«Ого…ты сильно вырос, Рудрик. У тебя появились другие друзья, кроме меня.» - сказала я с улыбкой.

«Да?» - он слегка удивился.

«Но я всё ещё твой лучший друг, правда?»

Я произнесла это шутливо, но Рудрик некоторое время смотрел на меня пустым взглядом, а потом вдруг рассмеялся.

И уже твёрдо ответил:

«Да. Самый лучший…»

Мы какое-то время молча смотрели на столицу, раскинувшуюся внизу.

Я не знала, о чём сейчас думает Рудрик.

Хотя именно он, переполненный ожиданием, привёл меня сюда, теперь он спокойно смотрел куда-то вдаль, словно его мысли были далеко отсюда.

Мне внезапно захотелось спросить: «На что ты смотришь?» или «О чём ты думаешь?»

Но я не стала.

Мне показалось, что эту тишину - спокойную и тёплую, можно оставить такой, какая она есть. Иногда слова действительно не нужны.

«Если стоять здесь.» - вдруг произнёс Рудрик. «То начинаешь видеть.»

«Что?» - переспросила я.

«Все тревоги исчезают.»

«…»

«Уныние, грусть…будто все плохие чувства уносит ветром, и они растворяются…»

Он говорил тихо, не отрывая взгляда от горизонта.

Я слушала и, словно между прочим, спросила:

«Ты правда так думаешь?»

Рудрик ответил немного одиноким голосом:

«Не знаю.»

Я не стала задавать больше вопросов. Вместо этого я просто смотрела туда же, куда и он - в пустоту, разделяя этот момент.

[Как ты и сказал…пусть все эти тяжёлые чувства исчезнут отсюда.]

И вскоре после этого я услышала его неловкий голос:

«Просто…мне показалось, что сюда хорошо прийти именно с тобой.»

Его чуть хриплый голос звучал смущённо.

Я повернулась к нему и нарочно весело сказала:

«Как жаль. В такие места обычно приходят с пледом и едят сэндвичи.»

«Разве это не пикник?» - растерялся он.

«А если это не пикник?»

Я переспросила, и Рудрик замер.

А затем его лицо, словно с мыслью «и правда», неожиданно стало счастливым.

Я села прямо на землю, глядя вперёд.

Рудрик смутился, увидев, как я уселась на голую траву без подстилки, и запоздало потянулся за носовым платком.

Но я махнула рукой, останавливая его.

Обняв колени и положив на них подбородок, я смотрела на мирную столицу внизу.

«Я и не знала, что такое место вообще существует.»

А потом добавила с улыбкой:

«Здесь правда здорово. Спасибо, что привёл меня.»

Рудрик долго не отвечал.

Я тоже не смотрела на него, поэтому не могла понять, какое у него сейчас выражение лица.

Прошло некоторое время, прежде чем он заговорил:

«Далия…»

Его голос почему-то звучал мрачно.

«Что?»

«Если я вдруг…» - он запнулся.

«А?»

«…»

Когда я повернулась к нему, удивлённая его неровным дыханием, он уже стоял, отвернувшись от солнца.

Свет падал ему в спину, и из-за этого я не могла разглядеть его лица. Я лишь заметила, как он сильно сжал губы.

«…Ничего.»

Он быстро отвернулся.

Я инстинктивно потянулась к нему, но он вдруг замер.

На самом деле я понимала, что он хотел сказать.

[Рудрик уедет.]

[Приезд герцогини Боузер в столицу был неожиданным. Было очевидно, что однажды Рудрик вернётся на Север.]

[Но, кажется, за это время я успела сблизиться с ним сильнее, чем думала.]

[Мы были вместе меньше года, а я уже не хотела думать о расставании.]

[Каким бы близким оно ни было, я хотела оттянуть этот момент как можно дальше.]

Поэтому я сделала вид, будто не заметила его сдерживаемых слёз.

Я решила, что лучше сначала успокоиться самой, а потом уже поддержать его как следует.

Но…мне не следовало так поступать.

***

Мы сидели на земле и разговаривали до самого заката.

Поначалу Рудрик почти не говорил и лишь слушал, но со временем начал понемногу открываться.

Большинство его рассказов были о жизни на Севере - одинокой и холодной. И всё же, рассказывая, он иногда смеялся, словно даже среди плохих воспоминаний находил что-то светлое.

Пока мы говорили, вокруг постепенно стемнело.

«Нам пора.» - сказали сопровождавшие нас рыцари, подавая знак издалека.

В лесу темнеет рано, и мы должны были возвращаться вовремя.

Мы медленно поднялись. Я отряхнула подол платья и заметила привязанную лошадь.

Рудрик ловко вскочил в седло и протянул мне руку.

Я несколько секунд смотрела на его ладонь, затем вложила в неё свою и как бы между прочим сказала:

«Давай потом снова сюда вернёмся.»

«…»

Рудрик молчал мгновение, а затем кивнул:

«Да.»

С его помощью я снова забралась на лошадь и, как прежде, обхватила его за талию.

Но моей ошибкой было то, что я забыла держаться крепко, как раньше.

У меня было слишком мало опыта верховой езды. Я не понимала, насколько опасен крутой склон и как быстро может бежать сильная лошадь.

А значит, и моё тело подпрыгивало куда сильнее.

Рудрик тоже не мог этого предвидеть. Мы без проблем добрались сюда, и он был уверен, что я держусь достаточно хорошо.

Я поняла свою ошибку слишком поздно.

Лошадь перепрыгнула через выступающий камень.

«А-а!»

Спуск оказался куда круче, чем я ожидала, и скорость лошади резко возросла.

Рудрик был сосредоточен на том, чтобы удержать контроль.

Я думала, что лошадь замедлится перед камнем, но она не сбавила хода и просто перепрыгнула его.

Моё тело резко дёрнулось, и рука, державшаяся за Рудрика, соскользнула.

«Далия!!»

Последнее, что я увидела, как Рудрик тянется ко мне.

Картина будто замедлилась: моё тело наклоняется в пустоту, его руки тянутся вперёд, а мир перед глазами темнеет.

И наступила тьма.

Когда я открыла глаза…

Я была в чьих-то объятиях.

[Это было странно. Окружающее тепло казалось непривычным.]

В ушах звенело. Я с трудом разлепила дрожащие веки и почувствовала что-то влажное за спиной.

Чёрные волосы смешались с моими.

[Нет…нет, это невозможно.]

Я отчаянно отрицала очевидное, убеждая себя, что это просто кто-то с таким же цветом волос.

Медленно повернув голову, я увидела человека, лежащего рядом.

«Рудрик…»

Сознание окончательно покинуло меня.

***

Когда я очнулась, меня несли на руках рыцари.

Даже сквозь мутное сознание я искала Рудрика взглядом.

Всё тело болело, особенно онемели ноги, но в тот момент меня волновало лишь одно, что с ним.

И когда я наконец увидела Рудрика, у меня подкосились ноги.

Он лежал без сознания. Из раны на голове текла кровь.

Холодное тело, бледное лицо, он был похож на мертвеца.

«Рудрик…»

Я впервые в жизни плакала так, как плачут дети.

Словно плотина, которую я долго сдерживала, рухнула в одно мгновение.

Слёзы не останавливались, я рыдала, не замечая ни потрясённых родителей, ни врача, осматривающего меня.

И когда прибыла герцогиня Боузер, мои слёзы достигли предела.

«Простите…простите…из-за меня…Рудрик…

Я не могла поднять на неё глаза.

Вид уставшего, бледного лица герцогини, которая примчалась в спешке и теперь сидела у постели сына, разрывало мне сердце.

Я лишь снова и снова извинялась, захлёбываясь слезами.

Герцогиня посмотрела на меня, мягко улыбнулась и крепко сжала мою руку.

«Всё в порядке. Рудрик бы ни за что не пожалел, что спас тебя.»

В тот момент я поняла, от кого у Рудрика появилась привычка говорить «всё в порядке».

Рудрик оставался без сознания целые сутки.

А потом…

Мои родители отчитали меня так, что я запомню это надолго.