— Чего же ты? Кричи.

Данэя, нахмурившись, посмотрела на Игниса.

Что этот человек вообще делает сейчас?

Зачем он мошенничает?

«Я же отдала настоящее Священное Писание Императору».

Но откуда он принёс такую искусно сделанную подделку?

— В настоящем Священном Писании, знаешь ли, написано то, что может уничтожить весь род Виндзор.

Что?

— Лунное божество ‒ злой дух, и говорят, оно ничем не отличается от демона, которому поклоняются дьяволопоклонники.

Игнис приподнял подбородок Даны пальцем и широко усмехнулся.

— Понимаешь, что это значит?

— …...

— Копия Сященного Писания, которую твой отец, Демьян, привёз с Острова Сокровищ, та копия, где написано, что лунное божество ‒ добрый бог, ‒ это подделка.

— …...

— Это значит, что род Виндзор заслуживает уничтожения за святотатство.

У Данэи было равнодушное выражение лица. Такая реакция была естественна, потому что она знала: Священное Писание, которое принёс Игнис, ‒ подделка.

«Неужели он сам не знает, что она поддельная?»

Или он знает, что она поддельная, но всё равно делает это?

Данэя пристально посмотрела в глаза Игнису.

«Возможно…».

Это предчувствие.

Возможно, Игнис знает.

Что это подделка.

Но всё равно блефует.

«Почему он думает, что этот блеф сработает?»

Ответ пришёл быстро.

Из-за недавних человеческих жертвоприношений еретиков в Картузе.

«Раз еретики, верящие в лунное божество, совершили такое безумие».

Если объявить содержание Священного Писания о том, что лунное божество ‒ демон, многие в это поверят.

Даже если это поддельное Священное Писание, найдётся много верящих.

Кто будет хорошо думать о божестве, которое принимает человеческие жертвы?

«Конечно, после этого случая я тоже прониклась неприязнью к еретикам».

Но в "настоящем Священном Писании" нет содержания о том, что "лунное божество ‒ злой дух".

«Хм, будет неприятно, если люди поверят в поддельное Священное Писание».

Если эта подделка выдаст себя за настоящую, Данэя окажется в очень затруднительном положении.

Почему же?

Это может испортить сделку с Императором.

«Если Император примет эту подделку за настоящую, он подумает, что книга, которую дала я, ‒ подделка».

Тогда о разрыве помолвки с Лайосом можно забыть.

И это не всё... Навлеку на себя гнев Императора.

Разве Император действительно не угрожал уничтожить род Виндзор, если Священное Писание, которое она дала, окажется поддельное?

«Ах, это было бы плохо».

Что же делать?

Немного подумав, Данэя решила пока скрыть свои карты. То есть:

— Ч-что это?

Притвориться, что ничего не знаешь, притвориться испуганной...

— Это правда? Это действительно оригинал Священного Писания?

— Да. Я заполучил оригинал.

Похоже, ему понравилась моя реакция. На лице Игниса заиграла жестокая улыбка.

— Это значит, что если я захочу, то могу уничтожить род Виндзор прямо сейчас, Данэя Виндзор.

«Слишком зазнаёшься с этой подделкой».

Проглотив эти слова, Данэя всхлипнула.

— Зачем вы так? Вы ведь тоже Виндзор, господин Игнис!

— Я?

Игнис, посмеиваясь, крепко схватил её за волосы. И резко притянул к себе.

— Да. Верно. Как-никак, когда-то я был Виндзором, поэтому даю тебе эту непомерную возможность. Поняла?

— А-ай, больно…

Когда она скривилась от боли, улыбка на губах Игниса стала шире.

— Слушай внимательно, Данэя Виндзор. Либо выходи за меня замуж и отдай мне всё своё состояние.

Он сжал руку, держащую её за волосы.

— Либо смотри, как рушится этот проклятый род мошенников. Выбирай одно из двух.

Тогда Данэя, на глазах которой выступили слёзы, спросила:

— А если я не хочу ни того, ни другого?

— …Что?

— Если я скажу, что не хочу ни того, ни другого, что вы тогда сделаете?

Тогда Игнис разразился громким смехом.

— Что сделаю? Доложу Императорскому двору и Ватикану. Призову теологов Императорского двора и Ватикана, инквизиторов и передам им это настоящее Священное Писание.

Затем он приблизил своё лицо вплотную. В его глазах горела жадность.

— Если не хочешь этого видеть, покорно выходи за меня.

— Н-но…

— Тебе всё равно одной не потратить столько богатства. Да и наследный принц тебя отверг, верно? Так давай вместе проживём жизнь, соря деньгами.

— Хнык-хнык…

В последнее время её актёрское мастерство улучшилось. Может, из-за того, что она постоянно притворялась перед Карлом и Виего. Данэя могла легко пустить слезу.

— …...

Игнис смотрел на дорожки слёз, текущих по её щекам.

— Ну, ладно. Не так уж и плохо.

Пробормотав это себе под нос, он грубо отпустил её.

— Ай!

Для драматического эффекта девушка нарочно упала на пол.

— Даю тебе срок - неделю. Решай.

Он наступил каблуком на подол её платья и злобно проговорил:

— Выйдешь за меня замуж или будешь смотреть, как Виндзоров уничтожают. Выбирай с умом.

«Это тебе нужно выбирать с умом».

Когда Игнис ушёл, Данэя подняла своё спокойное лицо.

«Это тебе нужно хорошо подумать, Игнис».

Если он будет утверждать, что поддельное Священное Писание ‒ настоящее, его ждёт суровое наказание за святотатство…

«Вряд ли он останется в живых».

Данэя знала.

Очень простой и лёгкий способ доказать, что то, что принёс Игнис, ‒ подделка.

…Кстати об этом.

«Что это за запах, который я чувствую уже давно?»

Данэя подняла простыню, на которой лежал Игнис. В следующую секунду она скривилась.

Сумасшедший ублюдок.

✦•·····•✦•·····•✦

Тем временем в монастыре.

Элис, уткнувшись лицом в подушку, горько плакала.

«Жестоко. Все такие жестокие».

Монастырская жизнь была настолько невыносима, что она сходила с ума.

Подъём каждый день в пять утра. На столе только трава. И как же долго они заставляют молиться!

«Колени болят так, что умереть хочется».

Это было поистине жестокое обращение.

«Неужели я совершила настолько большую ошибку?»

Она совершенно не могла этого понять.

Брат Виего сказал, что она совершила ошибку.

— Никуда не годится, Элис Виндзор.

Как он мог сказать такое?

Брат Виего обвинил её. В том, что она самовольно отправилась во владения Виндзор, расстроила дисциплину пограничников и спровоцировала вторжение варваров.

До чего же нелепо.

Как можно так перекладывать вину на других?

«Почему это моя вина?»

Конечно, вторжение варваров во владения Виндзор ‒ это плохо, но при чём тут она?

«Виноваты пограничники, которые расслабились и ходили на банкет. Почему это моя вина? Я что, виновата, что они меня за человека не считают?»

В конце концов, это, наверное, вина сестры Даны, которая поехала инспектировать владения, но не смогла точно оценить реальное состояние ленивых пограничников.

В какой-то момент это превратилось в её вину.

«Я зла…».

Чем больше она думала, тем сильнее кипело внутри.