«Око Истинного Противника». Впервые Джэхён заметил изменения в себе после последнего испытания. Фенрир. Пройдя пятое испытание гигантского волка, Джэхён смог еще больше поднять свой уровень. Это открыло путь к росту, выходящему за рамки того, что предвидели Мимир и Локи при создании ранних систем Норнир. Остальные члены антиасовской коалиции даже не подозревали о таком исходе, но Джэхён, наконец, смог достичь этой ступени.

Его величайшим оружием стала его собственная воля — стремление преодолеть прошлое и стать сильнее. Именно поэтому Локи при их прошлой встрече сказал: [Ты силен, но можешь стать еще сильнее. По сравнению с тем, что я знал, тебе еще есть куда расти.]

Честно говоря, Джэхён тогда не понял скрытого смысла этих слов. Он знал лишь то, что Локи спас Ким Юджон, пожертвовав частью своей драгоценной божественности, потому что видел в Джэхёне сходство с самим собой. Но для Джэхёна это было не так уж важно. В тот миг, когда он осознал, что должен стать сильнее, в тот миг, когда почувствовал, что ему есть кого защищать, он уже всё решил.

Ему нужны темпы роста, превосходящие любые ожидания. Он должен достичь нужного состояния быстрее, даже если придется рисковать. И вот результат.

Могло показаться, что у него просто изменился цвет глаз, но это было далеко не так. Теперь Джэхён видел атаки Тюра кристально ясно и... очень медленно. Это был совершенно другой уровень восприятия. Время словно замедлило свой ход. Это было не просто ощущение, а настоящий прорыв, высвобождение таланта на шокирующем уровне. Глаза реагировали на ману Джэхёна, еще больше повышая его характеристики.

― Активный навык: «Обнаружение маны» активирован.

Джэхён безупречно читал движения врага, угадывал магию, которую тот собирался применить, и точно видел, куда направлен кончик его меча. Но Джэхён не был удовлетворен. «Еще. Еще быстрее».

С этой мыслью Джэхён с ледяным спокойствием смотрел на Тюра, который размахивал мечом как сумасшедший. Тюр был уже не в себе. — Противник...! Ах ты ублюдок! Никогда! Я никогда... тебя не прощу...!

Джэхён уже успел нанести ему несколько ран. Позор от того, что его дважды ранил человек, застилал разум Тюра, лишая способности мыслить рационально. Джэхёну же это было только на руку. Любой рейдер знает: когда враг паникует и выходит из себя, его атаки становятся предсказуемыми. Первое, чему учат рейдеров — сохранять хладнокровие.

К сожалению, на Тюра эти правила не действовали. Как хищник, он был одним из богов, правивших не только Асгардом, но и всем миром. Разумеется, ему было нелегко восстановить душевное равновесие под таким ошеломляющим натиском. Да он и не привык к подобным ситуациям.

— Какое ничтожество.

Джэхён заметил, что поле боя полностью преобразилось, подчинившись его воле. С гигантским мечом за спиной он походил на демона-якшу. Давление, исходившее от него, заставляло поверить, что он в любую секунду может сорваться с места и снести врагу голову. Это на мгновение остановило меч Тюра.

Джэхён медленно огляделся. — Твои хваленые войска даже подойти сюда не могут. Отличная выдалась возможность поболтать. — Не смеши меня...! Даже без армии я...! — Заткнись.

В этот момент по телу Тюра пробежал холодок. Необычный тон Джэхёна и его ошеломляющее давление показались ему до боли знакомыми.

Джэхён усмехнулся и небрежно взмахнул рукой. Ква-а-а-нг!

Тюр даже не успел среагировать, как оказался впечатан в стену. Джэхён просто высвободил ману, но базовая мощь этой атаки была запредельной. Тюр наконец-то осознал: что-то не так. «Как Противник может обладать такой силой?!»

— Я знала, что Противник силен... но чтобы настолько... — пробормотала Идун, которая незаметно выбралась из сада и пряталась за спиной Нидхёгга.

Она была совершенно ошеломлена и не могла оторвать глаз от битвы Джэхёна и Тюра. Нидхёгг пребывал в таком же шоке. Видеть, как Джэхён легко справляется с врагом на чужом поле... Дракон, хоть и не мог использовать всю свою силу, тоже достиг 5-й стадии освобождения. Он считался одним из сильнейших хищников Девяти миров, противовесом, способным пошатнуть баланс сил, находясь чуть ниже Одина, Локи и Тора. И всё же...

«Нынешний Противник... Я бы не рискнул ставить на себя, доведись нам сойтись в бою. Смог бы я вообще победить?» Противник вырос до такой степени, что даже Нидхёгг не был уверен в своей победе. В битве с Фенриром он казался дракону равным... но Джэхён превзошел все ожидания. Противник, развернувший магию поля и использующий всё своё снаряжение, оказался в несколько раз сильнее, чем думал Нидхёгг.

Еще немного. Если он станет еще чуточку сильнее, разве он не достигнет Его уровня? Уровня Одина. Этого высокомерного и мерзкого бога. [Еще совсем немного... Если бы он смог стать еще чуточку сильнее...] — Да. Возможно, Противник действительно сможет убить Одина, — Идун откликнулась на его мысли.

Она с улыбкой наблюдала из-за спины Нидхёгга за разворачивающейся битвой мертвецов. Одаривать их легкими благословениями и баффами — это лучшее, что она могла сделать. Не все боги сильны в бою. Идун достигла своего положения не за счет военной мощи. Сражения были не для нее.

«Нидхёгг, с другой стороны, просто машина для убийств. Хоть и глуповат...» Идун перевела взгляд на поле, где продолжалась битва Джэхёна и Тюра. Поле, над которым взошла красная луна, было пропитано силой Противника. Поле Противника. Она только слышала о нем, но теперь видела воочию. Скоро Противник станет достаточно сильным, чтобы бросить вызов Одину и Тору. А она сделает всё возможное, чтобы вырастить для него особые растения. Довольная своей ролью, Идун кивнула, а затем сурово посмотрела на Нидхёгга. — Ты же помнишь, что должен вернуть саду первозданный вид? Понял? [......Ах. Да понял я.]

У Джэхёна было всё: гнев Хрунгнира, навыки и способности, эффективные против различных асов, новые артефакты и многое другое. К тому же он развернул собственное поле. Исход для Тюра был предрешен.

Но мозг Тюра просто отказывался в это верить. В пылу битвы его мышление закостенело. Тюр привык сиять в масштабных сражениях, управляя армиями и союзниками. В дуэли один на один, если не считать магии поля, он был лишь немногим лучше Хеймдалля. Ни больше, ни меньше. Но даже с учетом всего этого, Противник, так легко загнавший его в угол, был невероятно силен.

Крак. Со звуком осыпающихся камней Тюр снова поднялся на ноги. Джэхён продолжал равнодушно наблюдать за ним. Его безмятежное лицо словно говорило: «Делай что хочешь, это ничего не изменит». Это равнодушие напомнило Тюру его господина, Одина. Того самого Одина, который лишил его статуса, но за чьей силой Тюр был вынужден следовать. Для Тюра Один был абсолютом. Подавляющая мощь и власть. Единственное существо, чьи амбиции достигали небес.

Но почему? Почему этот жалкий человешка, стоящий перед ним, излучает такую же ауру? Человек, который должен был нести в себе клеймо неудачника. — ...Давай объединим силы. Ты же хочешь убить Одина, верно? Я могу помочь...!

От отчаяния Тюр выдал то единственное, что пришло ему в голову. В конце концов, Один хоть и был его господином, Тюр не питал к нему искренней преданности. Ему было противно это признавать, но, примкнув к Джэхёну, он мог бы сохранить свое положение в Асгарде. Они не смогут игнорировать его силу...

Вшух!

В тот момент, когда он подумал об этом, меч снова пришел в движение. Зрачки Тюра сузились. Он отчетливо видел, как что-то взлетело в воздух. Что это... неужели?

И тут же осознал. В воздухе летела его собственная рука, отсеченная длинным мечом Противника. Учитывая, что Фенрир откусил ему левую руку еще в прошлом, теперь он остался без рук вообще. Рассудок Тюра окончательно помутился.

Джэхён тихо вздохнул, словно вбивая последний гвоздь в крышку его гроба: — Я ничего не забываю. Никто не должен быть забыт.

Почему? Произнося эти слова, Джэхён почувствовал, как его охватывает глубокая печаль. Кровь на мече, липкий воздух и красная луна только усиливали это безумие. В отличие от первого раза, когда он активировал этот навык, сейчас Джэхён находился в полном сознании, но всё равно чувствовал себя иначе. Его манера речи, движения, холодный стиль боя... А еще эти чужие воспоминания, всплывающие из ниоткуда. Джэхён, сам не понимая, чьи это обрывки памяти, снова сжал рукоять меча.

Вжик!

Призрачный меч обрушился на Тюра. Острое лезвие раз за разом полосовало тело бога, словно демонстрируя непреклонное намерение лишить его жизни. Меч не выражал эмоций, как и его хозяин, но безжалостно рубил врага.

— А-а-а-а...!! Тюр, лишившийся обеих рук и рухнувший на колени, в ярости посмотрел на Джэхёна. У него не осталось козырей. Он больше не мог сражаться, и шансов на победу не было. Ему оставалось только проклинать врага. Кричать, что Противник никогда не победит Одина. Хотя Тюр лучше других знал, насколько это бесполезно.

Глаза Джэхёна по-прежнему ничего не выражали. Ни страха, ни эмоций. — Чего ты боишься? — спросил Джэхён, глядя на Тюра, который впервые в жизни дрожал от ужаса. — Одина... или меня?

Тюр почувствовал, что его засасывает в глубокую бездну. Джэхён, стоявший перед ним, усмехнулся: — Это я.