— Сегодня на ужин особенное меню. Разбитая картошка. Можете не чистить остальной картофель. Просто все сварите, — отложив вилку, высокомерно сказала Труди. На её губах блестел белый йогурт. — Это потому, что я одобряю это блюдо. Ты поняла?

— Да. Спасибо, Труди, — ответила Алина, лучезарно улыбнувшись.

— Вау, большое спасибо, — пробормотала Марика, стоявшая рядом с ними.

Однако Труди уже ушла, так и не услышав слов девушек.

***

— Это потому, что я одобряю это блюдо. Ты поняла? Она как будто святая, — передразнила женщину Марика, задрав подбородок. — Она должна была вытереть йогурт со своего лица прежде, чем сказать это.

В ответ на ворчание Марики Алина радостно улыбнулась.

— Тем не менее, здорово, что меню помощника по кухне было принято.

— Интересно, всё прошло также, если бы ты показала меню Грете?

Затем Марика взвизгнула, откусив от оставшегося на тарелке картофеля кусочек.

— Боже мой! Только посмотрите на это! Как же вкусно! Он свежий, душистый и дерзкий!

И через мгновение, топнув ногой, жалостно добавила.

— Труди наверняка скажет, что сама придумала это блюдо! «Картофельное блюдо Труди!»

— Это меню выбрала Труди, так что мы ничего не можем поделать с этим, — отметила Алина.

— Не можем изменить? Но Грета назвала бы его «Картофельным блюдом Ризе». Так было и с панкейками. Она назвала их «Панкейки Ризе».

— Я рада, что это меню одобрено. Мне не важно, какое у него название.

— А мне важно, — тяжело вздохнув, сказала Марика. — Это действительно важно. Чтобы стать помощником повара нужно 10 лет. В такой ситуации, кажется, с приоритетами и способностями в Малехарке совсем туго.

— Разве сейчас время для пустых разговоров с Ризе!? Почему бы тебе не порезать картошку?

— Грета! — воскликнула Марика, обернувшись.

Рядом с Гретой стояла девочка с такими же рыжими волосами и карими глазами, как у неё. Ребенок широко улыбнулся и воскликнул:

— Марика!

— Нина?

Марика удивленно посмотрела на ребенка. Нина, которая доставала ростом до колена Греты, подпрыгнула и расхохоталась.

— Ризе! Марика!

— Нина, я так давно тебя не видела! Ты так выросла!

Алина присела, чтобы быть с Ниной на одном уровне. Услышав ухмылку Греты она сказала:

— Смотря на этого ребенка и правда можно сказать, что она выросла.

— Нина, давай не будем шуметь. Этим девушкам надо работать, — строго сказала Грета, обняв Нину одной рукой.

— Ага. Нина будет послушной! Я сегодня получила награду! Хоть Нина и маленькая, — гордо сказала Нина.

Виной тому была награда, которую девочка получила за свое выступление в детском саду.

— Нина, ты выиграла приз! Поздравляю!

Услышав поздравления Алины, Нина широко улыбнулась. Затем она сняла со своей шеи ожерелье из конфетти и повесила его Алину.

— Теперь Ризе тоже получила награду! Поздравляю!

— Спасибо, Нина. Но разве я могу взять твой приз?

Алина, получившая ожерелье посмотрела на Грету и ахнула.

«Просто отдай позже.»

Прочитав по губам Греты послание, Ризе кивнула и сказала:

— Кстати, Грета, разве у Вас не выходной сегодня? У вас какие-то дела здесь?

— Я привела эту даму сюда, так как она хотела вас увидеть.

Грета ткнула пальцев в пухлую щечку Нины. Они порозовели, а затем снова побелели.

— Щекотно! Я хочу кушать! — хихикнула девочка, улыбнувшись.

— Она говорит все, что думает.

В ответ Алина лишь рассмеялась.

— Ты не должна голодать. Что же хочет покушать наша госпожа Нина?

— Все, что можно!

— А что именно из вкусного ты хотела бы съесть? — задав вопрос, не подумав, Алина замешкалась.

Это было связано с тем, что она так часто задавала этот же вопрос Рихарду.

Он говорил, что раньше питался лишь для того, чтобы бить желудок. Однако сейчас его голод утоляли лишь вкусные блюда.

— Дан Го! Мани Дан Го! —  серьезно ответила Нина прежде, чем угасла улыбка Алины.

В ответ девушка лишь кивнула.

Так было всегда. Все дети выбирают самую вкусную еду из всего, что они когда-либо ели. Но Рихард даже не мог и мечтать о таком. Ведь он никогда еще не пробовал такого разнообразия блюд.

«Я узнаю, какую еду Рихард любит больше всего», — пообещала себе Алина и улыбнулась.

— Тогда я приготовлю для тебя Дан Го. Подождите немного, госпожа Нина.

— У тебя не так много времени. Просто сделай тосты с джемом. Ты даже еще не приготовила картошку, — сказала Грета, вздохнув и схватив Нину за щёку.

Девочка, в свою очередь, рассмеялась над ласковыми действиями мамы.

— Все в порядке. Сегодня мы не будем жарить картошку.

— Тогда что вы будете делать с этой горой?

— Ее заменит «Картошка Труди», разработанная Ризе.

— Что это значит?

Услышав резкие слова Марики, выражения лица Греты изменилось.

— Вот оно. Это блюдо придумала сегодня Ризе. Труди сказала, что разрешит подать это блюдо в рамках особенного обеденного меню, — протянув тарелку с картошкой, сказала Марика.

Грета усадила Нину за стол и, сев сама, уставилась на тарелку. Она осторожно обмакнула картошку в йогурт и откусила. Прожевав корнеплод, она замолчала, словно впала в задумчивость.

— ...Нина, давай подождем обеда.

— Что?

Нарушив минутное молчание, Грета, посмотрела на Алину.

— У тебя остался багет с вчерашнего дня? Можешь его использовать? Неважно откуда это блюдо из Зенотата или еще от куда-нибудь.

Услышав слова Греты, Алина взглянула на Марику.

— Но хлеб затвердеет и из него сложно будет сделать тосты, — стала выражать свое недовольство Марика, когда планы Греты резко изменились.

— Я спросила об этом у Ризе. Ты тоже садись сюда. Не мешай ей.

— Что? Ладно.

— Ризе, что думаешь? Не сможешь? Или ты просто можешь сделать тосты с джемом, как я сказала. Ты занята сейчас приготовлением обеда, так что я не хочу тебя обременять.

— Смогу. Я сделаю их такими сладкими и вкусными, что тебе обязательно понравиться, Нина, — кивнула головой Алина, смущенная заботой Греты.

Алина достала из бумажного пакета коричневый багет.

Хлеб, пролежавший в пакете сутки, стал настолько твердым, что даже нож не смог его порезать. Кроме того, он сильно сыпался.

Алина внимательно оценила состояние багета, а затем спросила у Греты:

— Могу ли я добавить другие ингредиенты по-своему усмотрению?

— Я тебе уже давала разрешение. Можешь больше не спрашивать.

Алина спустилась в подвал и вернулась оттуда с яйцами, взбитыми сливками и замороженной черникой. Она планировала приготовить обед в стиле Зенотата, но сладкий.

Если бы это блюдо пришло ей на ум раньше, то Алина непременно угостила бы им Рихарда. В прошлый раз всем понравился сладкий бутерброд с арахисовым маслом, так что это тоже должно было понравиться.

Алина сначала разбила яйца в широкую глубокую миску,  затем добавила взбитые сливки. Ярко-желтые яйца, столкнувшись с белыми взбитыми сливками, поменяли свой цвет на бледно-желтый. Затем девушка добавила в смесь мед и немного сахара и перемешала, пока мед полностью не растворился. Далее Алина обмакнула в смесь кусочек твердого багета.

Багету требовалось немного времени для того, чтобы впитать в себя массу и стать влажным.

Тем временем Алина пересыпала чернику в небольшую кастрюлю с длинной ручкой и смешала ягоду с сахаром. Когда девушка  поставила кастрюлю на плиту, черника растаяла и превратилась в сладкий сироп. Спустя какое-то время помещение наполнилось сладким ароматом, как будто Алина готовила черничное варенье.

— Ой, как пахнет! — в предвкушении сказала Нина, сидевшая за столом и ожидавшая еду.

— Да, я почти закончила.

Алина нежным прикосновением успокоила дрожащие ноги Нины и сняла кастрюлю с огня.

В черничном соусе были пузырьки, так как он кипел. Кастрюля была такой горячей, что к ней невозможно было прикоснуться.

Близкие к цвету ультрамарина спелые ягоды черники были собраны, когда солнце было в зените. Поэтому они были темно-фиолетовыми и источали сладкий аромат.

Алина отставила соус в сторонку для полного остывания и проверила тарелку с яйцами.

За это время багет пропитался яйцами и взбитыми сливками и стал мягким.

«Было бы ещё вкуснее, если можно было бы оставить его так на ночь».

Но так тоже будет хорошо.

Алина мило улыбнулась своим рассуждениям и положила на сковородку кусочек сливочного масла. Спустя мгновение масло ужалось в размерах, поплыло по сковородке и исчезло.

— Будет вкусно!

Ароматный запах масла распространился по кухни. Когда он дошел до носа Нины, девочка схватила себя за щеки.

— Ух ты!

Грета разочарованно улыбнулась, смотря как девочка не может скрыть предвкушения от  готовящегося блюда.

— Ты не ведешь себя так, когда твоя мама готовит для тебя, Нина.

— М...

— Вот так. Наверное, это потому, что дети очень честные.

Нина угрюмо посмотрела на свою мать и Грета погладила ее по голове.

Алина вынула багет из тарелки и начала его жарить.

Запах в комнате изменился. Он сильно отличался от аромата недавно приготовленного черничного сиропа. Теперь на кухне пахло выпекающимся хлебом, яйцами и взбитыми сливками.

Нина высоко подняла голову и вдохнула запах готовящегося хлеба.

— Нина слишком маленькая.

— ...Что же делать?

Марика, сидевшая рядом с Ниной, приняла редкое для нее серьезное выражение лица.

— Уже так вкусно пахнет...

Услышав слова Марики, Алина тихо рассмеялась.

Затем девушка разложила по два кусочка багета на каждую из трех тарелок. И сверху посыпала сахарной пудрой, помол которой был меньше, чем у пшеничной муки.

Со стороны казалось, что девушка посыпала золотистый тост крупинками белого снега.