Тяжёлые собственные вздохи звучали в абсолютной тишине. Руки и ноги дрожали в напряжении. Я медленно поворачиваюсь вправо и перемещаю вес на ведущую ногу, одновременно поднимая кисть и предплечье, тем временем левая ладонь описала дугу и остановилась под правой рукой. Все делалось настолько неловко, что было стыдно. Ожидания от тренировок с Ичиро были различные: думала, что будут родимые сердцу пробежку и отжимания, спарринги и работа над чакрой - все то, что видела я в манге и аниме, а на деле… какие-то махи руками.

Тяжёлая рука опустилась на мою голову.

— Мы даже до третьей формы не дошли, а ты уже в облаках витаешь.

Брат обучал стилю янь, что должно было быть полезно для моего здоровья, а также улучшить контроль над телом. Он показывал все двадцать четыре формы и было это похоже больше на танец, а не на боевой стиль.

— Я думала ты обучишь меня приемам тайдзюцу. - с чувством обиды сказала я. Видимо, я начинаю привыкать вести себя как ребенок.

Брат ещё сильнее растрепал волосы и щёлкнул по лбу.

— Не стоит выдергивать росток из земли всякий раз с той лишь целью, чтобы удостовериться, растут ли корни или нет. - говорил он с учительской мудростью. - Не пререкайся. Его тоже можно использовать в бою, но лишь тогда, когда ты сможешь на абсолютном уровне контролировать тело, разум и чакру. Поэтому, мы начали с базовых форм. А теперь - заканчивай вторую форму.

Я вновь повторила то, что делала до этого. Ладони вновь были обращены друг к другу, будто держали воздушный шар. Левая ступня придвинулась к опорной ноге так, чтобы носок касался земли.

— Смотри на правую кисть. - скомандовал Ичиро и я тут же выполнила.

Я резко согнула колено опорной ноги и поспешно повернулась влево, когда левая нога сделала шаг назад. Левая кисть поднялась на уровне глаз и я заметила стоявшую каргу позади брата.

Прошло несколько недель, а я никак не могла понять ее раздражения, когда та, сталкивалась со мной. Вроде бы, я вела себя тихо и послушно для пятилетнего ребенка и внешне я мать не напоминаю, а она все равно чем-то недовольна.

Однако, вторую форму лучше закончить: вес тела вновь переместился на правую ногу и сместилась телом назад; носок левой стопы оторвался от земли, прежде чем я согнула ногу и повернулась налево. Я продолжала держать в руках невидимый шар, встав в начальную стойку.

Ичиро довольно кивнул.

— Молодец.

— Долго ещё будете тянуть? - подала голос бабушка. Старушка Кам не спускала строго взгляда. - Еда готова. Разогревать не буду, если придёте позже.

— Пойдём. - Ичиро вздохнул, а я почувствовала облегчение, что не придётся учить третью форму этого стиля.

Дом, в котором я жила был большим и находился почти на окраине деревни, где росло много хвои и доносилось журчание маленькой речки. Пока мне не было известно, обладала ли моя семья какой-то особой предрасположенностью к техникам, как это было с семьями большинства героев, но, меня это не особо волновало. Слишком много неизвестного было для меня сейчас. Всегда была интересна жизнь «за кадром» в отрыве от основной истории: чем они жили и чем занимались - все это показывалось мимолетным мгновением в паре тройке фреймов или кадров. Трудно было привыкнуть к повышенному вниманию к своей персоне. Всегда думала, что дети здесь взрослеют рано, а мои члены семьи что-то через чур меня опекают.

Стол был накрыт скромно, но еда от этого не становилась не желанной. После трёх часов непрерывных занятий хотелось быстро наполнить желудок. Во второй половине дня, я могла делать то, что хотела. Уже не терпелось сесть и поделать наброски.

— Приятного аппетита. - словно в молитве, произнёс Ичиро и приступил к еде.

По-черепашьи медленно вкушала пищу и старая карга. Она молчала каждую трапезу, лишь изредка пускач взгляд на меня, из-за чего каждый завтрак, обед и ужин становились тяжелым испытанием для меня, будто я стою перед комиссией во время поступления.

— Когда вернётся отец? - задала я вопрос, чтобы разрядить гнетущую тишину. Я уже скучаю по Жене и ее вечной болтовне.

— Не знаю. Но скорее не надолго. Его ученики недавно выпустились из Академии, так что миссия не сложная и в пределах страны.

— Значит, ты когда уйдёшь, то это будет надолго?

Брат улыбнулся и потянулся вновь к моей голове.

— Тц, разболтались. - бабуля Кам со стуком поставила пустую тарелку. - Правду говорят, что бездельники болтливы. Ешьте быстрее, а не сотрясайте воздух.

— Ха-а, бабуля, можно было бы и не ворчать. - убрав руку, Ичиро продолжил есть в молчании.

Поначалу дни в этом новом мире тянулись медленно. Я исследовала каждый закуток: первой неизведанной территорией был сам дом, в котором было множество комнат и оружейная со свитками, единственная комната, в которую я не смогла пробраться, это комната матери; потом был сад, который оказался небольшим, с отгороженной территорией под выращивание трав, на которую я тоже не смогла пробраться, так она принадлежала бабушке Кам. Моим любимым местом был небольшой прудик с золотыми рыбками. К нему мало кто захаживал и это место было тихим и спокойным.

После обеда я вновь попросила Ичиро прогуляться со мной, но он отказался. Однако, разрешил поиграть недалеко от дома. Ну а для меня это стало возможностью. Взяв с собой альбом с парой угольных карандашей, я вышла за пределы ворот. Дороги здесь не были вымощены камнем или знакомым мне асфальтом. Это сразу напомнило мне о родном городе, где я жила с моей настоящей бабушкой. Не ожидала, что чувство ностальгии так сильно отзовется во мне.

Самое время поискать местечко, где можно было бы порисовать. Мне нравились многолюдные места, потому что там было много незнакомцев, за которыми я могла бы понаблюдать. До начала центральной улицы, которая была усеяна ларьками и забегаловками с маленькими магазинчиками, было недалеко. Солнце тянулось к закату и тени деревьев удлинились в багряном цвете. Почки уже набухли, но не дали ещё первых цветов. Возможно, я смогу здесь увидеть цветущую сакуру и сливу, характерных для Японии. Уже предвкушала их запах. В моем мире весна ознаменовалась цветением яблонь и летающим пухом тополей.

Центральная улица была действительно оживлённой и заходя на неё, будто попадал в другой мир. Печально, что присесть здесь было негде. Захотелось даже запрыгнуть на крышу, как ниндзя, чтобы увидеть панораму с высоты. Но, это я еще попробую, когда пойму работу с чакрой или физически вырасту.

В чем-то незнакомом всегда узнается что-то знакомое: торговцы зазывали в свои ларьки, расхваливая товары; горячий запах еды заманивал пряностью. В толпе узнавались знакомые фигуры шиноби в зелёных жилетах и красным символом водоворота. Судя из моих воспоминаний, этот символ пришел из страны Водоворотов и клана Узумаки. Мне бы не помешало упорядочить свои знания и поискать новые, ведь до сих пор мне не известно как ведётся здесь летоисчисление. В фанатских кругах было условное от рождения главного героя, но вряд ли здесь так оно ведётся. Если оно вообще ведётся, все таки здесь часто были войны.

Мне приглянулось местечко около цветоносного магазина.

— Цветущая… - вслух расшифровала один иероглиф, а вот вторую половину из трёх слогов я не могла понять, будто какой-то ребус.

— Камея. - раздался приятный женский голос. Отодвинув занавеску показалась красивая молодая женщина с добрыми зелеными глазами. - Малышка, а что ты здесь делаешь одна?

— Гуляю. - я ответила чересчур резко, - Просто, красивая вывеска.

Все звучало как оправдание вредного ребенка. Женщина улыбнулась и скрылась, пока я искала место, где можно было бы присесть. Рой голосов сонмом звучал на улице, почти как мои мысли, когда смотрела на пустой лист альбом. Рука долго не могла коснутся карандашом белизны, так не знала с чего начать и что нарисовать. Мне всегда причинен было рисовать людей, чем окружение. Поэтому, с выбором я быстро определилась. Рисовать по памяти было приятнее, чем с натуры. Разум позволял заполнять пропуски, но самые запоминающиеся элементы быстро воплощались. Мой старший брат был красивым и радушным человеком; глаза были темными и добрыми, трудно было представить его в гневе. Очень много сходства с отцом, но черты лица были более утонченные и женственные, и во взгляде не было того опыта, который обычно присутствовал у взрослых. Карандаш уверенно начертал форму лица и длину волос и наметил форму глаз, пока перелом мной не появился белый бутон.

— Держи, малышка. - женщина показалась бесшумно, или я была слишком увлечена. Цветок был необычным с плотными пятью лепестками, как в пятиконечной звезды, и массивной удлиненной тычинкой. В нос ударил приятный вкусный запах. - О, а ты красиво рисуешь! Даже очень! Кто это?

— Мой брат. - мне было приятно слышать похвалу, но принимать было сложно. Кончики ушей будто обдало жаром.

— У тебя красивый брат. Познакомишь? - женщина присела рядом, пока я отложила карандаш и приняла неожиданный подарок. Что-то мне часто здесь встречаются хорошие люди.

— Может быть. Он собирался со мной сегодня погулять, но не смог. В следующий …

Слова оборвались, когда я заметила до боли знакомую фигуру. Маленький мальчишка, как сорванец, несся по улице, а вслед ему звучала ругань. Яркие золотые волосы торчали в разные стороны, а на лице играла звериная ухмылка. Невольно, цветок выскользнул из моей руки, как и альбом.

Это был главный герой.