... Я стану таким мужчиной, чтобы она пожалела, что бросила меня!

Именно так все воодушевляют себя, когда им разбивают сердце.

Для Татикавы Макото эти слова были всем.

Рост сто семьдесят пять сантиметров, вес пятьдесят пять килограмм.

Он не всегда был таким худым. До второго класса средней школы Макото весил сто килограмм.

И по одной причине он похудел, накачался и стал старшеклассником, которому позавидует любой...

— Макото-кун. Вставай, или сестрёнке пошалить?

— М.

Спать. Спать. Как же сильно хочется спать.

Но сегодня понедельник. А значит надо вставать.

Макото открыл сонные глаза. Вставать не хотелось, но тут ничего не поделаешь.

А перед глазами была красотка в чёрном лифчике и с грудью размера F, она на четвереньках подползала к парню.

Видя знакомый силуэт, Макото широко открыл глаза.

— Что?! Сенсей?!

Удивлённый он подскочил. Но от этого грудь женщины оказалась ещё ближе, и такой же удивлённый он опустил голову на кровать.

На женщине, которой было двадцать с небольшим, был чёрный бюстгальтер и трусики на ленточках. В ложбинке её большой груди можно было прочувствовать всю сексуальность взрослой женщины. Было утро, но она уже слегка накрасилась, и белая кожа казалась ещё белее.

Ноги и попка оказались на одеяле, она уселась прямо на промежность Макото.

Парень сразу же дёрнулся. Было утро, ещё и на него уселись.

Видя его реакцию, женщина... Сираиси Маи усмехнулась:

— Я же запретила называть меня «сенсей». Мы в твоей комнате, Макото-кун. Это не класс.

Да, Маи учитель в школе Макото.

Ещё и классный руководитель. Они видятся каждый день.

Маи — соседка, живёт в соседней с ним квартире, и часто заходит к нему в гости, но в последнее время стала слишком уж часто приходить без спроса. Ещё и когда-то успела стащить ключ от квартиры.

— Но вы же сенсей, Маи-сан, и не соблазняйте ученика в таком виде.

Такой ответ слегка расстроил Маи.

Она пыталась возбудить, и такую реакцию не ждала.

Хотела чего-то более... Волнующего.

— Эй, Макото-кун. Ты знаешь, как снять лифчик?

— ... Просто ведь крючки расстегнуть.

Не зная, куда деть глаза, Макото сунул голову под одеяло.

Но сидевшая верхом Маи продолжала смотреть на него.

— В первый раз может быть на удивление непросто. Хочешь попробовать?

— ...

— Сестрёнка научит тебя, как расстёгивать его одной рукой.

— Маи-сан. Мне собираться надо.

Думая, что не сбежит, Макото накинул на Маи одеяло и поднялся.

Надо собираться. Так подумал Макото...

— Можно не торопиться. Я разбудила тебя на полчаса пораньше.

— ... М.

И правда на часах было шесть тридцать. На тридцать минут раньше обычного.

Провела...

Прекрасные глаза Маи смотрели она него, она озадаченно склонила голову.

— Эй, жалеешь? Что я не голая.

— Оденьтесь!

— А если я скажу, что ты можешь снять с меня лифчик и трусики... Как поступить? — испытывая, Маи смотрела на парня.

Глаза скользнули на грудь и попку. Макото покраснел.

— Я! Здоровый старшеклассник! Если скажете, сами знаете, что будет!

— Знаю. Мне уже двадцать четыре. Я куда старше тебя.

— Ну так!

Жамк.

Маи крепко обняла Макото.

Её грудь прижалась к лицу.

Женщина делала это специально.

— Здорово ведь. Это судьба, что мы живём по соседству. Когда я тебя впервые увидела, сразу подумала, что ты в моём вкусе! Всё уже решено! Да ведь? Мы переберёмся через преграду называемую «классная и ученик» и будем едины.

— Нет, я же ещё старшеклассник!

— Подожду, пока не станешь взрослым! Подумаешь, немного с запозданием замуж выйду.

— Не подумаешь!

Реакция Макото не показалась Маи забавной, потому она перестала его обнимать и взяла его правую руку. И засунула её себе под лифчик и стала улыбаться.

— Возьми ответственность за то, что лапал мою грудь.

Он ощутил форму груди, нет бугорок в самом центре, и всё тело Макото содрогнулось.

В спешке он выхватил руку, и Маи застонала.

— Что, Маи-сан! Вы что с утра творите?!

— Хи-хи. Кто знает.

Лицо Маи пылало, она улеглась на кровать Макото. Потом она загадочно улыбнулась, её губы начали двигаться:

— Эй... Я раздеться хочу. Раздень меня.

Женщина двигала попкой, подзывая Макото.

Видя полуголую женщину, у него голова была готова взорваться.

— Маи-сан.

— Прошу тебя! Макото-кун.

— ... М.

Когда тебя так с утра пораньше зазывает женщина на твоей кровати...

— Это грязно...

— Да! Я грязная извращенка!

— Хватит меня подстрекать.

Как-то Макото ещё продолжал поддерживать разговор.

Маи сказала:

— Я расстегну крючки. Стоит потянуть, и можно будет увидеть грудь.

Щёлк.

Коснувшись крючков, она соблазняла Макото. Ложбинку стало видно ещё лучше. Похоже она и правда расстегнула лифчик.

— ... М. И правда, вы!

Видя такое, Макото уже не мог сдержаться. Тут никакой разум не выдержит.

— М.

Схватив лифчик Маи, он потянул.

Грудь была обнажена.

Женщина не ожидала такого, потому смутилась и прикрыла грудь рукой.

— Сорвал, пошляк! Вот что значит здоровый старшеклассник! Ну даёшь!

— Чему радуетесь?

— Кья!

Макото был сверху. Он приближался к губам Маи... И тут.

Женщина коснулась его губ указательным пальцем и улыбнулась:

— Блин... Ещё ведь утро. А ты так возбудился.

Всё было злой шалостью Маи.

Обычное утро.

— ... Хватит. Пойду завтракать.

— Хи-хи. Разозлился! Ты такой милый.

Хотелось, чтобы и тело это поняло.

Так думал Макото.

***Школа Макото была в Минато-Мираи. А жил он возле Хигаси Канагава. То есть поблизости.

Парень жил отдельно от своих родителей.

Причина была проста — они не ладили. А причин этому было много... Но всё это в прошлом.

Раз ему каждый месяц высылали деньги, он решил жить самостоятельно. И родителям было легче, когда его не было рядом.

История не самая мрачная, но и радоваться было нечему.

Однако жизнь Макото в старшей школе шла как по маслу.

— Улыбка, улыбка...

Он стоял перед дверью кабинета.

Используя камеру на телефоне, парень смотреть на своё лицо.

Красавчик с прекрасной улыбкой.

Прикрепив это выражение, Макото открыл дверь.

— Доброе утро.

Бодро он вошёл в класс 1-А.

Веселый и жизнерадостный. И дружелюбие не забыл.

Это самый правильный способ.

Всё просто отлично... Именно так и стоит себя вести.

«Доброе утро!»

Большая часть одноклассников посмотрели на него и с улыбками ответили.

— Доброе утро, Татикава-кун!

И ещё один человек его поприветствовал сразу же.

— Доброе утро, Манабе-сан.

Манабе Юкари.

Воплощение невинности с длинными чёрными волосами.

Самая популярная девушка в классе.

— Эй, сходим вместе в кино.

Сразу же она позвала на свидание.

— Сейчас показывают что-то интересное?

На лице была улыбка, которая должна была произвести благоприятное впечатление.

— «Юность»... Хочу посмотреть.

— А.

Это романтика.

Сейчас снимают много фильмов для парочек.

— Не хочешь?

Манабе смотрела прямо на него.

Макото с улыбкой ответил:

— Я не против. Сходим вместе.

— Правда? Спасибо.

Их взгляды встретились, и Манабе ему радостно улыбнулась.

Теперь подошла и Нохара.

— Эй, эй, Татикава! Помнишь, говорили о том, чтобы сходить в парк Ямасита для материалов по рисованию? Перекусим вместе в китайском квартале неподалёку?

Нохара Нозоми.

Яркий и общительный цветок класса.

У неё были светлые волосы и она обильно красилась, но была очень популярна среди парней.

— А, парк Ямасита... Кстати, сезон ведь сменился, хотелось бы сходить.

Это был большой парк, не так далеко от их школы Минатоока, весь год там цвели разнообразные цветы. Туристы часто ходили туда, и для Макото из клуба рисования там был кладезь материалов.

— Вот и отлично. Тогда вечером в китайском ресторанчике?

Макото с улыбкой ответил:

— Хорошо. Сходим вместе.

— Ура!

... Из-за всего этого, парни не возненавидели Макото. Парень всегда поддерживал все темы, про которые говорили ребята. С ними он был тихим и не казался идеальным.

И не забывал о дружелюбии. Он был внимателен ко всем вокруг.

Это требовало железных нервов, но Макото смог поднять свой статус.

И всё это... Ради мести.

— Татикава-кун настоящий красавчик.

— Лучший мужчина, в чьих объятиях я хотела бы оказаться!

Однако «быть любимым всеми одноклассниками»... Этой цели он пока не добился.

Только один человек не относился к нему как остальные.

И именно её Макото больше всего ненавидел.

Цок, цок...

Характерные шаги. Изящный темп.

Аура чего-то нереального.

Она. Она пришла.

Её волосы развивались, когда девушка вошла в класс, остальные девочки с завистью смотрели на неё.

— Доброе утро. Арису-сан!

— Арису-сан, доброе утро.

— Хи-хи, как поживаете?

Тогое Арису.

Девушка, которая училась вместе с Макото со средней школы.

Алые глаза и чёрные волосы очень контрастировали, казалось, что Арису куда старше.

Она была довольно высокой, сто семьдесят сантиметров. Её особенностью была слабая, без намёка на издевательства улыбка. Она напоминала настоящую леди. Будто королева какой-то страны. Грудь тоже большая, наверное размер E. И при этом девушка оставалась стройной и с белой кожей. И почему-то она была не в сменной обуви, а в чёрных туфлях. Хотя это была не уличная обувь, а школьная. Учителя возмущались по этому поводу, но девушка не реагировала, и учителя тоже решили просто не обращать внимания.

Арису подошла к своему месту, поставила сумку и села на стул.

А потом скрестила ноги и как обычно улыбнулась.

— Как поживаете!.. Ах, как чудесно!

— Всё же больше всего такие слова подходит говорить Арису-сан!

Многие девушки хотели походить на неё, а она во всём отличалась от остальных.

Приблизиться к ней было непросто.

Вот такая у девушки была странная аура.

— Что-то мне не нравится Арису-сан, — недовольно сказала Манабе.

— Что-то с ней не то, — согласилась Нохара.

Да. Арису была популярна среди девушек, но в то же время они её недолюбливали.

Девушка казалась высокомерной.

Так многие думали.

О ней ходило много нехороших слухов.

Бросала в итоге тех, с кем встречалась.

Довела до самоубийства любившего её парня.

И лишь улыбнулась, видя его труп. И всё такое.

Слухов было много, и не ясно, где была правда.

Но кое-что в этом было. И правды хватало.

И Макото... Знал эту правду.

Однако саму Арису не волновали эти слухи. Всё же у неё была аура той, к кому было сложно подступиться.

Это была её «обыденность».

Не что-то надуманное, а вполне естественное.

— Татикава-кун, что ты думаешь о таких девушках?

Манабе хотела услышать от Макото то же мнение.

Однако он не был глуп, чтобы говорить гадости на глазах других.

— Думаю, она замечательный человек. Конечно как одноклассница.

Но это лишь воспаляло в нём жажду мести.

Он не скажет, что забудет.

Будто он может?

Ужасное прошлое, связывающее Макото с Арису...

«Я не сдамся до тех пор, пока не заставлю Арису пожалеть!»

Арису утончённая, отчуждённая и прекрасная девушка.

Всегда добрая, всегда прекрасно улыбается, хочется всегда видеть её и быть рядом с ней... Именно так он думал.

Всегда хотел оставаться рядом с Арису.

Так оно было.

Макото всё время смотрел на Арису... И она посмотрела на него.

Он заглянул в её алые глаза.

В них было нечто, что затягивало. Какая-то сила очарования.

Всё ещё сидя со скрещенными ногами, она слегка озадаченно склонила голову и улыбнулась.

В глазах была нежность.

Никакого намёка на злодеяния.

— М!

Макото в спешке отвёл взгляд.

Плохо.

Опять она введёт его в заблуждение.

Она — вампир. И её слишком прекрасные глаза затягивают.

Макото стало не по себе, и он покинул класс.

Прохладный ветерок гулял по коридору, парень хлопнул себя по лицу.

— Хи-хи.

Видя волнение Макото Арису засмеялась.

— Глупый.

Пробормотала она.

И услышать это.

Не смог никто.

***— Начнём урок!

Первый урок был по истории Японии Маи, точнее Сираиси-сенсей.

Парень скрывал, что он жил с ней по соседству. Будет плохо, если об этом станет известно. Между учителем и учеником должны быть здоровые отношения.

Маи собрала волосы заколкой и надела очки. Обычно она ходила без них, но на уроки всегда надевала. Проблемы со зрением у неё были незначительные. И так бы собирала внимание парней. Однако в школе она была суровая и даже пугающая, так что ученикам было непросто обратиться к ней.

— Татикава-кун.

— Да.

Макото отреагировал так, будто они просто учитель и ученик.

Маи тоже общалась, не улыбаясь.

— Читай с пятьдесят второй страницы.

— Да. Фудзивара Митинага...

Такими были отношения Маи и Макото.

В школе они не демонстрировали обычных чувств.

Занятия закончились, и Макото собирался возвращаться.

Сегодня он не был дежурным. Он зашёл в клуб рисования, но дел там не было. И сегодня парень мог спокойно идти домой, можно сказать, что это радостный день.

— Макото!

— Катсураги... Что случилось?

Катсураги Кейске. Друг Макото.

Добросердечный парень, сдружившийся с ним. Однако эти отношения подразумевали выгоду.

Кейске рассчитывал знакомиться с девушками, когда был рядом с Макото.

И сейчас он заговорил серьёзно:

— Я хочу попросить кое о чём.

— Попросить?

— Н-ну да.

Похоже он хотел попросить не о том, чтобы собрать девчонок. Кажется сказать ему было непросто. Нечасто Кейске так выглядит, когда о чём-то просит.

— Что такое? Говори.

И вот он наконец заговорил:

— Мой родственник в эту школу переводится

— Ага.

— В общем это напрягает, но родители сказали «вы же родня, познакомь со своими друзьями. В общем родители тащат в семейный ресторан.

— Ага.

Кейске выставил перед собой руки и свёл ладоши, прося Макото:

— Прости! Сходишь? Прости прийти надо! Дружить я не заставляю!

— ... И что за человек? Этот твой родственник.

Про него друг ни слова ни сказал, потому Макото и спросил.

Однако Кейске отвёл взгляд:

— А... Это. Ну...

— ? — Макото озадаченно склонил голову.

Понимая, что не сможет скрыть, парень заговорил:

— Чудик! Реальный чудик! Пришелец, не способный с обычными людьми нормально общаться!

— ...

Пришелец...

— Ты не обязан с ним дружить! Просто не сможешь! Это всего на день! Пошли! Пожалуйста!

Кейске похоже тоже приходилось нелегко.

Макото улыбнулся и кивнул:

— Ладно.

— Ура! Хороший же ты друг.

Кейске был счастлив. Он закинул руку на плечо и придвинулся ближе.

Честно говоря Макото немного заинтересовал родственник Кейске.

И если спрашивать, что именно.

Ему было интересно, что он за чудик.

Всё потому что Макото сам был чудиком. В то время, когда весил сто килограмм.

Он мог держать расстояние и общаться с людьми, потому никто не мог заподозрить в парне чудака, но раньше он постоянно говорил всякие глупости, и в классе держался особняком.

Потому и сейчас, видя всяких чудиком, у него появлялось желание поговорить с ними.

Так он себя настраивал.

— Но ты на многое не рассчитывай. Девчонка она не очень. С какой стороны ни глянь, больше проблем.

— Так это девушка.

— Да, девушка. Чудная. И совсем не милая.

— Не говори так плохо про родственницу.

— Ну, просто знаешь.

После слов Кейске можно было понять.

Она не красотка, они не общались, и даже если он позовёт её, она скорее всего просто проигнорирует.

— И? Когда в ресторан идти?

Кейске ответил:

— Давай завтра? Всё уже оговорено как бы.

— Понял. Значит, завтра.

— Ага!

Значит завтра будет встреча с девушкой.

***На следующий день после занятий, Макото пошёл вместе с Кейске, включая их, всегда шесть человек отправились в ресторанчик у станции. Ученики из школы Минатоока здесь были частыми гостями. Внутри можно было увидеть людей в такой же одежде. Макото сел на диван, к которому они подошли.

Начиная справа были Иида, Макото, Ханазоно. Напротив сидели Кагава, Кейске, Мегуро.

Парней и девушек было поровну. С двух сторон от Макото сидели девушки.

Иида Саори сказала:

— Вот же повезло, что Татикава-кун тоже пришёл! Надо было сразу об этом сказать!

Кейске радостно ответил:

— Так ведь лучше это сюрпризом сделать. Если бы об этом было известно раньше, пошло бы куда больше народу.

Кейске говорил так, будто собственного сына хвалил, и достал телефон.

Иида обратилась к Макото:

— Татикава-кун, а почему ты девушку не завёл?

Иида — гяру. На правом плече у неё был хвост, а ленточка на груди ослаблена. Она обожала слухи и просто поболтать. Если она начнёт про тебя что-то плохое говорить, всё кончено. Всё сразу же разойдётся по классу.

Учитывая это, Макото улыбнулся ей и ответил:

— Да как-то нет причины.

— А хочешь?

— ... Ну, да.

Это не было ложью, потому он и сказал.

А Иида стала жаться:

— А сейчас тебе в классе кто-нибудь нравится?

— Это...

Когда спросили, нравится ли ему кто-то... В голове всплыло лицо одной девушки.

Тогое Арису.

Почему именно её лицо?

Он уже столько раз думал, что лучше бы оно не всплывало.

— Что такое, Татикава-кун?

— М! — голос Ииди вернул его в реальности.

Чем он только занимается?

Взволнованный, он допустил ошибку.

— ... Что вы думаете о Тогое Арису?

Сам не понял, как спросил.

О ней.

— Что, тебе Тогое-сан интересна?

— Нет, не в этом дело! — Макото аж подскочил.

... Парень и сам не понимал, что вытворяет.

Это было неприятно.

— Какой вам всем видится Тогое Арису?..

— ... Странная она.

Безразлично сказала сидевшая рядом Ханазоно.

Ханазоно Эри. Староста класса, и с виду довольно серьёзная ученица.

Короткие чёрные волосы, очки, минимум косметики, всегда с опущенным лицом, только и занимается.

Серьёзная девушка холодно описана Арису.

И Иида согласилась с ней:

— Да. Странная. Реально странная.

Кагава тоже заговорил:

— Как бы сказать, она точно стеной оградилась.

— И это её улыбка... Вообще не ясно, о чём она думает, — сказала Мегуро.

Мегуро Аи.

В классе они почти не общались, но дружелюбная девушка с длинными каштановыми волосами имела много друзей среди парней. Во время перерыва она часто играла с мальчишками в бейсбол.

Похоже все присутствующие не особо любили Арису.

— А. Пришла моя родственница. Встречу её, — сказал Кейске, тыкая в смартфон. Похоже переписывался с двоюродной сестрой через LINE.

Кейске поднялся и направился к выходу.

— А вот и я!

— !..

Когда парень вернулся, Макото посмотрел с на его спутницу с интересом.

Прекрасные длинные волосы. Справа часть её волос была собрана, глаза были ясными. Они были миндалевидной форме, и девушка чем-то напоминала маленького бесёнка. Нос был небольшим, личико был во всех отношениях выразительным и даже сексуальным. Прямо казалось, что у неё были отношения с разными парнями. Грудь тоже большая, как у гравюрного идола, платье было застёгнуто на пуговицы. Рост девушки составлял около ста пятидесяти пяти сантиметров, и это подчёркивало её милую внешность.

Платье было синим с белыми полосками, пуговицы тоже белые, а на талии повязана лента.

Очень модная девушка, можно было подумать, что она идол.

«Что?..»

Макото... Был в шоке.

Парень заинтересовался ей, потому что Кейске назвал её чудачкой.

Но она была такой красоткой, потому похоже с коммуникабельностью это было не связано.

Мимо такой ни один парень не пройдёт.

До этого наверняка многие на всё были готовы ради неё...

— Ну же. Риру, представься, — сказал ей Кейске, и Риру вздрогнула.

А потом, не глядя никому в глаза, направив взгляд вниз, сказала:

— Я... Катсураги Риру.

Похоже она ни с кем не хотела встречаться взглядом. Кажется это была особенность её характера.

А потом девушка сразу же замолчала. Просто с серьёзным видом смотрела в пол.

— А-ха-ха. Ха-ха.

И тут разразился смех.

Какой-то бессмысленный и внезапный.

Все посмотрели на смеющуюся, а она стучала по столу и громко сказала:

— Просто ужас! Вы все специально пришли встретиться со мной!

... А?

Все так подумали.

— Ужас, ужас... Просто ужас.

Улыбка.

Просто неожиданная улыбка.

— Я же знаю. Я вам не интересна! А-ха-ха. Вы просто пришли бесплатно поесть! Ха-ха! И я заплачу.

«...»

Никто ничего не сказал.

Просто никто ничего не мог сказать.

Даже заводила Кейске был ошарашен.

Так вообще никто не сможет исправить сложившуюся атмосферу.

— А! Какой красавчик!

— ?

Риру указала на Макото и рассмеялась.

— Поняла! Вы пришли поболтать с ним?! Верно ведь?!

— Это...

Тут Кейске не выдержал.

— ... М. Риру!

— ?

— Научить атмосферу чувствовать! Всех смутила!

Макото впервые видел, чтобы Кейске так злился.

Однако Риру озадаченно склонила голову:

— Я же просто правду сказала...

Шурх-шурх-шурх!

Кейске начал чесать голову и заговорил:

— Да плевать! Заказывайте что хотите. Она платит.

— Ура! — выкрикнула Иида, и стала относиться к Риру, будто её и не было здесь...

Девушка не села на диван, а продолжала стоять.

— Так вот, и тогда Катсураги...

— Эй, не рассказывай об этом!

Все просто продолжали весело общаться.

А стоявшая Риру куда-то исчезла. Но никто не обратил на это внимание, все продолжали болтать.

Только Макото было не по себе от этого.

Но в то же время он прекрасно понимал остальных.

Нечто «ненормальное» вызывает лишь неприятие.

Отличные от «обычных» никуда не вписываются.

На ухо ему зашептала Иида:

— Эй, Татикава-кун. Пошли потом вдвоём в караоке?

Без слабого звена никто не испытывал неудобства.

Одного человека не стало, и никто не испытал из-за этого ничего странного.

— Хм. Прости. У меня ещё дела сегодня.

— Вот как, жаль.

— Прости, я в туалет.

— Ага!

Макото прекрасно знал про закон джунглей, по которому жил этот мир.

И всё же с этим миром было что-то не так.

***В принципе в туалет парню не хотелось. Просто нужна была отговорка. Ему было просто надо выскользнуть оттуда.

Его заинтересовала встреченная недавно Риру. Хотя может это была навязчивая идея.

Вообще сложно провести черту между «навязчивостью» и «добротой».

Однако его собственные чувства не позволят ему так и не поговорить с ней.

Можно считать это простой блажью.

Это простая блажь.

... Если ничего не сделает, останется дурное послевкусие, потому он и не хотел оставлять это.

Не хотелось притворяться, будто парень ничего не замечает, так что хоть формально Макото хотел помочь.

— У-у, хнык. У... Хнык.

Из туалета доносился девичий плач.

Макото стоял перед дверью, а потом трижды постучал.

— Тук-тук-тук.

— Ты внутри, Катсураги-сан?

И тут плач прекратился.

Шмыгая носом, Риру сказала:

— Кто это?

— Друг Кейске, Татикава Макото.

— ...

— Можно войти?

Прошло какое-то время. И вот он открыл открывающуюся вбок дверь.

На полу на корточках сидела Риру, а вокруг валялась туалетная бумага, которой она вытиралась.

Прямо... Невероятная сцена.

— Ты в порядке? — спросил Макото, а Риру удивлённо посмотрела на него.

Парень вошёл внутрь, после чего закрыл дверь.

Затем он опустился на корточки, чтобы оказаться на уровне глаз Риру.

— Я ни на что ни гожусь, — бормотала девушка. — Со мной ведь что-то не так? Я неправильная? Эй... Скажи, — продолжая плакать, Риру обняла Макото.

Рыдая, она всё крепче хваталась за него.

— Хоть кто-нибудь... Я просто хочу, чтобы хоть кто-нибудь стал моим другом. И больше ничего.

Макото слегка отстранился от неё.

Посмотрев ему в лицо, Риру нахмурилась:

— Боюсь... Мне правда страшно. Не хочу, чтобы мне было больно.

— ... Вот как. Тогда давай кое-чему научу, — сказал Макото. — Просто дыши со всеми в такт и кивай, тогда будешь на одной волне. Тогда точно больно не будет.

— Если бы я так могла! — не согласилась Риру. — Не могу я вписаться, и только всё порчу!..

— Катсураги-сан.

— Да и вообще, что ещё за «вписаться»?! Если кто-то думает, что все это могут, то ошибается! Есть и те, кому сложно сделать это!

— Да. Я и сам был толстым чудиком, прекрасно это понимаю.

— А?.. — на лице Риру появилось удивление.

Она и не догадывалась, каким было прошлое Макото.

Парень слегка улыбнулся и сказал:

— Я был настоящим жирдяем. Сто килограмм весил. Жуть, да? Не мог общаться с другими, и друзей у меня не было.

— Что-то... Не похоже.

— Не похоже, но правда. Я быстро похудел, но и сейчас следы остались. Кожа слегка дряблая. Хочу когда-нибудь избавиться от этого, сделав операцию, но это секрет.

— А. Покажи!

— Нет, не покажу. Стыдно как-то. Из-за этого комплекса я девушку завести не могу, и если одноклассники узнают, я могу лишиться своей позиции.

Ха-ха. Макото засмеялся.

Он впервые смеялся над собственными комплексами вот так.

— У такого раздражающего красавчика, с которого картины писать можно, тоже было странное прошлое.

— Только вот так оскорблять не надо.

— Я и не пыталась. Это правда.

— А-а...

Вместо того, чтобы плакать, она сказала это без колебаний...

Вроде даже не соврала...

— Вот такое у меня прошлое, потому когда вижу людей вроде тебя, Катрураги-сан, то, можно сказать, что не могу остаться в стороне, или они меня волнуют.

— Волнуют?..

Вытерев лицо туалетной бумагой, Риру снова посмотрела на Макото.

— Тогда, — она продолжила. — Станешь моим другом?..

Другом.

Другом, да?

— ... Хм.

Вообще он ещё не встречал девушек вроде Риру, потому был не уверен, смогут ли они вот так просто стать друзьями...

Если они станут друзьями, сколько она вообще может доставить хлопот...

— Можешь пожалуйста стать моим другом?

— Это...

Всё ли будет в порядке? Но оставлять её так не хотелось.

— Ладно, я поняла.

— ?

Поняла?

Что?

И тут Риру принялась расстёгивать пуговицы.

— Ты что делаешь?!

Шух...

Смущённая и покрасневшая Риру смотрела на парня.

Пуговицы были расстёгнуты, и двумя руками она сняла платье.

Он увидел белую камисоль. И бретельки лифчика.

— Можешь делать со мной что захочешь... Стань моим другом.

Её взгляд был заигрывающим.

Глаза полуобнажённого чертёнка Риру.

Парень застыл. Он никак не мог отреагировать.

Она была чудачкой, но парень её точно недооценил.

Но видя её тело, он признал её женщиной.

Её красота не позволяла отвести взгляда.

Риру продолжала снимать с себя одежду.

Она сняла камисоль, потом стала расстёгивать лифчик... И тут парень наконец смог пошевелиться.

— Нет... Стой.

— Почему?

Лифчик оказался расстёгнут и стал слетать с неё. Осталось лишь потянуть.

Риру собралась его снять, и тут парень схватил её за руку.

— Где мы, по-твоему?!

— В туалете, здесь ведь никого. И дверь заперта.

— Ну, это конечно так!..

— Не кричи громко. Вдруг кто придёт.

— ... Но! Это ведь странно! Если нас увидят...

— Замолчи.

— !

Риру поцеловала его. На своих губах Макото ощутил тепло. Целуя его, она вытянула левую руку, и схватила парня за руку. И притянула её к своей груди.

Рукой он ощутил мягкую кожу. Риру зажала его руку в ложбинке.

— Эй, можно потрогать?..

Правой рукой она стала расстёгивать его рубашку.

От происходящего Макото лишился возможности соображать.

Так он пересечёт черту. Парень понимал это, правда понимал...

Но как же это было здорово.

Почему бы не придаться наслаждению?

— Катсураги... Сан?

— М? — Риру целовала его шею. И спускалась ниже.

— Ах... — вскрикнул он.

Щекотно, было очень щекотно.

Это и есть наслаждение? Через тело точно разряд пропустили. Оно горело.

Да. Но... Уже...

Однако хоть они и дошли до такого, почему-то.

«Дарю. Оберег на счастье. Забавно ведь».

— !

Снова, снова... Он вспомнил Арису.

И тут.

— ... Нет.

— А?

Риру подняла голову. И встретилась с Макото взглядом.

Парень сказал:

— Когда я смотрю на тебя, Катсураги-сан... Вспоминаю себя, — пробормотал он.

— Почему?

Риру попробовала снова поцеловать.

Однако Макото приложил указательный палец к её губам.

— Так безумно. И неистово.

— Хи-хи, — засмеялась Риру.

— ... Но всё впустую.

Макото застегнул пуговицы и сказал:

— Мы станем друзьями. Так что оденься.

Парень поднял платье с пола. И протянул девушке.

Риру дрожала. Он не понимал почему.

А девушка продолжала дрожать.

— Не так уж и плохо... Когда всё впустую, — Риру буквально начала кричать. — Но ты же понимаешь, что я не могу не стараться?!

Да. Понимаю.

Понимаю, Риру.

— Прекрасно понимаю, потому и не хочу.

***Вернувшись, он услышал дома какие-то звуки.

Там кто-то был. Макото жил один, но иногда такое случалось. Потому он и не тревожился.

Скорее всегда внутри...

— С возвращением. Макото-кун.

— ... Сенсей. Если заходите, то хоть предупреждайте заранее, — спокойно ответил он.

Маи сжала губы, видя скучную реакцию парня.

— Зачем? Неужели тебе есть, что прятать?

— Верно. Есть.

— Ах? Вот он, период полового созревания.

Вообще дело не в этом. Скорее всего Маи и сама поняла это. Но больше лезть не стала.

Макото оставил сумку в гостиной и сел на стул возле стола.

На столе, за которым он ел, была фотография в рамке. Он и Тогое Арису на втором году обучения в средней школе.

На фото был толстенный он сам и Арису с прекрасной улыбкой.

А рядом был красный амулет.

— Зачем это фото в рамочку поставил? И зачем тебе этот оберег?

— Чтобы не забывать.

— А может просто не можешь забыть?

— Оставьте!

Маи вздохнула.

— И как? «План» работает?

«План», то есть «заставить пожалеть Арису».

Макото сказал:

— Моя жизнь в старшей школе проходит без проблем. Но Арису так не думает, и это бесит.

Он станет отличным мужчиной, чтобы Арису пожалела, что бросила его!

И когда она придёт к нему, он скажет.

... Я тебя ненавижу!

Таким был «план» Макото.

Но Арису не изменилась.

Утончённая, красивая и совсем не изменившаяся.

Кто бы перед ней ни был, он не мог коснуться её... Будто она не из этого мира.

— Ну да. Арису-тян не меняется. Честно говоря... Возможно она тебя уже забыла.

Маи сказала то, о чём думала.

Всё потому что она знала.

Макото будет всегда смотреть на Арису.

Тот, кого били, будет всегда помнить эту боль.

А тот, кто бьёт, забывает о том, что причинил её.

Потому Арису наверняка было плевать на Макото... Так она думала.

— Я докажу, что она была не права! Вот увидите! В старшей школе я стану очень популярным!

— Уже стал. Ты хочешь большего.

— Ещё ничего не закончилось! Мой бой продолжается!

— Успокойся. Я тебе чай налью.

Маи налила чай и принесла две кружки.

Поставив одну на стол, она улыбнулась.

— Выпей. Я чай принесла, он вкусный.

— Это не травяной чай?

— Не переживай. Это дарджилинг. Я знаю, что тебе травяной чай не нравится.

Травяной чай заставлял его вспоминать, потому он его не любил. Особенно чай из шиповника.

Стойкий, сладкий вкус.

Точно сама Арису.

Макото посмотрел на чай. Приятный запах щекотал нос.

Он попробовал. Горячий. Пока много выпить он не сможет.

— Эй. Ложись ко мне на колени.

Маи улыбнулась, села на диван рядом со столом и позвала Макото.

Парень даже особо задумываться не стал и сел рядом.

— Вот. Поспи.

Макото лёг, и его голова оказалась на бёдрах Маи.

Это было не впервые. Потому он и не нервничал.

— Забыл бы ты уже. Своё прошлое.

Да. Это была правда.

Лучше было забыть. Всё.

— ... Если бы мог, уже бы забыл.

Но не мог.

Ведь ему что-то постоянно напоминает.

Тепло Арису.

Её улыбка.

Арису пожалеет.

Он всё вывернет наизнанку...

— Какой ты неженка.

— Говорите что хотите.

Макото закрыл глаза.

И вспомнил прошлое.

Счастлив.

Он был действительно счастлив.

Его счастью тогда не было конца...

***Ему казалось, что это доброта была лишь для него.

В этом будто было что-то сакральное...

— Эй, толстяк! Неси вещи до дома!

— ... Да.

В прошлом Макото постоянно называли толстяком.

Это было не так уж и давно. До второго года средней школы.

Где бы он ни был и куда бы ни шёл, места не было нигде.

Его нигде не признавали.

— Макото! Чего от тебя вечно воняет?!

— Не появляйся больше передо мной... Мне стыдно рядом находиться!

— Не ходи рядом! Не хочу, чтобы подумали, что ты мой ребёнок!

Такие слова говорила ему мать, она ведь знала, что делает этим больно Макото?

— Эх. Больше не могу.

Он лежал на земле под дождём.

Весь избитый и перепачканный.

Слабых лишь обижают.

Даже если они исчезнут, всем будет плевать...

— ... Ты в порядке?

— ?..

Над его головой появился красный зонтик.

Парень встретился взглядом с девушкой.

Алые глаза и длинные чёрные волосы.

Он знал её.

Её звали... Тогое Арису.

Красавица, которая казалась какой-то нереальной.

К нему впервые была проявлена доброта. И впервые кто-то протянул ему руку.

— Ты волнуешься за меня?

Точно эти слова стали всем.

Девушка улыбнулась.

С тех пор Макото начал общаться с Арису.

Они проводили время вместе. Хоть и были совершенно разными.

И когда она предложила «давай повеселимся», он был счастлив.

Он знал о слухах.

Она играла с теми, кто признавался ей, а потом бросала.

Кого-то довела до самоубийства.

Кто-то из-за неё ломал себе всю жизнь.

— Эй, Арису. Тебе же Кудо признался.

— ... А. Он?

Хи-хи.

Арису посмеялась и сказала:

— Он мне уже надоел.

Она сказала это, хотя они даже не встречались.

Но парня это не волновало.

Ведь он считал себя особенным.

И их отношения казались ему сакральными.

— Моя жизнь ничего не стоит.

— Это не так.

— Я никому не нужен.

— Я опечалюсь, если Ма-куна не станет.

— Я сосем один.

— Я с тобой, Ма-кун.

Её слова были точно магией. Они отпечатывались на сердце и не отпускали.

Столько раз она успокаивала его.

И он полюбил её.

Это была очень неравная любовь.

Её улыбка такая одинокая...

Такая хрупкая, что кажется может рассыпаться.

Однако...

В тот день Арису весело общалась с целой кучей парней. Хотя для такой привлекательной девушки это не было чем-то особенным...

Макото понял, что ему не нравится, что она улыбается кому-то помимо него.

Как же так?

Арису, проявившая доброту к нему, была точно богиней.

Макото понял, что в его сердце становилось всё меньше места для этого.

— Я... Всё же люблю тебя, Арису.

С того дня, как она обратилась к нему.

Ведь она была добра к нему...

Не так, как к другим парням!..

Но чем больше Макото нравилась Арису, тем сильнее она от него отдалялась.

И он перестал вспоминать ту добрую улыбку.

Как Арису улыбалась?

Её доброта была искренней?..

— Арису!

Она не обернулась.

Той доброй девушки больше нигде не было.

— Арису.

— Арису...

— Арису!

— Арису!!!

Лишь она свет. Настоящая чушь.

Только он этого не понимал.

— ... Хи-хи. Без меня ты вообще ничего не можешь?

Её доброта не была «добротой».

Когда он понял, было уже поздно.

— Знаешь, как это называется? — она улыбалась довольнее чем обычно. — «Зависимость»...

Она изначально сблизилась с ним, чтобы поиграть.

Сделала его «зависимым», и играла с Макото только чтобы выбросить.

Только и всего.

— Ну. Если тебе так нужно моё внимание... Понимаешь? С твоим ростом ты ведь должен около пятидесяти пяти килограмм весить.

Он и сам не заметил, как оказался в окружении зеркал.

И коснуться её он не мог. Она точно была в зеркале.

Заглядывая в зеркало, он видел её улыбку.

Парень думал, что это доброта.

Он правда так думал.

Звяк!

В тот день она разбила зеркало и выпорхнула.

Алая роза сковывала его зеркалами.

«Стой... Хватит!»

Видя страдания Макото, Арису усмехнулась над ним.

— Если за три месяца похудеешь до пятидесяти пяти килограмм, я стану твоей девушкой.

— ...

Тогда Макото весил сотню.

Это было нереально. Вообще нереально.

— Ха, ха-ха. Ха-ха-ха.

Но если он похудеет, она станет лишь его.

Это ведь... Так просто.

Заблудившийся в лабиринте Макото не знал, как поступить.

Арису станет его.

Она станет его девушкой.

Лишь это.

Он верил, что тогда всё будет хорошо.

— Хха... Хха...

Каждый день он бегал по несколько десятков километров. Голодал, и перед сном снова занимался.

Как бы тяжело ни было, он не сдастся.

Лишь бы Арису признала его.

Лишь бы была добра к нему.

Её доброта была его причиной жить.

Потому он и смог. Парень почти не ел. От одной мысли о еде на него накатывала тревога. Если лишь из-за этого он потеряет Арису...

Парень старался как мог. Впервые в своей жизни.

Впервые он старался, чтобы заполучить что-то.

— Пятьдесят пять... Килограмм!

Три месяца спустя.

Как они договорились, Макото похудел до пятидесяти пяти килограмм.

Из-за суровой диеты кожа стала дряблой, но его это не волновало.

Он выполнил обещание. Лишь это важно.

— Арису... Арису!

После занятий он побежал к Арису домой.

Парень был невероятно взволнован.

Арису! Ты!

Он вошёл в её комнату и прокричал:

— Арису! Я вешу пятьдесят пять килограмм! Я сдержал обещание!

Арису стояла перед вазой с сотней роз.

Она взяла одну из них.

Взглянула на парня и улыбнулась:

— Ах. Ты о чём?

Хи-хи.

— Если похудею... Ты станешь моей девушкой.

— Я разве говорила такое?

— ... А?

Говорила. Точно.

Говорила.

Арису. Арису. Арису!

— Не помню, чтобы обещала встречаться с тобой.

— !..

Как же так.

Что же всё это было?

Только он на что-то понадеялся.

И всё оказалось бессмысленно.

— «Я»... Не успокоюсь, пока не заставлю её пожалеть!

Вернувшись в реальность, Макото оказался дома.

Он сказал это, лёжа на коленях Маи.

— И? Как заставишь пожалеть?

— Ну...

Макото вдохнул.

И вот.

— Я стану самым популярным парнем в классе, стану самым перспективным, и все подруги Арису влюбятся в меня! — уверенно прокричал я. — Я заставлю её пожалеть, что она бросила меня!