Глава 4

Ощущение было уютным, словно лежишь под ласковыми лучами весеннего солнца. Свежесть, будто находишься посреди природы, где журчит ручей и поют птицы.

Удивительный опыт, которого он никогда прежде не испытывал за всю свою жизнь. Совсем не то же самое, что слушать песню. Содержание книги, которую читала девушка, легко проникало в сознание, будто врезалось в уши. Совершенно не было скучно. Девушка, чье присутствие казалось таким незаметным, сразу же запомнилась ему по одному лишь голосу.

Олив подумал, что эта девушка действительно была права — она та, кто необходим Его Светлости герцогу.

— Марин, пойдемте вместе?

— Да.

Марин быстро кивнула и поспешила за Оливом. То ли из-за того, что у него были длинные ноги, то ли из-за того, что он торопился, шагал мужчина очень быстро. Коридор казался бесконечным. Замок был пятиэтажным, и Марин боялась, что если потеряет его из виду, то обязательно заблудится. Она старательно следовала за Оливом, но вокруг постепенно становилось все темнее.

Неужели солнце уже село? Марин замедлила шаг и осмотрелась. Все окна в коридоре были плотно зашторены черными занавесками. Возникло ощущение, будто ее засасывает в черную пещеру, и Марин невольно остановилась на месте. Не услышав шагов позади, Олив обернулся. Марин нервно сглотнула и тревожно оглядела потемневшее окружение.

Когда она снова посмотрела вперед, Олив слегка улыбнулся и объяснил:

— Герцог очень чувствителен к свету.

— А…

— Если будете служить рядом с герцогом, я подробно расскажу вам обо всех вещах, которых следует избегать.

— Да! Поняла.

Марин намеренно ответила более бодро. Она еще не знала, получится ли у нее служить рядом с герцогом. Однако ей казалось важным произвести хорошее впечатление на Олива, который вполне мог стать ее непосредственным начальником.

— Что ж, продолжим идти?

— Да.

Марин снова поспешила за ним, крепко прижимая к груди книгу, которую читала до этого, словно защитный талисман.

* * *

Олив остановился перед дверью кабинета и, выровняв дыхание, оглянулся назад. Он увидел Марин, которая запыхалась, стараясь не отставать. Его взгляд упал на книгу, которую она бережно прижимала к себе.

— Эту книгу лучше оставить здесь.

— Что? А, да.

Она испуганно кивнула и положила книгу возле двери кабинета.

Олив тихо стоял перед дверью, и вскоре изнутри раздался голос:

— Войди.

Олив бросил взгляд на Марин, давая ей понять, что нужно немного подождать. Затем зажег свечу, стоявшую у стены, взял подсвечник и открыл дверь кабинета. Кабинет, окна которого плотно закрыты черными шторами, даже в дневное время был темным, словно глубокий колодец.

— Ваша Светлость.

— Что случилось?

В низком, глубоком голосе герцога Джеральда слышалась усталость.

— Я собираюсь нанять одного человека, но подумал, что стоит получить ваше разрешение.

— С каких это пор я должен лично заботиться даже о прислуге?

Герцог упрекнул его равнодушным тоном, и Олив наклонил голову еще ниже.

— В будущем вам не придется об этом заботиться. Просто этот человек особенный. Я думаю, вам стоит держать ее рядом с собой.

— Рядом со мной?

В голосе Джеральда прозвучало удивление, смешанное с насмешкой.

— Да. Мне кажется, она вам крайне необходима.

Олив произнес это твердо и уверенно.

— Это врач? Кажется, я уже встречался со всеми врачами в империи.

В голосе Джеральда впервые за долгое время прозвучал едва заметный интерес.

Олив закрыл глаза. За последний год он действительно приглашал всех лучших врачей, но никто так и не смог исцелить глаза герцога. Олив почувствовал себя виноватым за то, что напрасно дал ему надежду, и низко поклонился.

— Нет, это не врач. Простите.

— …

Почувствовав молчание Джеральда, Олив отчаянно добавил:

— Хоть она и не врач, но определенно сможет помочь вам. Пожалуйста, хотя бы раз встретьтесь с ней.

Он знал, что герцог не видит его, но надеялся, что тот почувствует всю искренность его просьбы.

— …Приведи ее.

Наконец, после длительного молчания, Джеральд тяжело согласился.

— Благодарю вас.

Олив быстро вышел наружу.

— Марин, входите.

— Да! Да! — Она так разволновалась, что невольно ответила дважды.

Марин последовала за Оливом внутрь. Кабинет, видимо, давно не проветривался, и воздух был тяжелым от залежавшейся пыли. Из-за черных штор, плотно задвинутых на всех окнах, в комнату не проникал ни один луч света.

Единственным источником света был подсвечник, стоящий на полу и слабо освещавший комнату. В глубине кабинета, куда свет не достигал, царила кромешная тьма. Там и находился герцог. Огромная неподвижная фигура в темноте, словно в пещере, излучала невероятное присутствие.

А, вот оно, величие главного героя. Марин невольно сглотнула. Ей захотелось сбежать.

— Марин.

— Д-да?!

Испуганный голос девушки взлетел на октаву выше.

— Вот, возьмите.

Олив, уже успевший набрать стопку документов, протянул ей несколько листов.

— Сделайте так же, как в гостиной.

— Д-да…

Марин дрожащими руками приняла бумаги. Белое — это бумага, черное — буквы. Но буквы словно плавали по листу. Она пыталась поймать взглядом уплывающие слова, и холодный пот потек по ее спине.

«Я могу. Нет, не могу. Нет, должна справиться».

— Марин?

Олив обеспокоенно окликнул ее. Марин невольно зажмурилась.

«Да. Как я вообще могла надеяться обмануть герцога? Нужно честно признаться, что я не справлюсь».

Но в тот момент, когда она уже собиралась открыть рот, перед глазами всплыло бледное лицо Роэнны, лежащей на кровати.

«Нет. Я должна это сделать!»

Марин резко открыла глаза. Ее дрожащее тело постепенно успокоилось, и буквы на документах наконец стали отчетливо видны. Она глубоко вдохнула и начала медленно и четко читать вслух:

— Срочный отчет о серебряном руднике, обнаруженном на территории Найрон.

В результате годового исследования и анализа с привлечением шахтеров установлено, что найденный минерал является не серебром, а низкокачественным минералом мутного белого цвета. Кроме того, в шахте регулярно появляются подземные монстры, из-за чего шахтеры отказываются заходить внутрь. По мнению экспертов, разумнее будет отказаться от дальнейших рисков и закрыть шахту. Просим срочно дать указания по данному вопросу.

Марин с интересом дочитала срочный отчет, глаза ее заблестели. Этот серебряный рудник на территории Найрон играл важную роль примерно с середины романа. В будущем, после закрытия шахты, главная героиня придет туда собирать лекарственные травы, найдет там минерал и сделает из него ожерелье. В итоге украшение станет популярным в высшем обществе.

На самом деле, этот рудник был не серебряным, а опаловым. Опал — драгоценный камень, ранее никогда не встречавшийся в империи, и его цена взлетела до небес.

— Как жаль…

«Почему я не подумала об этом раньше? Можно было бы тайком сходить туда и набрать пару камней, а потом разбогатеть».

— Что именно?

— Хик, что?

Марин вздрогнула и подняла глаза на огромную фигуру герцога, неожиданно оказавшегося прямо перед ней. Пока увлеченно читала отчет, она совершенно забыла о его присутствии. Он был настолько высоким, что ей пришлось максимально запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо. Да и не только высоким — он был широкоплечим и внушительным.

Ее взгляд наткнулся на идеально очерченный подбородок герцога, слегка наклоненный набок. Чуть выше она увидела его лицо, глаза на котором были завязаны черной шелковой лентой. Несмотря на закрытые глаза, лицо поражало красотой: точеный нос, выразительные губы идеальной формы, словно высеченные из камня.

Не зря был главным героем. Даже в полумраке буквально сиял.

— Я спросил, что именно жаль.

Похоже, он услышал ее бормотание. Перед глазами Марин потемнело. Нужно срочно что-то ответить. Сердце бешено стучало.

Если скажет правду — что знает будущее, потому что это мир книги, и поэтому ей жалко закрывать шахту, то ее могут немедленно схватить и сжечь на костре как ведьму. Или просто выставить сумасшедшей.

«Думай быстрее!»

— Я-я…

Марин затряслась от страха, лихорадочно пытаясь что-то придумать. Она чувствовала себя крошечным кроликом перед огромным тигром.

— Олив.

— Да, господин.

Стоявший рядом Олив ответил напряженным голосом.

— Я, кажется, отличаюсь терпением?

В ленивом голосе герцога едва заметно прозвучало раздражение.

— Вовсе нет, господин.

Олив посмотрел на Марин с сочувствием.

— Вот так-то.

Марин отчаянно напрягла мозги, чувствуя, что голова вот-вот закипит.

— Кажется, она плохо понимает мои слова.

От холодного, как лед, тона герцога Марин наконец выдавила дрожащим голосом:

— М-монстры…