Глава 137

Когда Джеральд бросился к карете, Эльмис, не узнав его, тут же метнула кинжал.

— Эль!

Даже на крик она не остановила карету.

Джеральд продолжал бежать рядом с мчащейся каретой.

— Эль! Где Марин?

— Кто ты?

— Вайнс.

Он буквально почувствовал на себе взгляд Эль, которая смотрела на него как на безумца.

— Настоящее имя главы Теней — Кеймикель. Этого достаточно как доказательство?

Настоящее имя Кея знали только герцог и Тени.

Эльмис резко натянула поводья, спрыгнула с козел.

Её удивлённый взгляд на мгновение встретился с глазами герцога, после чего она поспешно склонила голову.

— Приветствую, ваша светлость.

— Где Марин?

— Сбежала в пустыню.

— Почему ты не при госпоже, а здесь?

На слова Джеральда Эльмис опустила голову ещё ниже.

— Я направлялась в замок герцога, сопровождая ту, кого моя госпожа приказала защищать ценой собственной жизни.

— …Виконтесса в карете?

— Да.

— Хорошо. Я понял.

Пока Джеральд отвечал, дверца кареты резко распахнулась.

Бледная и едва держащаяся на ногах Роэнна выскочила наружу. Она была босиком.

— Вы — его светлость?

— Простите, виконтесса, я сейчас под маскировкой…

— Вы ведь вернёте мою дочь?

Роэнна задала вопрос хриплым голосом, дрожа всем телом.

— Да. Я приведу её обратно в целости и сохранности.

— Я доверяю только вам, ваша светлость.

Со слезами на глазах Роэнна крепко схватила его за руку.

Джеральд посмотрел на сцеплённые пальцы и осторожно сжал её ладонь.

— Я обещаю вам, виконтесса. Потому прошу вас вернуться в замок и прийти в себя. Марин хотела бы именно этого.

— Да, да.

Незаметно подошедшая Эльмис поддержала Роэнну, и та, опершись на неё, снова поднялась в карету.

Когда дверца закрылась, Джеральд негромко спросил:

— Преследуют ещё?

— Да. Похоже, цель — бриллиантовая карета и виконтесса.

— Я разберусь. Возвращайся, здоровье виконтессы превыше всего.

— Слушаюсь.

Эльмис глубоко поклонилась, вернулась на козлы и погнала лошадей.

Джеральд готов был сорваться к Марин прямо сейчас, но и безопасность виконтессы была важна.

Если виконтесса пострадает, Марин никогда его не простит.

Вскоре со стороны, куда он смотрел, послышался топот множества ног.

Появилась группа людей в масках.

— Валите гурьбой, мрази.

Край его губ дрогнул в холодной усмешке.

* * *

Измождённая Марин огляделась.

Там — золотистый песок. Здесь — песок погуще, коричневатый.

Песок. Песок. Песок…

«Где я? Куда иду?»

Она полностью потеряла ориентиры.

Избегая оставшихся похитителей, к окраине пустыни вернуться не смогла.

Хотела подождать где-то поблизости, но, спасаясь от внезапно выскочившего монстра, в панике уносилась все дальше и окончательно заблудилась.

Так она пересекала пустыню уже сутки.

Проваливаясь на каждом шагу, Марин приподняла подол. Намокшее от пота и забитое песком платье стало тяжеленным.

Лицо, принявшее на себя прямой удар палящего солнца пустыни, покраснело и жгло.

Но самым страшным были монстры, которые могли появиться откуда угодно.

Марин шла, внимательно осматриваясь вокруг, всё её тело было напряжено и готово к защите в любой момент. В одной руке она сжимала браслет-трёхсекционный жезл, а другой держала подол юбки.

От бесцельной ходьбы живот сводило от голода так, будто живот прилип к спине. Марин съела последнюю конфету, которую берегла как неприкосновенный запас.

Во рту было суше пустыни — конфету едва ли получалось перекатывать.

Ей нестерпимо хотелось пить.

«Мама, ты в порядке? Герцог ищет меня?»

«Вайнс защищает — значит, герцог придёт».

Взглянув на небо, она увидела, что солнце медленно клонится к закату.

Становилось тревожно. Ночью в пустыне холодно. Надо поскорее найти крупную скалу и там переночевать.

К счастью, далеко впереди темнел большой камень. Сегодня придётся заночевать там.

Стоило намеченной цели возникнуть, в ноги вернулась капля сил.

Когда до скалы оставалось недалеко, послышались тяжёлые, вибрирующие шаги. Тум-тум. Звук приближался прямо к ней.

По коже Марин пробежал холодок, она поспешно подбежала к скале, прижалась к ней спиной и развернулась лицом к пустыне.

С напряжённым лицом она уставилась вперёд, и тут к ней приблизился знакомый силуэт.

Кролик?

Перед ней стоял кролик с пушистой на вид белой шерстью, длинными ушами и огромными, сияющими серебром глазами.

Встав на мощные задние лапы, кролик был куда выше её. Это был, в буквальном смысле, громадный кролик.

Она видела такого в книге: пустынный монстр-кролик.

Кажется, его называли Банни-Банни?

Надо же, кролик. В голове вихрем пронеслись все истории, связанные с этим животным.

Сказка про кролика и черепаху. Муж-кролик. Ах да, ещё домашний кролик, о котором она надолго забыла.

Мама рассказывала, что их домашний любимец исчез вскоре после аварии с каретой.

Это был мудрый кролик, умевший заглядывать в будущее. Семья тогда полностью разорилась, и у них просто не было возможности о нём позаботиться.

Марин судорожно сглотнула и дрожащим взглядом уставилась на Банни-Банни.

Говорилось, этот с виду милый монстр Банни-Банни очень любит мясо?

Банни-Банни задёргал носом, словно принюхиваясь к ней.

— Я невкусная.

Монстр, конечно, не поймёт, но Марин прошептала это от всего сердца.

Банни-Банни навострил уши, будто действительно прислушиваясь к её словам.

Он был бы мил, не будь монстром, о чём нельзя было забывать ни на секунду.

Прижавшись к скале, Марин нажала на красный камень жезла-браслета.

Перед ней возникла прозрачная завеса. Если она всё отражает, пусть остановит и кролика.

Банни-Банни с топотом подскочил ближе к ней и склонил голову набок.

— Говорю же, я невкусная.

Его уши снова дёрнулись, будто в ответ на голос.

Потом он долго разглядывал прозрачную преграду и вдруг метнул вперёд лапу.

Хоть Марин и не сводила глаз с монстра, его скорость была настолько высокой, что она упустила момент удара.

Она невольно зажмурилась.

Раздался звонкий хлопок, прозрачная завеса выдержала удар.

Марин распахнула глаза и уставилась на светящийся щит перед собой.

«Браво, мой браслет. Спасибо, господин Зеромиан».

Браслет выдержал удар передней лапы Банни-Банни.

Сквозь преграду её светло-зелёные глаза встретились с серебристыми глазами кролика.

Если б он не был чудищем, эти чистые глаза показались бы прекрасными.

— Я невкусная. Если съешь меня, только накличешь беду. Так что ступай прочь.

Уши снова чутко вздрогнули, и Банни-Банни отступил на пару шагов.

Марин, не сводя с него взгляда, осела на песок: ноги подломились.

Кролик остался стоять там же.

«Если убрать защитный барьер, он ведь набросится?»

Пока тянулось это утомительное противостояние, солнце село. На потемневшую пустыню опустился тусклый лунный свет, и теперь виднелись лишь силуэты.

Надолго ли хватит этой защиты? Надо было заранее спросить у Зеромиана.

Марин косилась на неподвижного Банни-Банни.

Он, несомненно, воспринимал её как добычу.

«Нападёт, если я усну?»

Несмотря на безмолвную дуэль с Банни-Банни, усталость накапливалась, и её начало клонить в сон.

Марин мотнула головой и достала из кармана записную книжку. В ней мелким почерком записаны сказки, чтобы читать герцогу. Она решила почитать вслух, чтобы хоть как-то отогнать дремоту.

— Давным-давно жил-был прекрасный принц. И любил он неистово самого себя…

На её голос при чтении скащки Банни-Банни вдруг вздрогнул и затрясся всем телом.

«Что с ним?»

Марин испуганно взглянула на него.

В чёрной ночи на неё пристально смотрели сияющие белым светом серебряные глаза.

Внутренне дрожа, Марин продолжила читать сказку, думая про монстра.

«Ты бы тоже поспал немного, как все люди».

— Как-то принц повстречал прекрасную принцессу соседнего королевства. «Принцесса, вы прелестны. Хотя до меня вам далеко. Есть ли в мире кто прекраснее меня?» Услышав бормотание принца, принцесса…

Марин продолжала читать, отчаянно желая, чтобы кролик уснул, и искоса поглядывала на него.

Она заметила, как его веки сонно и медленно смыкаются.

«Спит?»

Голова кролика с закрытыми глазами клюнула вниз.

«Он и правда уснул!»

Марин, затаив дыхание, не отрывала от него глаз.

Неужели монстр заснул под читаемую ею сказку? Такое возможно?