Мы пошли обратно другим путем. Кана упомянула о том, как хорошо, что мы не остановились вблизи Леса Ведьм, так как там патрулирует группа работорговцев. Из-за ужасной жизни в городе простые люди бегут из него. Поэтому пару лет назад назначили также и плату за выход для крестьян. Это вызвало много трудностей, но все же стало постоянным указом.

Сейчас мы шли по грязным улицам трущоб, посколько привлекли бы много внимания на главной улице, где благородные отмечали день Святого Хелина. Праздник для богатых. Бог удачи и денег. Отмечается пять дней в конце февраля. Двадцатое февраля является главным днем этого праздника. В этот день благородные играют в «невель». Это игра, в которой рабы играют в разного рода игры, слушая приказы своих господ. Они как бы испытывают удачу. Чей раб выживет, тому привалит удача и богатство в этом году… По крайней мере, так считают местные. Участвовать в таких праздниках здесь так же нормально, как иметь наследника главы дома. Для благородных такие жестокие вещи обыденны.

«Воняет…»

В трущобах, где живет самый низший слой, состоящий из рабов и нищих, крестьян — просто ужасное место для существования.

— Ма… — услышали мы сдавленный стон, и я замерла в ужасе. — …ма… — это был детский стон, хриплый и сдавленный, будто того душили.

Я повернула голову в сторону звука. Там было старое хлипкое здание. При всем желании не идти туда, я снова и снова толкала свое тело в сторону источника чужой боли. Мое сердце сжималось.

«Почему так жестоко?..» — пронеслось в моей голове с очередным шагом.

Я ускорилась и буквально ворвалась в дом, в котором находилось много людей в разодранных тонких одеждах. Правда, большая часть из них была мертва. Запах гнили и испражнений застыл в носу. Я смотрела на всех этих грязных и ободранных людей с отвращением. Вонь перебивала запах мокрого железа. Кровь… везде была кровь.

— Помогите… — один из этих людей кинулся мне в ноги, испачкав подол плаща в крови и грязи. От него разило чем-то тухлым, заставляя меня инстинктивно сморщиться. — Вы ведь такая же… помогите, и я буду вашим рабом.

Свободный низший крестьянин. Их жизнь бывает хуже рабов, которых хотя бы кормят за труд. За ними же никто не смотрит.

— Кха! — очередной вскрик ребенка заставил меня двинуться дальше, но кто-то зацепился за ногу, и я пошатнулась.

— Лидер! — наконец донёсся до меня голос компаньонов, что пытались отцепить этого нищего от меня. — Что Вы делаете? Нам нужно идти! — схватила меня Мина и потянула в сторону выхода, но я упёрлась.

— Там ребенок… — сказала я, на что встретила лишь озадаченные выражения лиц мужа с женой.

Мой взгляд скользнул вперёд, и я оцепенела на секунду. Я поспешно начала оглядывать всё вокруг, не в силах найти источник этого звука. Моё сердце начало сжиматься.

— …я не успела?

— Да что с Вами?! Уходим! — крикнул на меня Гейл, и я тупо уставилась на него. Моё тело ослабло, и Мина просто повела меня прочь отсюда.

Здесь не было ни одного ребёнка.

***

Мы молча шли дальше. Может они давали мне возможность переварить произошедшее? Меня поначалу обуял страх неизвестного. Мы тогда обошли всё вокруг по моему желанию, но нигде не было ребёнка, также никто не слышал этого, кроме меня. Дети… мне всегда было их жаль. Шли мы окольными путями. В носу всё ещё стоял этот смрад и сдавленные крики ребёнка. Я уверена, что слышала это. Как может быть такое, что этого не было? Я не понимаю… Мои мысли были поглощены только этим, поэтому я не заметила, как мы вышли к трактиру, о котором вскользь упомянула Кана. Именно его я и искала.

— Нам точно сюда? — спросил как-то странно Гейл. Я обернулась и взглянула на него.

— Да.

Мне было плевать, что он думал об этом. Если он уже может привередничать, то полностью восстановился от воздействия рабской жизни… но я нет. К тому же, плевала я на условия. Они лучше, чем спать на улице в холод, чем жить нищим крестьянином. В самом же деле теперь я считаю глупостями свои жалобы на однушку на окраине отдела. У меня была свежая и вкусная еда, горячая и чистая вода, тёплая и мягкая одежда, кровать, а также отапливаемое жильё. Я была дурой, которая изо всех сил пыталась отхватить себе место знатной особы в центральном кольце отдела.

Мы подходили к зданию, что выглядело просто, но качественно. Здесь было много людей снаружи. Я увидела выпивающих на террасе второго этажа, а также шляющихся у входа нервозных и о чём-то спорящих людей. Напротив этого крупного трактира находились какие-то забегаловки и магазины, торговые палатки и ставки. В общем, всё то, чем увлекаются преступники.

«Я так понимаю, ты останешься в трактире Бо́риса?»

Спросила меня Кана. У меня не было такой информации, поэтому я решила спросить об этом у неё. Она указала лишь местонахождение трактира.

«Ты умная девушка, юная леди. Ты всё поймёшь, как увидишь.»

Именно так она и сказала.

Мысли о недавней странной ситуации, связанной со мной, я решила пока отложить в долгий ящик¹. Поэтому мы пошли прямиком ко входу… Однако я остановилась у двери, поскольку на них висел плакат розыска… Я сорвала его, сжимая в кулак.

«Почему? Это настолько серьёзно?..»

Даже то, что я убила лорда земель барона ничего не даёт. Нас бы стали разыскивать только ради примера другим и то, это не так серьёзно, однако мы не смогли бы жить на этой земле. Но сейчас…

/Плакат:

Разыскивается опасная преступница, убившая лорда земель барона. Увела 28 рабов с рабского двора.

Обладает колдовством льда, а также имеет в своём подчинении людей. Мастер меча.

Рост: около 176 см.

Телосложение: хилое.

Чёрные волосы и белые глаза.

Вознаграждение за голову: 10000 гельвенов².

*Рисунок*/

Для простого обывателя это неплохая сумма, на которую можно открыть свою таверну, но для благородных это не имело ничего ценного. Однако цель этого розыска мне стала понятна. Благородные даже не посмотрят на вознаграждение, они обратят свое внимание на то, что я колдунья, которая убила лорда. Вернее, им будут важны две вещи: либо переманить меня на свою сторону, либо избавиться от меня, поскольку это может быть похоже на восстание, а также угрозу их положению. Никто не хочет быть убитым. Основные массы населения не смогут ничего из этого вынести. Потому что подумают, что я им не по зубам. Также это не сможет стать примером для тех, кто жаждет восстания.  меня была сила, с помощью которой я убила лорда. Глупые люди под такой простой строчкой подумают: «А, понятно… у нее-то колдовство есть. Мне же это не по силам…». К тому же еще и влепили что-то про мастера меча. Ну и глупость. Тогда я впервые в жизни меч в руки взяла.

— Черт.

От автора:

1. — "отложить что-то в долгий ящик", т.е. отложить это на потом;

2. — 10000 гельвенов – две малые золотые.