✦•·····•✦•·····•✦

Тем вечером Элис осторожно спросила:

— Ваше Высочество.

— Да?

— Когда мы поженимся?

— Когда-нибудь поженимся.

Лайос ущипнул её за щёку.

— Что? Хочешь поскорее?

— Ну... Потому что хочу быть с вами каждый день.

— Сейчас мы так и живём.

Конечно, это так. Но всё же. Всё же!

Элис нервно теребила ногти. Так или иначе, Лайос, казалось, не собирался торопиться со свадьбой.

«А сестре Дане ты каждый день докучал, чтобы поскорее пожениться...»

Ей стало обидно, и губы сами собой надулись. Кронпринцу, видимо, это показалось милым, и он взялся за её губу, слегка потянув.

— Что это такое?

— Хнык.

— Что случилось?

— Мф. Ничего.

— Говори же, быстрее.

— Ваше Высочество. Вы не собираетесь расторгать помолвку с сестрой?

— А ты хочешь, чтобы я это сделал?

— Нет, не то чтобы...

— Данэя осталась в этом мире ради меня. Так что я должен нести ответственность.

— Н-но! Но всё же, разве сестре не было бы лучше жить с любимым человеком?

— Данэя любит меня.

Шорох.

Лайос перевернул страницу газеты и бесстрастно произнёс. Тон его был чрезмерно обыденным.

— Сейчас она просто злится на меня, вот и всё.

Что?

Элис почему-то почувствовала, как голова пронзительно заболела. Мужчина рядом внезапно показался чужим.

— А вы? Вы всё ещё любите сестру?

— Когда-то любил. Сейчас ‒ нет.

Она с трудом задала вопрос, а он снова ответил с такой лёгкостью. Словно это даже не стоило размышлений.

— Я люблю тебя, Элис. Ты единственная женщина, которую я люблю.

— ...Я тоже.

Но, Ваше Высочество.

Разве обычно шепчут о любви, читая газету?

«Что же он там читает?»

Элис, сдерживая недовольство, украдкой взглянула на газету.

Убийца Джастина Ланкастера ‒ кто он?

А?

Элис резко взглянула на Лайоса.

Его лицо по-прежнему было бесстрастным.

«Что это? Мне показалось?»

Только что.

Показалось, будто он усмехнулся...

✦•·····•✦•·····•✦

Вернувшись домой, Дана немедленно позвала Лета.

— Доставь оригинал Священного Писания Его Величеству Императору.

— Слушаюсь.

Но прямо перед его уходом.

— Подожди.

Дана остановила Лета.

— Что случилось?

— ……

Вот именно.

Что со мной?

Дана открыла шкатулку и взглянула на ветхую книгу. Ту самую старинную книгу, сохранившую все следы времени.

«Да. Это точно Священное Писание. Память земли ни разу до сих пор не ошибалась».

Мало того что не ошибалась, она была пугающе точна.

Однако...

Дана не могла разжать руку, державшую Лета.

А что если. Что если. Что если.

Вдруг, совсем вдруг, это Священное Писание окажется подделкой?

«Этого не может быть, но всё же, вдруг».

На кону была не только её собственная шея.

А весь род Виндзоров.

Виего. Ноа. Карл. Элис. Люмиэль...

Жизни Виндзоров, которые лишь молча наблюдали, как меня предают, топчут, обманывают и разрушают.

Вдруг она рассмеялась.

«С чего бы мне об этом беспокоиться?»

Кто же это был?

Тот, кто в шутку удерживал меня, чтобы я осталась в этом мире? Кто играл с моей жизнью, как с забавой?

«Ах, да. Ноа».

А кто это говорил, что лучше умереть, чем позволить запятнать честь Виндзоров? Кто говорил, что лучше застрелиться?

«Брат Виего».

А кто говорил отбросить мысли о компенсации и просто адаптироваться, раз уж меня не силой удерживают в этом мире?

«Брат Люмиэль».

И Элис, предавшая и обманувшая меня.

И даже Карл, который обманывал меня и покушался на мою жизнь.

Вот они кто ‒ Виндзоры.

Так стоит ли колебаться? Колебаться ‒ вот что будет глупо.

Я же дура...

— Госпожа.

И тут же.

Тук-тук.

Послышался стук в дверь и голос служанки.

— Сегодня утром молодой господин Ноа вернулся.

— ……

И что с того?

Такая мысль пришла ей первой. Служанка продолжила:

— Но сейчас ему очень плохо. У него очень высокая температура.

— Понятно. Хорошо за ним ухаживайте.

На этом разговор закончился.

Раньше она бы уже побежала к Ноа, но теперь она не настолько глупа.

Если пойти, только услышишь, чтобы убиралась вон.

«Да, кстати, около года назад было то же самое».

У Ноа была сломана левая нога.

Он повредил её во время тренировок в школе офицеров.

Тогда она пришла навестить его с охапкой маргариток.

— Уберите эту дрянь сию же минуту!

Тот букет полетел прямиком в её лицо.

— Вы что, решили надо мной издеваться? Убирайтесь вон!

Тогдашнее ярко-красное лицо Ноа, его свирепый взгляд были так живы в памяти, что Дана усмехнулась.

«Было так обидно».

Но сейчас, вспоминая то время, она не испытывает никаких особых чувств. Более того, теперь, честно говоря...

«Мне действительно всё равно».

Болен Ноа или нет. Что с ним будет.

Ей даже неинтересно.

«Наверное, в шоке от того, что соседа убили».

Лишь такие мысли приходили в голову.

Но почему же она не может отпустить руку Лета?

К счастью, секретарь спокойно ждал.

«Нужно быстрее принять решение».

Заключать ли сделку, ставя на кон жизни рода Виндзоров.

Нужно было выбирать.

✦•·····•✦•·····•✦

Ноа Виндзор очнулся от долгого и тяжёлого кошмара.

— Ноа.

Когда он открыл глаза, в них ворвался яркий солнечный свет. Свет был режущим, и он прищурился.

— Проснулся?

Привыкший к свету взгляд различил очертания женщины.

С белоснежными, словно ангельские крылья, волосами...

— Ноа. Тебе очень больно?

Та женщина.

Она смотрела на него с обычным для неё беспокойным выражением лица. На глазах блестели слёзы.

— Бедный мой, что же делать.

— ……

— Что же нам делать, раз тебе так больно. Ноа, тебе очень тяжело?

Мужчина выдохнул.

Надоело.

Она была той самой женщиной, которая поднимала шум и беспокоилась, даже если он лишь чуть задевал кончиком пальца бумагу. Гиперопека должна иметь свои пределы, это было в самом деле надоедливо и отвратительно.

— Отстань.

В тот миг, когда он пробормотал это...

— ……

Ноа тупо заморгал.

Что такое?

Когда наступила ночь?

Комната, в которую только что лился яркий солнечный свет, теперь была погружена в непроглядную тьму.

«Я что, ненадолго заснул?»

Он повернул голову. К месту, где только что сидела та женщина.

Потрогал это место рукой.

— ……

Не осталось ни капли тепла.

Как будто никого и не было с самого начала.

В этой пустоте Ноа почувствовал одиночество, словно его сердце пронзила дыра.

— Молодой господин Ноа, вы проснулись?

— А Данэя Виндзор?

— Простите?

— Та женщина, когда она ушла?

Услышав это, горничная сделала озадаченное лицо.

— Она ещё не приходила навестить вас.

— Что?

— А, до сих пор не приходила.

— Не смейтесь. Она только что была здесь.

Да, он точно видел. Видел, как та женщина, как всегда, сидела у изголовья кровати со слезами на глазах.

— Но, молодой господин, я всё это время ухаживала за вами. Госпожа Данэя ни разу не приходила...

— Значит, по-твоему, у меня были галлюцинации? Или, может, мне приснилась эта женщина?

— А-а, возможно, так и было? Госпожа Данэя сегодня встречалась с Его Высочеством кронпринцем и только что вернулась.

Что? Ноа резко нахмурил брови.

Кронпринц? Неужели эта женщина до сих пор в него влюблена?

После всего того унижения, всё ещё, как дура?

— Молодой господин? В-вы сейчас плачете?

— ...Отстань.

— Ах, это из-за температуры. У вас всё ещё сильный жар. Вам нужен отдых.

— Я сказал отстать.

Ноа грубо оттолкнул руку горничной и сел. Его тело и вправду горело, как огонь.

Может, из-за этого?

Может, поэтому на глазах выступают слёзы?