«Да. Зачем ему так поступать?»

Значит, слова Йориса ‒ всё ложь. Или зелье поддельное. Ведь слова Его Высочества не могут быть ложью.

Значит…

Не знаю! Я правда не знаю!

— Проснитесь! Проснитесь же!

Элис подошла к Лайосу и ударила его по щеке.

Обычно она никогда бы не посмела, но, видимо, сказалось опьянение. Элис схватила его за волосы и принялась трясти, словно вырывая их.

— Я говорю, проснитесь!

Но мужчина по-прежнему спал глубоким сном. Даже веко не дрогнуло, и страх Элис всё возрастал.

— Проснись, проснись! Дурак, идиот!

Шлёп! Шлёп! Шлёп!

Сколько же она так его била?

Тук-тук.

Звук стука в дверь заставил Элис вздрогнуть и поднять голову.

Тук-тук.

Элис сглотнула. Кто бы это мог быть…?

В тот же миг раздался ещё один стук.

— Открой дверь.

Это был знакомый голос.

— Быстрее.

Всхлипнув, Элис опустила голову. Затем, шатаясь, с трудом передвигая охмелевшее тело, открыла дверь.

Скри-ип —

Дверь открылась.

— Что случилось?

Элис подняла налившиеся кровью глаза.

Ослепительные, словно покрытые расплавленным золотом, волосы. Мужчина с молодой, красивой внешностью, словно юноша…

— Бывший император.

Бывший император, Вильгельм, с беспокойством смотрел на неё.

— Ты пила?

— Хнык, д-да.

— Похоже, у тебя неприятности.

Вильгельм перевёл взгляд со спящего на кровати сына на плачущую, пьяную Элис.

— А наследный принц?

— З-заснул. Крепко заснул, не просыпается.

— Вот как?

Тут Вильгельм совершенно естественно вошёл в спальню.

Он вошёл так, словно имел на это полное право, и Элис невольно попятилась.

— Расскажи мне, что случилось.

Щёлк. Вильгельм закрыл дверь.

— Почему ты так плачешь? И почему этот жалкий Лайос, когда его невеста плачет, не просыпается, а дрыхнет без задних ног?

Сердце девушки забилось чаще.

Когда этот мужчина, прекрасный, как статуя ангела в соборе, ласково спросил её, голова у неё пошла кругом.

В конце концов, всхлипывая, Элис, словно заворожённая, выложила всё:

— Д-дело в том… я хотела провести с Его Высочеством брачную ночь… но он меня проигнорировал.

— Ох.

— Он выпил, опьянел, сказал, что устал, и лёг спать… и не просыпается.

Слёзы хлынули потоком.

Страх, горечь, сомнения, смятение ‒ все эти чувства, смешиваясь с опьянением, искажали её мысли.

— Я ведь для Его Высочества, я так старалась…

Может, из-за опьянения, девушка потеряла рассудок и безудержно выпалила:

— Я, я люблю Его Высочество больше всех на свете, поэтому мне ненавистно, что он продолжает помолвку с сестрой Даной, которую не любит, поэтому, поэтому, хны-ы…

— Так, понятно. Ты хотела помочь ему нарушить брачный договор, чтобы подготовиться к Священному суду?

— Хны-ы-ы-ы.

— Какая же ты милая.

Незаметно Элис уже плакала в объятиях Вильгельма.

Сколько же она так проплакала?

— Леди Элис.

— Всхлип, да?

— Похоже, я могу тебе помочь.

— …Что?

Вильгельм приподнял подбородок Элис.

Золотые волосы, почти что символ императорской семьи, ослепляли, и Элис на мгновение потеряла дар речи.

— Наследный принц пьян и спит глубоким сном.

Бывший император кивнул в сторону сына.

— Раз он так пьян, он может не вспомнить, что произошло этой ночью.

— Что вы…

— Он может забыть даже то, что обнимал леди Элис.

— …...

Элис сразу поняла, что имел в виду Вильгельм.

Поняла совершенно точно.

— В-Ваше Величество бывший император…

Глаза Элис широко распахнулись.

В её малиновых зрачках золотые волосы Вильгельма мерцали, как звёзды. Они медленно приближались. Всё ближе, ближе…

Почти касаясь дыхания.

Недолго поколебавшись, Элис закрыла глаза, давая своё согласие.

Их тени слились.

Спустя мгновение Вильгельм подхватил Элис на руки и уложил рядом со своим крепко спящим сыном.

Элис, растерявшись, пролепетала:

— А если Его Высочество проснётся?

— Если проснётся ‒ даже лучше.

Вильгельм улыбнулся, предвкушая удовольствие.

— Я люблю, когда мой сын мучается.

«Любит, когда Его Высочество мучается?»

Не понимая этих слов, Элис ошеломлённо смотрела на бывшего императора. Затем вдруг повернула голову к лежащему рядом с закрытыми глазами Лайосу.

Её горячо любимый наследный принц.

Любимый до смерти, до безумия Лайос Гранц.

Мужчина, в которого она была влюблена с самого раннего детства.

Ещё до того, как сестра Дана полюбила тебя, нет, ещё до того, как сестра Дана появилась, я любила только тебя одного.

Но почему же ты…

— Я тоже.

Прошептала Элис почерневшими губами.

— Я тоже хочу, чтобы Его Высочество проснулся.

Но что бы ни случилось потом, Лайос так и не проснулся.

Ровно двенадцать часов.

То самое время, о котором говорили: даже если мир рухнет, он не проснётся.

Кронпринц открыл глаза только спустя это время.

✦•·····•✦•·····•✦

Сумасшедшая.

— Леди Дана Виндзор!

— Леди, вы в порядке?!

«Сумасшедшая. Сумасшедшая. Сумасшедшая!»

Дана, сама не заметив как, рухнула на пол и тяжело дышала. Её тошнило, выворачивало.

— Что вы делаете! Быстро позовите лекаря!

Тут чья-то мягкая женская рука коснулась её плеча. Дана вздрогнула от неожиданности и дёрнулась.

— О, сестра. Ты в порядке?

«Убери, как же это отвратительно!»

Ей хотелось стряхнуть эту руку.

«Сумасшедшая, Элис Виндзор, ты совсем рехнулась», ‒ хотелось ей яростно выругаться.

«Какой же нужно обладать наглостью».

«Как ты могла такое сделать?»

«Как ты можешь так гордо стоять здесь? Как?»

Она не в себе, действительно…

— И что с того?

Тут, среди хаоса и смятения в голове, холодный голос задал вопрос.

«И что с того? Удивишься потом, сначала думай, что делать дальше. Как теперь поступить?»

Дана, тяжело дыша, с трудом ухватилась за нить рассудка. Спокойно продолжая.

Скоро вернётся Лайос.

И он предстанет перед Судом души.

Тогда…

«Целомудрие Лайоса будет доказано. И…»

Развод станет невозможен.

Помолвка с ним продолжится.

Тогда стать заместителем главы тоже будет невозможно, а уж получить кольцо заместителя главы ‒ тем более…

«Нет!»

Нельзя позволить ему пройти Суд души.

Нужно остановить этот суд. Сейчас же, любой ценой.

И поэтому Дана…

— Кья-а, сестра!

…просто притворилась, что потеряла сознание.

Это было легко. Нужно было лишь перестать прилагать усилия, чтобы оставаться в сознании.

Если одна из сторон теряет сознание, суд не может продолжаться.

Сначала его прервут, а позже назначат новую дату и проведут второе заседание.

К тому времени нужно будет что-то придумать, любой ценой.

Любой ценой, чёрт возьми, даже если придётся самой лишиться невинности, я должна добиться развода…

— Что случилось?

В этот момент послышался звук открывающейся двери и голос Лайоса.

Наконец-то он вернулся?

«Лайос Гранц, ты тоже не в своём уме».

Я понятия не имею, о чём ты думаешь…

— Дана!

Крик, похожий на вопль, ударил в уши. С этим звуком Дана окончательно потеряла сознание.