— Правда ли, что вы состоите в Гильдии Ёнхва, а мастер Ю Сонын — ваш наставник?

— Всё так.

Зал загудел, когда Джэхён сделал это заявление.

Этого следовало ожидать.

В конце концов, публике только что представили ученика Пробужденной S-ранга Ю Сонын. Это была сенсация, не уступающая по масштабам коррупции бывшего председателя Гу Чжаина.

Джэхён также проявил себя не только на вторых практических экзаменах, но и во время охоты первокурсников, и в тематических подземельях. Для репортеров, живущих за счет просмотров, появление такого новичка было долгожданной новостью.

«Если я смогу написать эксклюзивную статью о Мин Джэхёне, повышение не за горами!»

Все думали об одном и том же. Джэхён сохранял невозмутимость.

— Благодаря представительнице Ю Сонын я смог отточить свои навыки и достичь нынешнего уровня.

Репортеры закивали, тронутые скромными словами Джэхёна. Они видели в нем лучшего новичка, обладающего как талантом, так и скромностью. Им не терпелось написать о нем. Затем репортер, задавший первый вопрос, озвучил еще один.

— Мин Джэхён, несмотря на все статьи о пробужденных новичках, мы не нашли ни одной о вас. Вы всё это время скрывали свои способности?

— Я не хотел привлекать к себе много внимания.

Кратко ответил Джэхён.

Посыпались следующие вопросы. Присоединились и другие репортеры.

— Когда именно вы подписали контракт с Гильдией Ёнхва?!

— Прошло всего несколько месяцев. Думаю, мне просто повезло.

— Правда ли, что именно вы, Джэхён, покорили тематическое подземелье Неверленд во время того инцидента?

— Да. Я случайно оказался поблизости и оказался втянут в этот инцидент.

— Когда вам стало известно о преступлениях Гу Чжаина? Было ли то, что вы сказали в прямом эфире во время второго практического экзамена, основано на фактах?

— Да. Я знал о неправомерных действиях бывшего председателя Гу Чжаина с самого начала учебы. Во время охоты первокурсников я едва не погиб в одной из ловушек Гу Чжаина, однако об этом несчастном случае не было ни строчки в новостях.

Джэхён спокойно смотрел вперед, отвечая на шквал вопросов. В конце концов вопросы коснулись даже мелких деталей. Всего, начиная от семьи и заканчивая тем, есть ли у него девушка.

Но Джэхён не изменился в лице и сохранял самообладание.

«Было бы проблематично проявить слабость здесь».

Учитывая его профессию, Джэхён будет постоянно сталкиваться с репортерами. Если сейчас он создаст впечатление человека, которым легко манипулировать, в будущем ему придется несладко. Сохранять спокойствие и отвечать подобающим образом было первостепенной задачей.

После изрядного количества вопросов Ю Сонын вмешалась, чтобы остановить этот шквал.

— Пожалуйста, воздержитесь от вопросов, которые могут быть чрезмерными для Джэхёна, он и так многое пережил за последнее время.

После этих слов напор заметно спал. Было задано еще несколько вопросов, адресованных Пак Сончжэ.

Примерно через час пресс-конференция завершилась.

— Проклятье! Эти ублюдки выставили меня идиотом?! Думают, что для меня это конец?!

В раздражении выплюнул Гу Чжаин со связанными руками. Он размышлял. Как всё могло так запутаться?

Всего пару месяцев назад он и представить не мог, что окажется в таком положении.

Гу Чжаин. Один из главных власть имущих в Корее, чье падение было трудно принять даже ему самому.

От самой высокой точки до самого дна. Это был вопрос всего нескольких месяцев.

Мин Джэхён. Всё обернулось таким образом всего через несколько месяцев после того, как он поступил в Академию Миллес.

С такой реальностью было трудно смириться. Пак Хаджун, который был на его стороне, казалось, почти потерял к нему доверие. Сначала он пытался убедить себя, что надежда еще есть… Но уже на второй день он, похоже, сдался.

Гу Чжаин чувствовал, как в животе закипает желчь. По телевизору его изо дня в день выставляли злодеем, в то время как Ю Сонын и Мин Джэхёна превозносили как героев. Он не мог этого понять.

— После всего, что я для них сделал…!

Гу Чжаин чувствовал искреннюю несправедливость. Его публичное заявление о своей невиновности было правдой (с его точки зрения). Будучи председателем, Гу Чжаин взрастил множество Пробужденных А- и S-рангов.

Сколько жизней было спасено благодаря этому? Если бы на его месте был кто-то другой, смог бы он сделать то же самое?

Конечно, нет. Это немыслимо. Они поддаются ложному лицемерию.

Если бы он не был председателем Миллес, погибло бы куда больше людей. Конечно, были и те, кем он пожертвовал, но они составляли меньшинство. Жертвы ради всеобщего блага.

Все не могут выжить. Пусть об этом не говорят вслух, но все это знают. Под натиском демонических зверей абсурдно ожидать отсутствия жертв. Гу Чжаин размышлял.

Если все не могут выжить и кто-то должен умереть, разве не мы должны выбирать, кто именно умрет? Более того, разве для общества не будет в сто раз полезнее, если погибнут бесполезные слабаки?

Гу Чжаин не мог этого понять. Они были просто лицемерами.

«Мерзкие ублюдки».

Гу Чжаин не мог просто так сдаться. Но пока он ничего не мог поделать. По крайней мере, пока он не сможет снова связаться с «ними» через несколько месяцев.

Ему придется сидеть взаперти.

Несколько дней спустя.

Центральная аудитория Академии Миллес.

Толпа собралась, чтобы послушать речь новоиспеченного временно исполняющего обязанности председателя. В аудитории было в основном тихо, за исключением одной шумной зоны. Как и ожидалось, именно там находилась Ким Юджон.

— Эй! Как ты мог скрывать такой важный факт? Что ты ученик Ю Сонын?

Ким Юджон повысила голос, вцепившись в воротник Джэхёна. Тот поспешно схватил ее за запястье.

— Ладно, я понял. Так что отпусти и давай поговорим! Ина, Хоён, остановите ее, а?

— …В этот раз ты не прав, Джэхён.

— Я сохраняю нейтралитет.

Со Ина и Ан Хоён тоже отвернулись. С их точки зрения, скрытность Джэхёна в этом вопросе была разочаровывающей. Не говоря уже о том, что быть учеником представительницы Ёнхва Ю Сонын…

Что ж, Ким Юджон просто завидовала и придиралась на пустом месте.

Поспорив немного с Ким Юджон, Джэхён наконец перевел дух и сказал:

— На всякий случай… вы же понимаете, что это еще не конец?

— …Да. Гу Чжаин так легко не сдастся.

Со Ина кивнула. Остальные чувствовали то же самое.

— Нам просто нужно стать как можно сильнее за это время. Гильдия Ёнхва и Бюро управления рейдеров тоже согласились тебе помочь, верно?

— Было бы лучше, если бы нам не пришлось вмешиваться напрямую… но в целом, да.

Ответила Ким Юджон, и Джэхён несколько беспомощно кивнул. Ан Хоён тоже горел решимостью.

— Я стану сильнее. Во время стажировки в гильдии я понял, что слаб.

— …Я тоже.

Джэхён кивнул, слушая разговор этой троицы, и почувствовал гордость. Амбиции. Это приведет его товарищей к новым высотам.

«Конечно, я не собираюсь втягивать их в неприятности».

В то же время Джэхён четко осознавал. Насколько бы сильными они ни стали, это не имело значения. Он должен был предотвратить вовлечение товарищей в свои дела. Для решающей схватки с богами-Асами требовалась еще большая сила. Они не имели отношения к этому делу и были еще слишком неопытны, чтобы доверить им свою спину.

«Я не хочу их принижать, но речь идет о противостоянии богам Асгарда. Я не могу втягивать их в это».

Пока Джэхён размышлял, в аудитории внезапно включился свет и кто-то появился на сцене. Для Джэхёна, да и для всех присутствующих студентов-магов, это было знакомое лицо.

— Чего? Почему инструктор там, наверху?

Услышав ошарашенный голос Ким Юджон, Джэхён тихонько рассмеялся.

— Всё верно.

— …В смысле? — спросила Со Ина, и Джэхён снова ответил:

— Инструктор Ким Джиён. Она — новый председатель.

Все были ошеломлены этим заявлением. Что это значит? Новый инструктор, которой нет и тридцати, стала председателем?

Посреди всеобщего замешательства только Ан Хоён спросил с недоуменным видом:

— Так. Кто же на самом деле этот инструктор?

В пустынных небесах над заброшенным зданием в Тэгу.

Это была неосвоенная территория с тех пор, как началось вторжение демонических зверей. Предполагалось, что это совершенно пустое место.

Однако сейчас там торжественно стояло существо в человеческом обличье, обладавшее трансцендентной аурой и несшее на спине гигантский рог.

Хеймдалль.

Известный как белый бог, мудрое и прославившееся своей красотой мужское божество.

— Хватит прятаться, покажись.

Хеймдалль выхватил меч, обращаясь к пустой площади.

— Как ты смеешь, Хеймдалль, следить за мной.

— О какой слежке речь? Я пришел сюда с удовольствием, просто чтобы поздороваться.

В этот момент раздался голос, и Хела, прятавшаяся в укрытии, явила себя.

Хеймдалль усмехнулся.

— Ты и другие боги, выступающие против Асов, в этот раз устроили весьма занятный инцидент.

— О, будто Один и боги Асгарда чем-то отличаются.

— Ха, ну ты и наивна, Хела. Неужели всё еще надеешься, что появится великий противник из пророчества и спасет вас, как герой?

— Этого никто не может знать.

Слова Хелы заставили Хеймдалля недоверчиво расхохотаться.

— Ха! Ты правда думаешь, что это возможно? Жалкий человечишка свергнет всех Асов и положит начало новой эре? Это так нелепо, что мне даже не смешно.

— Разве не лучше верить хоть во что-то, чем вообще ни во что?

Хеймдалль с сомнением покачал головой и прошел мимо Хелы. Тем не менее, Хела преградила ему путь. Хеймдалль вытянул вперед руку с мечом, направив клинок прямо ей в горло.

— Отойди. Я иду на встречу с великим противником из пророчества.

— Я не могу тебя пропустить.

Хела твердо покачала головой, но Хеймдалль не собирался отступать.

— Хочешь умереть от моей руки?

— В Мидгарде ты не можешь использовать свою силу в полной мере. В данном случае преимущество на моей стороне. Хочешь потратить жизнь на пустую браваду?

— Хех, даже если ты убьешь меня, готова ли ты к полному уничтожению?

— Если я смогу убить тебя ценой одной лишь жизни, оно того стоит.

Губы Хеймдалля изогнулись в ухмылке, и он разразился раскатистым смехом, выкрикнув:

— Ладно. Раз думаешь, что справишься со мной — попробуй.

Тссс!

Хеймдалль увеличил свою магическую силу, высвобождая ауру. Гораздо бóльшую мощь, чем когда он сражался с Хугином. Однако Хела только этого и ждала.

«Сейчас».

Сразу после того, как Хеймдалль применил свою магию, в воздух внезапно взвилась цепь, начав связывать Хеймдалля. Всё шло по плану Хелы.

— Не двигайся. Эти цепи созданы путем сплетения трех несуществующих материалов, использованных для Глейпнира. Даже ты не сможешь легко их разорвать.

— …Это несерьезно, Хела, — невозмутимо произнес Хеймдалль. — Они не удержат меня надолго. Ты ведь и сама это знаешь, верно?

— Я с самого начала на это не рассчитывала. Но, — Хела слегка усмехнулась. — Этого хватит, чтобы выиграть время.

Хеймдалль спокойно осмотрел сковавшие его цепи.

«Не такие прочные, как Глейпнир, но заклинание связывания надежное. Хела… Понятно. Она знала, что я приду в Мидгард».

Уголки губ Хеймдалля поползли вверх.

— Сила Мимира. Пророчество… Думаешь, с этим ты сможешь изменить предначертанную судьбу?

— Я бы лучше спросила тебя. Смерть Одина уже предрешена. Неужели Асгард и впрямь думает, что сможет избежать судьбы?

— …Интересно. Ладно. Делай, что хочешь. Но когда эти цепи порвутся… — Хеймдалль выдержал паузу, а затем продолжил с леденящим взглядом: — Я убью тебя первой.

От угрозы Хеймдалля веяло удушьем. Какой бы могущественной аурой ни обладала Хела, здесь она была лишь аватаром. Пока Хела не воплотится в Мидгарде напрямую, противостоять Хеймдаллю было невозможно.

— Буду с нетерпением ждать.

Закончив говорить, Хела быстро удалилась. Она стремительно взмыла в воздух, направляясь куда-то. Её целью было общежитие Академии Миллес, где жил Джэхён.

«Даже бог не может использовать здесь свою полную силу. Но с человеком, унаследовавшим эту силу, дело обстоит иначе».

По своей природе существа из других миров сталкиваются с ограничениями при перемещении через Мировое Древо, что ограничивает их силу примерно до 30%. Здесь нельзя использовать дополнительную силу — доступно лишь около 30% от оригинала. Но проблема заключалась в том, что никто не мог помешать Хеймдаллю даже на 30%.

«Чтобы остановить Хеймдалля, мы должны заставить Джэхёна пройти второе испытание».

Никакая другая сила, выступающая против Асов, не могла ступить сюда из-за прошлого договора. Только Джэхён теперь может остановить Хеймдалля.

Джэхён — житель Мидгарда. Человек.

Даже получив силу бога, он сможет использовать ее в полной мере.

«Мы должны заставить его пройти второе испытание, даже если это рискованно».

Была лишь одна надежда. Великий противник из пророчества.

Если не Мин Джэхён, больше никто не сможет остановить Хеймдалля.