На следующий день в приют прибыл слуга из особняка Кроллот.

Рейна наслаждалась чаепитием с Майей за столиком на открытом воздухе.

— Его Светлость граф просит мисс присутствовать в особняке.

Рейна посмотрела на слугу, который казался более встревоженным, чем она.

— По какой причине?

— Высокопоставленный гость ищет юную леди.

Рейна кивнула.

Только тогда слуга вздохнул с облегчением, но Рейна продолжила потягивать чай.

— У-уважаемый гость ждёт...

— Он пришёл без предупреждения, так что ему придётся подождать. Почему я должна торопиться?

Ей не нужно было подстраиваться под кого-то, кто явился без приглашения.

«...Именно так подумала бы настоящая Рейна».

Как она и ожидала, слуга не смог больше спорить и сдался с поверженным выражением лица.

Казалось, он хорошо знал, что если расстроит Рейну, то только усложнит себе жизнь.

Рейна спокойно допила чай и затем села в экипаж вместе с Майей.

Несмотря на то, что на её лице было написано «Кого волнует этот так называемый важный гость?», она почувствовала, как у нее пересохло во рту.

Кто бы мог быть этим почётным гостем?

«Вероятно, Люциус».

Несмотря на то, что она была морально готова, она все ещё чувствовала напряжение.

«Как много знает Люциус?»

В тот день, когда она оставила Каликса в детском доме и вернулась одна, она размышляла над историей, рассказанной Джонатаном.

Согласно тому, что он сказал, Джонатан скрывал присутствие Каликса на протяжении всего их путешествия.

Он доверил особняк лишь горстке надёжных слуг и щедро вознаградил их деньгами в обмен на их молчание.

Рейна была впечатлена тем, насколько дотошным был Джонатан, задаваясь вопросом, может ли он знать истинную личность Каликса.

— Если ты расскажешь мне, что ты сделала с этим ребёнком, я позабочусь о том, чтобы все прошло идеально и тебе не грозила опасность.

Проанализировав это обещание, Рейна, наконец, поняла.

Джонатан изначально привёл Каликса в качестве игрушки для Рейны, предвидя возможные проблемы, если она будет слишком грубо играть с мальчиком.

«Я никогда не расскажу ему, что я сделала с Каликсом».

Поскольку он ничего не слышал, пока не поступил в военно-морскую академию, Джонатан в конце концов отказался от попыток получить ответ.

— Если что-то случится, немедленно свяжись со мной. Я приду на помощь, даже если мне придётся сбежать.

Рейна не могла не восхищаться его любовью к младшей сестре, даже если она была проявлена несколько неуместно.

«Но если Люциус найдёт решающую подсказку...»

Было ясно, что ситуация развернётся не так гладко, как надеялась Рейна.

«Прежде чем всерьёз обманывать Люциуса, мне нужно выяснить, как много ему известно».

Рейна сжала и разжала кулак, чувствуя, как напряжение медленно согревает её холодные руки.

Вскоре карета подъехала к особняку Кроллот.

Когда Рейна спустилась вниз, служанки особняка бросились окружать её.

«Что происходит?»

Горничные оглядели её с ног до головы с серьёзным выражением лица.

— Вам просто нужно расчесать волосы; в дополнительном уходе нет необходимости.

— И Вы должны сменить платье.

— Ваши ногти нужно немного подровнять, чтобы они выглядели отполированными.

— У нас мало времени, мисс. Поторопимся.

Горничные подгоняли Рейну.

— Разве меня не ждёт гость? — спросила Рейна, озадаченная упоминанием о переодевании.

— Это особая просьба Его Светлости. Он хочет, чтобы мисс выглядела идеально.

— Вам интересно, кто этот гость?

Горничные казались странно взволнованными.

— Это никто иной, как великий герцог Люциус Ингерсолл!

Восторженно воскликнула одна служанка; её голос звучал так, словно она в любой момент могла закричать «Та-да~!».

Однако она была немного озадачена, когда Рейна только скорчила недовольную мину.

— Разве это не удивительно?

— ...Почему?

«Ах! Должна ли я была удивляться? Даже знаменитая Рейна должна была бояться Люциуса?»

В замешательстве от интерпретации характера Рейны горничная заговорила снова:

— Ну, мисс всегда хотела познакомиться с ним, с тех пор как Вы были маленькой.

— ...Я?

— Да! Среди всех слабаков империи он единственный, на кого стоит обратить внимание!

Рейна была ошеломлена.

«Что это за чушь?»

* * *

После тщательных приготовлений горничных Рейна, наконец, смогла направиться в гостиную.

Граф и графиня Кроллот были явно обрадованы приездом Рейны.

— Наша очаровательная дочь!

— Ты стала ещё красивее с тех пор, как мы видели тебя в последний раз.

Пара осыпала её комплиментами.

— К тебе пришёл высокопоставленный гость.

— Да, да. Тебе следует поторопиться и поприветствовать его.

Граф и графиня подвели Рейну к Люциусу.

Люциус все ещё стоял к ней спиной и теперь повернулся, чтобы посмотреть на Рейну.

Её глаза слегка расширились.

— Ох...

— Приятно снова Вас увидеть.

Рейна сцепила руки и слегка опустила голову.

— О боже. Похоже, это не первая встреча великого герцога и нашего ребёнка.

— Мы официально не обменялись приветствиями. — Граф быстро встал между ними и заговорил, — Великий герцог Люциус Ингерсолл. Это наша вторая дочь, Рейна Кроллот, из графской семьи Кроллот.

Граф посмотрел на Рейну ласковыми, нежными глазами.

— Рейна. Это великий герцог Люциус Ингерсолл из великого герцогства Ингерсолл.

— Приятно познакомиться с Вами.

Рейна подхватила подол своей юбки и слегка согнула колени.

— Взаимно.

Его голос был спокоен, но в его взгляде не было теплоты.

Рейна чувствовала исходящую от него острую ауру, почти как если бы она ощущала её на своей коже.

Граф и графиня либо не почувствовали этого, либо предпочли притвориться невежественными, но остались невозмутимыми.

— Как Вы познакомились с нашей Рейной? — поинтересовалась графиня, её глаза блестели от любопытства.

— Я хотел бы минутку поговорить с леди Рейной.

Несмотря на то, что он явно проигнорировал вопрос и заявил о своих намерениях, графиня любезно пришла к собственному пониманию ситуации.

Движимый желанием остаться наедине с Рейной, Люциус, возможно, не мог позволить себе роскошь быть вежливым.

— Конечно! Не стесняйтесь вести приятную беседу, — сказала Графиня, выходя из гостиной вместе с графом.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — предложил Люциус, и Рейна устроилась на диване напротив него.

— Что привело Вас сюда, чтобы встретиться со мной?

— У меня есть несколько вопросов о Джонатане Кроллоте.

— Мой брат в настоящее время учится в военно-морской академии. Какие-то проблемы?

— Я слышал, что молодой господин Кроллот недавно взял выходные и вернулся в поместье.

— Да, верно.

— По словам графа Кроллота, в день его возвращения в особняке была только леди Рейна.

Он пристально посмотрел на Рейну, доставая что-то из кармана.

Взгляд Рейны невольно остановился на перчатках, которые он носил.

Перчаток, которых она не видела ни при их первой, ни при второй встрече.

На чёрных перчатках была вышита золотая змея, символизирующая семью Ингерсолл.

«Похоже, это официальная встреча».

Люциус достал из нагрудного кармана листок бумаги и развернул его на столе.

Это был портрет Каликса.

— Он когда-нибудь упоминал, что видел этого ребенка?

Сердце Рейны учащенно забилось. Она была убеждена, что Люциус знал о том, что Джонатан забрал Каликса.

Люциус не только лично пришёл к Рейне, но и показал ей портрет Каликса.

Для Люциуса Джонатан был не просто одним из многих людей, проводивших расследование в южном регионе.

Скорее, он был главным подозреваемым, которому требовалось немедленное внимание.

«Сохраняй спокойствие».

Она сделала усилие, чтобы успокоить своё трепещущее сердце.

Проявление любого признака удивления могло все испортить.

«Сейчас идеальное время, чтобы использовать подозрения Люциуса в своих интересах».

С этой мыслью Рейна попыталась придать ещё деликатнее выражение своего лица.

Она посмотрела на портрет Каликса так, словно впервые увидела незнакомого ребёнка.

Хотя ребёнок на портрете теперь выглядел моложе Каликса, меланхоличный взгляд остался.

Рейна внимательно рассматривала портрет, стараясь не отводить взгляд слишком быстро.

— Я не могу поспешно заключить, что это тот самый ребёнок, но- — Рейна подняла взгляд и обратилась к Люциусу. — Мой старший брат упомянул, что, прежде чем вернуться в особняк, он увидел бродячую сироту недалеко от южного побережья.

Недалеко от южного побережья.

Там находился санаторий, где останавливался Каликс.

Взгляд Люциуса упал на Рейну.

— Как выглядел ребёнок?

— Он просто сказал, что мальчик был очень худым, с глазами рубинового цвета.

Словно перепроверяя, Рейна снова посмотрела на портрет Каликса.

— Ребёнок, который вызывает жалость...

Она на мгновение замолчала, смягчая голос.

Это должно было быть сдержанно и естественно, потому что отныне…

— Старший брат сказал, что помог этому ребенку.

Она могла сказать что-то, что усилило бы подозрения Люциуса.