Рене и Руджер расположились на скамейке на некотором расстоянии друг от друга.

Девушка крепко сжимала подол юбки и сидела с неестественно выпрямленной спиной, стараясь не выдавать своей нервозности и при этом украдкой поглядывая на собеседника.

Руджер, в отличие от неё, выглядел таким спокойным и собранным, словно гладь озера. Таким взрослым. Возможно, из-за этого Рене не могла оторвать глаз от его профиля ещё несколько минут.

По всеобщему мнению Руджер был невероятно красивым и эффектным человеком — это признавали все: и мужчины, и женщины. Однако Рене при взгляде на него чувствовала нечто совсем иное, нежели простое восхищение.

Будто горькую ностальгию и ужасную тоску, которую нельзя было описать. Раньше девушка была уверена, что для подобного не было причин, ведь она ни разу не встречала Руджера до поступления в Теон, однако после всех произошедших событий она начала сомневаться в этом.

Порой, во время разговором с ним, ей казалось, будто между ними возникала невидимая стена.

— Рене.

— Д-да?!

Когда Руджер начал говорить, девушка испуганно дернулась, боясь, что её поймали на подглядывании.

— …У меня что-то на лице?

— О, нет. Ничего.

Видя озадаченный взгляд профессора, Рене вспомнила, почему они пришли сюда. У них, в конце концов, было важное дело.

— Рене. Я примерно догадываюсь, о чём ты хотела меня спросить.

— Это…

— О том, что ты видела в тот день, верно?

Рене согласно кивнула.

— Магия, которую я показал тогда — это одно из моих универсальных заклинаний. Вернее будет сказать, мой магический зверь.

Сказав это, Руджер призвал [Атер Ноктюрнус]. Обычно тот имел вид расплывчатой тени, однако мужчина понимал, что это привлечёт слишком много ненужного внимания, поэтому ограничился его малой формой. Секунду спустя на его правом плече сидел большой чёрный ворон, будто созданный из тёмно-серой дымки.

Ворон медленно повернул голову в сторону Рене, смотря на неё своими пустыми красными глазами. Девушка слегка дёрнулась, но не смогла отвести взгляд, будто заворожённая.

— Это ваш магический зверь?

— Да.

— Он… немного необычный, верно?

— Его зовут Атер Ноктюрнус. Он способен двигаться сквозь тени и принимать облик зверя, однако его истинная форма больше похожа на одежду.

— Вы говорите одежду… ах…

Рене тут же пришёл в голову образ Руджера, появившегося в тот день из тени. Сперва ей показалось, будто он слился с тьмой переулка, и теперь оказалось, что это было правдой. Ещё и та маска ворона на его лице…

Она чем-то напоминала маску чумного доктора, которую Рене когда-то видела в одной старой книге. И глядя сейчас на птицу, сидящую на плече профессора, она не могла не подумать, как они были похожи.

— Тогда то, как вы внезапно появились, было способностью магического зверя?

— Верно. В конце концов, перемещение по теням — это его основная роль. Также, покрывая своё тело тенью, я могу перемещаться вместе с ним.

— Вау, это невероятно!

Теперь Рене наконец-то смогла полностью осознать, как Руджер пришёл к ней на помощь тогда.

Разве это было не здорово?

— Могу я прикоснуться к нему?

— Как хочешь.

Рене, естественно, тут же аккуратно протянула руку к магическому зверю.

Ворон всё ещё смотрел на девушку своими пугающими глазами, но она, немного поколебавшись, всё-таки приблизилась.

Когда до него оставалось совсем немного, Атер Ноктюрнус неожиданно слегка склонил голову и потерся клювом о протянутую руку.

— Ах.

Рене невольно пискнула от странного ощущения. В отличие от обычной вороны, на ощупь Атер Ноктюрнус был будто создан из упругого тумана. Впрочем, учитывая, что магические звери рождались из маны владельца, это было недалеко от правды.

Руджер ещё некоторое время наблюдал за тем, как Рене аккуратно гладила ворона, после чего отменил его призыв.

Рене расстроенно охнула.

— Несмотря на свой внешний вид, этот парень очень жадный и поглощает огромное количество маны. Особенно под таким палящим солнцем, как сейчас.

— Ох, я поняла.

— Тебя заинтересовал магический зверь?

— Да. Я много слышала о них, но сегодня увидела впервые.

— Это нормально, ты ведь ещё первокурсница. В Теоне призыв магических зверей преподают только на третьем году обучения.

— Это занимает так много времени… хотела бы я научиться этому быстрее.

— Тебе не стоит беспокоиться об этом.

— Да?

— После произошедшего в столице было принято решение внести определённые корректировки в учебный план. Есть вероятность, что в программу первого и второго курсов также добавят призыв магических зверей.

На самом деле Руджер был практически полностью уверен, что так и будет.

В конце концов магические звери был важной частью каждого волшебника. Они поглощали огромное количество маны, но в обмен гарантировали владельцу стабильную поддержку и боевую мощь. Это давало невероятные преимущества.

Однако были и сложности. Призыв магического зверя нельзя было выучить или потренировать, это был исключительно инстинктивный и интуитивный процесс, зависевший только от самого мага и его понимания собственной силы. Именно по этой причине студентов первого и второго курсов этому не обучали. Они были слишком незрелы и неопытны в магии.

Поэтому то, что планировала сделать директор, было весьма необычно.

Впрочем, для самих студентов призыв магического зверя был бы очень интересен. В отличие от обычных уроков в этом была своя романтика и мечтательная атмосферы.

Хотя учителю, который будет их обучать, придётся сильно попотеть.

— Я не знаю, кто будет преподавать, но это, без сомнения, очень тяжелая работа.

Рене энергично закивала головой, соглашаясь с объяснениями Руджера.

Теперь её поверхностное любопытство было удовлетворено, однако у неё осталось ещё много неразрешённых вопросов.

Что это был за чёрный туман, с которым боролся профессор? И что произошло с Флорой, после того как та её оттолкнула?

— Профессор, а со старшей… с ней всё будет хорошо?

— Ты имеешь в виду Флору?

— Да. Она ведь… она ведь пострадала из-за меня…

Сердце Рене больно кольнуло от этих воспоминаний.

Тот странный тёмный туман без сомнения пытался напасть на неё. Если бы не Флора, она сама стала бы жертвой.

— Теперь с ней всё будет в порядке, так что тебе не о чем беспокоиться. Она уже идёт на поправку.

— О, правда? Какое облегчение.

После этих слов Руджер внимательно посмотрел на девушку, будто заглядывая к ней в душу.

— Ты сожалеешь?

— …Она пострадала, пытаясь спасти меня. А я ведь даже не знаю, что это было…

— Демон.

— Что?

— Это было воплощение зла.

На этих словах Рене шокировано уставилась на Руджера, но в его глазах не было ни намека на ложь или насмешку. Он был серьёзен.

— Ты знаешь почему?

— Что?

— Я имею в виду, знаешь ли ты, почему этот демон заинтересовался именно тобой.

— Это…

Сначала Рене собиралась сказать нет, однако внезапно ей на ум пришли её собственные внезапно изменившиеся глаза. Если Руджер был прав, тогда тот странный туман был древним злом воплоти, а значит в Рене было что-то, что заинтересовало демона. Возможно, его привлекли её недавно пробудившиеся силы.

— Я не уверена, но… тот демон почему-то назвал меня святой.

Думая об этом, девушка вспоминала картину из музея, где была изображена молящаяся женщина. Божественная сила. Как ни странно эта сцена сразу привлекла её внимание, однако Рене было интересно узнать, действительно ли она имела к этому отношение.

— Кажется, у тебя накопилось много вопросов.

— Да. Есть так много вещей, которые я не понимаю. Прежде всего, почему я оказалась втянута в это… но вряд ли я смогу это узнать…

— Однако ты ведь хочешь, верно?

— …да. Я не знаю почему, но мне очень нужно понять это. Поэтому позвольте я спрошу… профессор Руджер, прошу скажите, знаете ли вы, что со мной происходит?

Рене твёрдо посмотрела на мужчину, готовая принять любой ответ.

Её глаза в этот момент сияли так ярко, как никогда до этого, и Руджер немного завис, смотря в них.

Этот взгляд чем-то напоминал взгляд директора Элизы, однако был гораздо более завораживающим. Способности Рене только-только пробудились, поэтому Руджеру было даже представить сложно, что будет потом.

Что произойдёт, если она полностью освоит [Око Правосудия]?

— …

— Профессор?

— …Да. Поскольку ты проделала такой долгий путь, было бы неправильно оставлять тебя в неведение.

Обдумав всё, Руджер решил раскрыть Рене часть правды. Раньше он намеревался хранить это в секрете, однако после того, как часть её сил пробудилась, девушке нужно было об этом узнать.

— Рене, ты знаешь, что такое «Око Правосудия»?

— «Око Правосудия»? Никогда не слышала.

— На самом деле это особая способность, дарующая своему владельцу возможность отличать добро от зла. Однако она видит нечто более существенное, выходящее за рамки простой интуиции.

— Ах.

Рене согласно кивнула, понимая, что Руджер имел в виду.

С начала семестра она могла точно определить, кто имел на её счёт злые намерения, а кто — нет. Даже больше, она, наоборот, лучше всего отличала тех людей, которые относились к ней благосклонно.

Возможно, именно поэтому Рене без колебаний и опасений общалась с Руджером, которого другие студенты зачастую боялись, как огня, и избегали.

— И эта способность считается неотъемлемой силой, с которой с древних времён рождались только святые в церкви Люменсиса.

— Святая церкви?

Хоть демон Басара упоминал это раньше, слышать подтверждение из уст Руджера ощущалось совсем по-другому.

— Ха, но как такое может быть…

— Не важно, каким образом так вышло. Однако почти все владельцы этой способности были такими. Впрочем, на Святой земле Бретуса не появлялось подлинной святой уже много столетий.

— Тогда Церковь Люменсиса заберёт меня?

— Почему ты так думаешь?

— Ну, чтобы сделать меня новой святой и…

— Я этого не позволю.

— Правда?

— Да. На этот счёт можешь не переживать.

После этих слов Рене облегчённо выдохнула. Будучи простой студенткой, такие заявления сбивали её с толку, поэтому она до сих пор находилась в некоторой растерянности.

— Но почему?...

— Ты слишком хорошо думаешь о церкви Люменсиса. Если они вдруг обнаружат подлинную святую, то закуют её в цепи и используют любые средства, чтобы она им служила и поклонялась. Эти ублюдки не остановятся не перед чем, ради укрепления своей власти.

Услышав подобное, Рене хотела спросить, откуда он это знал, но выражение лица Руджера было настолько серьёзным и мрачным, что она не решилась. Одно было ясно точно — в прошлом профессор был явно тесно связан с Церковью, так как был хорошо осведомлен об «Оке Правосудия» и существовании подлинной святой.

— Тогда, что же мне делать?

— Скрой это пока.

— Но как? В конце концов, мои глаза будут выделяться независимо от того, как я буду пытаться их спрятать.

— Хорошо. В таком случае посмотри на меня, пожалуйста.

Рене сделала так, как сказал Руджер, и застыла. Мужчина, тем временем, внимательно посмотрел на девушку. В его голубых сапфировых глазах она видела своё отражение так чётко, будто смотрела на спокойную гладь воды.

Внезапно по телу Рене прошлось странное ощущение, похожее на щекотку.

— Профессор Руджер?

— Оставайся на месте.

Сказав это, мужчина аккуратно протянул к лицу девушки руку и накрыл ладонью её глаза.

— К-конечно.

Когда ладонь Руджера коснулась её кожи, Рене непроизвольно дёрнулась, однако быстро вернулась на место. Рука профессора лежала твёрдо, но на ощупь была очень мягкой и тёплой. Он прикасался к ней так бережно и осторожно, будто к старинному бесценному сокровищу.

В Рене такое отношение вызывало странное чувство, однако она не могла сказать, что ей это не нравилось. Скорее наоборот.

«Моё сердце бьётся так быстро»

Внезапно, девушка поняла, как близко сейчас к ней находился Руджер. Его рука даже касалось её лица. От осознания этого она смущённо залилась краской и вдруг задумалась о том, слышал ли профессор бешеный стук её сердца.

Ей самой, например, он казался оглушительным.

— Готово.

Неожиданно раздавшийся мужской голос будто вывел девушку из транса, и она слегка вздрогнула. Руджер уже убрал руку, после чего с легким сожалением Рене спросила:

— Вы уже закончили?

— Смотри.

После этих слов Руджер создал тонкие пластинки из серебряного металла, отшлифованные до блеска, и передал их девушке. Она посмотрелась в них, как в зеркало.

— Аа?

Удивительно, но её глаза, до этого сверкавшие, как золотые звёзды, вернулись в нормальное состояние.