– Дьядюшьки, тьётушьки, утлечкааа. - Эйнсли замахала ручкой, приветствуя мужчин и женщин, собравшихся в комнате, с невиннейшей улыбкой.

Улыбка была настолько яркой и чистой, что казалось, люди видели ангельские крылья за её спиной и свечение вокруг головы. Солнечный свет сиял позади неё, и мрачная комната казалась освещённой.

Ах….

Суровые мужчины и женщины, люди, занимавшие высокое положение в семье, были ошеломлены и сбиты с толку.

Кто этот ребенок? Почему она так изменилась?

Они видели эту девчушку раньше и знали, что она трусиха.

О малышке практически забыли, не уделяя достаточно внимания, ведь многие говорили, что у нее нет таланта вести семью. Угрюмая от природы, она даже не могла прямо смотреть взрослым в глаза.

И что же теперь? Сидя перед всеми этими людьми, она не только не чувствовала себе подавленной, но ещё и могла спокойно улыбаться и приветствовать их!

Прекрасный голос словно заглушал плохое произношение, из-за чего её манера речи казалась скорее милой, чем грубой. Щечки розовели, когда она улыбалась, выглядя при этом небесным созданием.

Другими словами, малышка была божественно милой.

– Доброе утро, юная мисс. - Самый пожилой из присутствующих кашлянул, чтобы разрядить атмосферу. Он внезапно понял, что окружающие были пленены одной лишь улыбкой.

Девчонка опасна.

Все эти люди в комнате были так очарованы, что даже не взглянули на него, продолжая жадно рассматривать ребёнка. Их пристальные взгляды в то же время были мягкими, в них читалось желание защитить девочку.

– Хм?- Эйнсли посмотрела на поприветствовавшего её старейшину. Поскольку ее зрение еще не было достаточно чётким, она не могла подробно разглядеть лица этого мужчины.

Она проигнорирует его.

– Дьядюшьки , тьетушьки, Айн йубит вас! Эйнсли сложила сердце с помощью пальцев и невинно ухмыльнулась, не забывая смотреть на окружающих взглядом своих прекрасных голубых глаз.

Эффект был колоссальным.

– Ува! Юная мисс, ты ангел!

– О боже, кто предложил изолировать молодую мисс? Это милейшее создание нужно защищать!

– Давай, давай, Айн, этот дядя будет обожать тебя!

– Нет, иди к этой тётушке. Тётя накормит тебя!

Все эти стильно одетые люди полностью потеряли контроль над собой. Их глаза были наполнены любовью и привязанностью к Эйнсли, от семейных планов сделать девочку своей марионеткой не осталось и следа.

Сначала они хотели быть опекунами девушки ради власти и положения, которые давала эта роль. Но теперь им была нужна она сама. Неважно, бездарна ли девочка. Она милая! В будущем ей достаточно будет просто выйти замуж за влиятельного человека, чтобы её судьба сложилась наилучшим образом.

– Юная мисс, хотите шоколада?

– Эй, не давай ей взятки! Как насчет платьев? Вы сейчас не очень хорошо одеты.

– Тц! Старые лисы!

Сильные, с виду крутые мужчины и женщины, не прекращали попыток выслужиться перед Эйнсли. Их внезапное поведение полностью изменило настроение встречи.

Старик, пытавшийся приветствовать Эйнсли первым, был полностью проигнорирован и ребенком, и людьми. Его голос утонул в окружающем хаосе.

Хотя он и был одним из восьми великих, никто не обращал на него внимания. Даже остальные семеро старейшин украдкой посматривали на Эйнсли с нежностью во взглядах.

...безумцы.

Единственный оставшийся нормальным, он был сбит с толку. Он впился взглядом в Эйнсли, его белая борода подрагивала, а чёрные глаза смотрели с опаской и недоверием.

Это ненормально. Каким бы симпатичным не был кто-то, эти люди, убивавшие детей без малейших колебаний, с чего вдруг им так вести себя?

Если их легко покорить милым личиком, что они будут делать дальше, если в войне между территориями снова потребуется убить ребёнка?

Почему? Почему они вдруг так себя ведут?

К старейшине пришла абсурдная мысль, что Эйнсли целиком и полностью околдовала этих людей. Им уже не нужно было место опекуна, со всеми его преимуществами. Они были просто очарованы ребенком.

И это ненормально.

К слову, Эйнсли и сама уже поняла это. Прищурившись, она ещё раз оглядела сидящих вокруг стола.

«Разве эффект не слишком силён? Я предполагала, что они лишь немного ослабят свою бдительность и смягчатся по отношению ко мне. Но что это? Как будто они находятся под магическим воздействием…»

Эйнсли замолчала. При этой мысли ее глаза расширились.

Очарованы магией?

Малышка поспешно опустила глаза на свои крошечные ручки и смутно увидела розовую ауру, окутывающую её пальцы. Да и все остальное тело были покрыты этой розовой дымкой.

Возможно ли...?

Как любой чунибьё, верящий в существование у себя запечатанных способностей, возвышающих его над остальными, Эйнсли мгновенно приняла тот факт, что она обладает подобными силами.

Лишь взглянув на розовую ауру, которую больше никто не видел, она моментально в этом убедилась.

У меня есть сила очаровывать других!

Голубые глаза Эйнсли потемнели и будто стали глубже. Если бы сейчас кто-то из окружающих действительно мог здраво мыслить, он бы содрогнулся при виде ребенка с таким проницательным взглядом.

Ребёнок, который раньше выглядел как небесное создание, теперь стал похож на падшего ангела.

К сожалению, этого никто не видел. Даже устоявший перед чарами старец не обратил на это внимания, погруженный в свои мысли!

Эйнсли медленно искривила губы и ещё раз пристально оглядела людей, попавших под её обаяние.

Этот мир без магии, но кажется, что особые способности всё-таки существуют. Тогда насколько же сильно это тело, если она может очаровать более двадцати человек в трехлетнем возрасте?

Эйнсли почувствовала тепло в груди. Горделивое предвкушение переполняло её сердце.

Да, она была уверена, что стала настоящим главным героем.