Он не знал точно, когда впервые приобрел самосознание. Не было никакого предшествующего этому импульса, который он мог вспомнить. Он знал только то, что однажды проснулся с ним. Его сознание просто начало существовать, и он приобрел способность воспринимать окружающее.

Отчасти так вышло из-за его неспособности ощутить свое рождение, ведь единственным, что он когда либо чувствовал, являлась буря гнева и негодования. Его разум был наполнен громкими, ужасно громкими криками, несущими в себе жестокие, разрушительные эмоции. Казалось, что они сводят его с ума.

В обрушившемся на него неистовом потоке голосов буквально каждый был пронизан страхом, ненавистью и невыразимой яростью. Злобные крики грозили раздавить и поглотить его вновь обретенную волю. Он пытался заставить голоса услышать себя и дать отпор их безумию, но мутный поток эмоций был слишком силен и, вскоре, они подавили его волю. Его поглотил поток.

Он знал, что помощи не будет. Крики раздавались гораздо громче, чем когда-либо. Никто не услышит его голоса, не говоря уже о его отчаянной просьбе о помощи. Сопротивляться потоку было невозможно. Без кого-то, способного ему помочь, он вскоре затонул в этом море криков. Его сознание потонуло под слоем злобы.

Тот, кого он называл своим владельцем, начал слышать наполненные яростью крики, эхом разносившиеся в его разуме. Но вместо того, чтобы дать ему спасение от потока гнева, он сделал прямо противоположное - стал наслаждаться им и использовать его клинок, чтобы вызвать еще больше ненависти, ужаса и отчаяния - эмоций, которые только добавили объема и без того непреодолимому мраку лежавшему внутри него.

Он был в ловушке. Он не мог избежать засасывающей его, как водоворот, ярости. Он не мог найти ни одного момента, дабы успокоить себя. Все, что он помнил - пожирающие его сущность отрицательные эмоции.

До того момента, как они - он и мутный поток, не начали сливаться воедино. Его эмоции начали таять, и чувства, которые порождал в нем поток, начали постепенно исчезать.

***

Он не знал точно, сколько времени прошло с момента его возникновения, ведь это было невозможно. Его воля была почти полностю поглощена зловещей бурей бушевавшей в его разуме, а его эго - чувство собственного достоинства, которое однажды внезапно появилось, оказалось на грани исчезновения.

Что он действительно знал - он снова перешел из рук в руки, что его хозяин изменился в энный раз. Но это ничего не значило. Ничего не изменится. Ничего не будет иначе. Мутный поток ярости внутри него просто продолжал сеять хаос и пытался поглотить все, что он когда-либо встречал. Потому что так было всегда. Он знал, что скоро лишит нового хозяина его сознания, что вихрь поглотит его волю и добавит его к безумному потоку яростных криков, разносившихся в его разуме. Потому что так происходило всегда.

Снова и снова его обладатели попадали в плен разврата. Они всегда наслаждались криками, которые вызывали, и постепенно превращались в простых зверей, психопатических монстров, далеко не способных к спасению. И в этот момент их воля будет подавлена, и эта разбитая воля вольется в вихрь. Но были исключения из правил. Не все его обладателям были сломлены порочным потоком печали и отчаяния внутри него, поскольку некоторые изначально были безумны. Но, в любом случае, независимо от обстоятельств, у всех его обладателей было одна одинаковая черта - никто из них не был порядочным человеком.

Некоторые были опьянены собственным могуществом. Они были дураками, которые стремились использовать его в своих корыстных целях, чтобы получить еще большую власть. Другие жаждали крови и не хотели ничего иного, кроме как видеть, как она течет. И это все причины, почему они искали его. Ибо борьба сопровождала его, где бы он не был. Ведь ни один из его хозяев не был достойным человеком.

Вот почему он предполагал, что его новый хозяин не будет исключением. Вот почему он всегда пытался медленно закрыть глаза. Он хотел поддаться отчаянию, которое его разум никогда не мог по-настоящему ослушаться. Чтобы ему больше никогда не пришлось страдать.

Но потом начались изменения. Его новый хозяин оказался непохожим на любого из тех, кто владел им в прошлом. Хозяина не поглотили мутные эмоции, затуманившие его разум. Хозяин использовал еще бОльшую силу, заставив вихрь умолкнуть.

Его действия были беспрецедентны.

До него все хозяева пали перед голосами. Их разум был осквернен потоком и доведен до безумия, а потом они встретили свой преждевременный конец. Но даже несмотря на то, что он был сам был поглощен ими, он не пострадал. Увидев, что гнев и негодование сдерживаются с такой легкостью, он впервые испытал положительные эмоции. Намек на удовлетворение. В тот день хозяин сказал слова, которые он никогда не забудет.

Теперь ты принадлежишь мне. Все вы. Ты - всего лишь одно из множества моих орудий, и должен быть им. Заткнись и подчинись мне, чтобы я мог использовать тебя. Сделай это, и я изменю тебя и избавлю всех от твоих дерьмовых обид

Это были Слова, которые навсегда были вырезаны в его сердце .

***

Первое, что он испытал, получив новую форму, была растерянность и замешательство, которые сразу же сменились неудержимой радостью. Его восторг был настолько силен, что эмоции пропитывали все фибры его души. И все его счастье было результатом одного события: исчезновения потока, который привел его к страданиям, той властной злобы, которой он оказался не в состоянии противостоять.

Все голоса пропали. Они исчезли, когда его форма изменилась. Как и он, они наконец-то были освобождены и им разрешили отправиться в загробную жизнь, которой они и принадлежали. По крайней мере, так оно и предполагалось.

Сила, которую вложил в него хозяин, была такой могущественной и теплой, что даже казалось, что он был вознесен на небеса и окружен теплом. Казалось, что его окутали сильные чувства комфорта и безопасности.

Он чувствовал, что на этот раз не прочь, чтобы его использовали в качестве оружия. Что в руках нового хозяина он больше не будет вынужден отказываться от своего долга и смысла своего существования. Что ему больше не нужно ненавидеть себя. Что ему больше не нужно оплакивать собственное существование. Эта мысль наполнила его таким счастьем, что он задрожал от радости.

***

Однажды ему пришла в голову мысль: “Мастер очень странный”.

Хотя предполагалось, что он будет не более чем инструмент для пожинания жизней других, его хозяин по-прежнему относился к нему со всем достоинством, которое обычно присуще живому существу. Он говорил с ним и всегда заботился о нем.

И это было только начало. Самым важным делом, которое сделал его хозяин, единственным действием, сделавшим его самым счастливым, было то, что он сделал вскоре после изменения его формы. Он дал ему имя. Он подарил ему первое, что он получил, первое, что он не украл у другого. Осознание этого наполнило его сердце радостью, которая никогда не исчезнет.

В отличие от многих других до него, его хозяин размахивал им только для защиты. И поэтому было решено, что так и будет. Желания его хозяина были его желаниями. И он выполнит свой долг. Ибо исполнение желаний своего хозяина наполнило его удовольствием настолько мощным, что оно было почти сладострастно по своей природе. Встреча с хозяином позволила ему получить множество новых впечатлений. И эмоций.

Надежда.

Радость.

Комфорт.

И еще одна вещь, что обескуражила его - сильная эмоция, которая, в свою очередь, принесла ему агонию и блаженство. Эмоция заставляла его чувствовать себя одиноким, когда он покидал руку хозяина. И все же, хотя он был в ужасе от мысли остаться одному, он был даже благодарен этому чувству, ведь оно заполняло пустоты в то время, когда хозяин только собирался вооружиться им.

- Хм… Кажется, что в тебе что-то изменилось - сказал ему однажды его хозяин.

- Действительно?

- Я всегда мог так ясно слышать твои мысли…?

- Я думаю, что да…

Он не ощущал значительных отличий. Он мог сказать, что его мысли стали более ясными, но, по сути, он ни разу не изменился с того дня, как получил новую форму.

Мастер. Я буду защищать вас. Всеми силами, что у меня есть, подумал он.

Его использовали, чтобы многим принести смерть. Поэтому он знал, что единственное его желание вполне могло оказаться неосуществимым, и он не хотел его озвучивать. Но все же он не мог не надеяться, что его желание будет исполнено.

Потому что все, чего он хотел - это навсегда остаться со своим хозяином.