Тенебрис лежал на своей кровати, укутанный в тонкое одеяло, которое едва спасало от ночного холода. Сквозь щели в деревянных стенах комнаты пробивался слабый ветерок, принося с собой запах сырости и осенней листвы. Он не спал, хотя глаза были закрыты. Его разум, словно бурлящий котел, перебирал события последних дней, выстраивая планы, которые казались то гениальными, то безумными. Тенебрис чувствовал, как его сердце бьется чуть быстрее, чем обычно, — это была смесь страха, возбуждения и предвкушения. Он знал, что оказался на пороге чего-то великого, но одновременно опасного.

Существо, которое он видел, та теневая фигура, что повиновалась его приказам, не выходило из головы. Оно было не просто странным или пугающим — оно было его частью, его тайной силой, чем-то, что отличало его от всех остальных. Но вместе с этой силой приходила и ответственность, о которой он пока не хотел думать. Тенебрис понимал, что если кто-то в храме узнает о его способностях, его жизнь изменится навсегда. И, скорее всего, не в лучшую сторону. Церковь Света не терпела ничего, что могло быть связано с тьмой. Истории, которые он читал в библиотеке, ясно говорили об этом: тьма всегда уничтожалась, безжалостно и окончательно.

Он повернулся на бок, натянув одеяло до подбородка, и уставился в темноту комнаты. Где-то в углу поскрипывала половица — то ли от ветра, то ли от старости самого здания. Тенебрис напряг слух, но ничего подозрительного не услышал. Его мысли вернулись к группе послушников, которые сбежали из храма. Он видел их через глаза своего теневого стража, видел, как они пробирались через лес, как прятались, как дрожали от холода и страха. Они были так близко к тому, чтобы разрушить планы отца Херарда, но Тенебрис знал, что старик не позволит этому случиться. Херард был слишком хитер, слишком опытен. И слишком жесток.

«Интересно, что он сделает с ними, когда найдет?» — подумал Тенебрис, поглаживая подбородок. Его пальцы были холодными, но он едва замечал это. — «Или, может быть, он уже нашел их? Тот дым в лесу… Это ведь не просто так. Он не стал бы рисковать, зная, что они могут дойти до лорда».

Мальчик хмыкнул, представив, как Херард сидит в своем кабинете, окруженный свечами, с той самой дьявольской ухмылкой на лице. Он был уверен, что старик уже отправил своих людей — или даже что-то похуже — за беглецами. Тенебрис не знал, кто именно был тот человек, которому Херард передал письмо той ночью, но он чувствовал, что это не просто посыльный. В храме было слишком много тайн, слишком много скрытых комнат и шепотков за закрытыми дверями. И Тенебрис хотел знать все.

Он сел на кровати, отбросив одеяло. Холод тут же обнял его, но мальчик не обратил на это внимания. Его взгляд упал на тень, что лежала у его ног, — обычная тень, какую отбрасывает любой человек в тусклом свете луны, пробивавшемся сквозь окно. Но Тенебрис знал, что она не так проста. Он протянул руку, словно пытаясь коснуться ее, и тихо прошептал:

— Покажись.

Тень дрогнула, будто ожила. Она начала медленно подниматься, формируя знакомый силуэт. Тенебрис смотрел на это с замиранием сердца. Существо появилось перед ним, все такое же черное, с дымящимися краями, словно сотканное из ночного кошмара. Оно стояло на коленях, опустив голову, как верный слуга, ожидающий приказа. Тенебрис почувствовал, как его губы растягиваются в улыбке. Это была его сила. Его оружие. Его будущее.

— Ты ведь можешь больше, чем просто подчиняться, правда? — спросил он, наклоняясь ближе. Его голос был едва слышен, но в тишине комнаты он звучал отчетливо. — Ты можешь… видеть? Слышать? Может, даже знать?

Существо не ответило, но его голова слегка повернулась, словно оно прислушивалось. Тенебрис нахмурился. Он не знал, как далеко простираются способности этого создания, но был полон решимости выяснить. Если оно могло следить за беглецами, то, возможно, оно могло следить и за Херардом. Или за тем господином в вычурной одежде, который явно был не просто случайным гостем.

— Следуй за Херардом, — приказал Тенебрис, чувствуя, как его голос дрожит от волнения. — Я хочу знать, что он делает. Куда ходит. С кем говорит.

Теневое существо поднялось, его движения были плавными, почти неестественными. Оно повернулось к окну, и в тот же момент его тело начало растворяться, сливаясь с тенями комнаты. Через мгновение оно исчезло, оставив Тенебриса одного. Мальчик выдохнул, только сейчас заметив, что задерживал дыхание. Он не знал, сработает ли его приказ, но чувствовал, что сделал правильный шаг. Если он хочет выжить в этой игре, ему нужно знать больше. Гораздо больше.

Тенебрис лег обратно, натянув одеяло до подбородка. Его мысли кружились, как осенние листья на ветру. Он думал о беглецах, о Херарде, о своем будущем. Он думал о власти, о том, как она манит и пугает одновременно. Он хотел быть выше всех, хотел, чтобы его боялись и уважали, как того человека, которого он видел в городе. Но вместе с этим он понимал, что путь к власти усеян ловушками. Одно неверное движение — и он станет очередной жертвой, очередной пропавшей душой, о которой забудут через неделю.

— Я не такой, — прошептал он, глядя в потолок. — Я не исчезну. Я стану сильнее. Я заставлю их всех пожалеть, что недооценивали меня.

Его голос дрожал, но в нем чувствовалась решимость. Тенебрис закрыл глаза, пытаясь уснуть, но сон не шел. Вместо этого он представлял, как его теневое существо крадется по коридорам храма, следуя за Херардом, подслушивая его разговоры, раскрывая его секреты. Он представлял, как узнает что-то, что перевернет все с ног на голову. Что-то, что даст ему преимущество.

А за окном ветер продолжал завывать, унося с собой последние листья с деревьев. Храм спал, но под его деревянной крышей тлели искры заговоров, тайн и предательств. И Тенебрис, маленький мальчик с гранитными глазами, был в самом центре этого огня.