

А теперь он сказал, что все долги выплачены. Что теперь я должна ставить на первое место не его, а себя. Жить, как хочу.

«Как я хочу...»

И тут голос Намгун Рю Чена осторожно пронзил мои мысли:

— Ты не расскажешь мастеру Бэк Ли?

Хотя он не уточнил, о чём речь, я поняла.

О том, что я вернулась во времени.

Если я скажу отцу, он поймёт, почему я чувствовала себя обязанной перед ним.

Я недолго колебалась.

— Нет. Не расскажу.

— Почему?

— Впервые видела… как он так улыбается…

Он действительно всё отпустил.

Но если теперь я заговорю о возвращении, разве это снова не причинит ему боль?

Раньше я не говорила, потому что не хотела быть обузой. А сейчас… сейчас всё немного иначе. Это не просто страх быть бременем…

— Всё уже закончилось.

Да. Теперь действительно всё позади.

— И это ведь не весёлый рассказ. Лучше ему не знать о несчастьях. Ведь дальше нас ждут только хорошие дни.

— Но… а как же ты сама?

— А?

— Кто тогда поймёт всю боль, что ты пережила?

— У меня же есть ты.

— …

— Ты ведь знаешь. Этого достаточно.

Увидев, как он удивлённо распахнул глаза, я засмеялась.

Щёки Намгун Рю Чена порозовели.

«Ну и правда, он такой милый...»

Я отвела взгляд к пиале с отваром, словно давая ему возможность отступить, и спросила:

— А где слуги? Почему ты тут один? Где Ким Сэ и Сонок?

— А тебе не нравится, что я здесь?

— Нет, не в этом смысле. Просто спросила.

— Тогда просто выпей.

Я взяла чашку с лекарством и на мгновение задумалась. В чёрной как смоль жидкости отразилось моё бледное лицо.

— Знаешь, Рю Чен… а вдруг…

Он посмотрел на меня, ожидая продолжения.

— Нет, ничего.

Я залпом выпила отвар.

Потом уговорила Намгун Рю Чена, который всё никак не хотел уходить от моей постели, что буду спать, и отправила его.

Лёжа в кровати, я несколько раз перевернулась с боку на бок, потом согнулась, прижав руку к области даньтяня.

«Говорите, я полностью исцелилась?»

Я уже окончательно всё отпустила и отказалась от надежд — и вдруг так внезапно стало лучше. Это сбивало с толку.

«Скорее растерянность, чем радость…»

Как вообще это произошло?

Мои испытания и вправду выходили за рамки обычного человеческого опыта.

Я мысленно вернулась к последним воспоминаниям. После того, как Тхэго Чжин Ин и другие члены альянса ушли, мои воспоминания стали обрывочными.

Я лежала на алтаре с закрытыми глазами, будто упав без сил… и кто-то крепко сжал мою руку.

И этот голос…

«Когда я перед тобой, я не чувствую себя подонком».

Это определённо был голос Я Юла.

Кроме того, исчезла сила Небесного Демона.

Память, которую передал мне Чжагэ Хва Му, и золотое зрение от лекаря всего сущего — остались.

Исчезла только истинная ци Небесного Демона, приобретённая через «Искусство Поглощения Звёзд».

А ещё я, умирающая от недостатка врождённой ци... Всё это указывало лишь на одно: кто-то, владеющий Искусством Поглощения, забрал и мою, и его силу.

И кроме Я Юла никто не мог этого сделать.

Он был там. Точно был.

Но спросить Намгун Рю Чена я не могла. Не могла даже просто поинтересоваться, слышал ли он что-то о Я Юле.

Я могла бы расспросить кого угодно, только не его.

Если он узнает, что я интересуюсь Я Юлом — это точно причинит ему боль.

— Хаа…

С души вырвался вздох.

«Может, мне всё это послышалось?»

Я разжала ладонь и уставилась в неё. А потом уткнулась лицом в подушку.