Я, Айшмария Орг дю Фаузенд, через три дня стану 16-летней девушкой.

Почему я, решившая отказаться от дворянства, участвую в этом бале?..

Давайте отмотаем немного назад.

◊♦◊♦◊♦◊

Я, аристократка, не умеющая общаться, скорее всего, раздражаю других дворян.

Я незаконнорожденная дочь своего отца — Аллена дю Фаузенда, и матери — простолюдинки, работавшей швеёй.

Вы, наверное, уже догадались, что мой отец был дворянином. Он женился на госпоже Фуроре, и у них родилось три ребёнка. Мой брат Гюрлейн был старше меня на десять лет, первая сестра Катрин — на три, а вторая сестра Розали — на год.

Тогда почему родилась я?

Это случилось потому, что госпожа Фуроре покинула имение и вместе со всеми детьми отправилась в дом своей семьи, чтобы до поступления в Академию Гюрлейн смог улучшить свои навыки фехтования. Сэр Фаузенд остался один.

Хотя в дворянских кругах господина Фаузенда знали как благородного и статного мужчину, но всё это было благодаря поддержке его жены. Ему нужен был кто-то. Тогда-то он и повстречал мою маму, которую решил использовать в качестве замены госпожи Фуроры.

Мама говорила, что он к ней даже не прикасался.

— Как всё так обернулось? —  она часто с улыбкой задавала себе этот вопрос.

Мама была отличной швеёй. Её часто просили сделать одежду для дворян за дополнительную плату: подшить для них наряды или добавить вышивку. Будучи талантливой и вполне симпатичной, она привлекла внимание моего отца. И в итоге... он изменил своей супруге.

И ничего бы не напоминало об этом дне, если бы они не совершили одну роковую ошибку... Этой ошибкой стала я. Отец был слишком добрым, чтобы приказать убить меня. Благодаря порочной связи и его доброте, я появилась на свет.

Чтобы сохранить репутацию семьи, меня не выкинули на улицу, хоть я и полукровка. Для всего окружения Фаузенды были доброй семьёй, приютившей несчастную простолюдинку и её ребёнка. Но это за пределами дома, а вот что происходило внутри...

Госпожа Фуроре, будучи гордой женщиной, не могла простить ни мать, ни меня. Поэтому в качестве дома нам был выделен старый сарай садовника.

Пара садовников изредка помогали нам, но в основном мы были только вдвоём. Отец приходил проверять нас раз в месяц, но из-за своей жены он надолго не задерживался и быстро возвращался в поместье.

Нам не нужно было платить за еду и жильё, но наша жизнь всё равно была хуже, чем у большинства простых людей.

Каждый день мы таскали воду и склоняли головы, чтобы получить объедки с кухни. Нам также приходилось выслуживаться, чтобы получить одежду, и в итоге мы всё равно получали рваные обноски. Знаете, если бы у меня или мамы была бы хоть капля гордости — мы бы просто не выжили.

Вы можете подумать, что моя мама могла подрабатывать швеёй, чтобы самой покупать еду и одежду. Но как бы она могла уйти на работу в город и оставить грудного ребёнка одного?

Но мама всегда была сильной и энергичной. Как только я начала ходить, она стала пробираться за территорию и тайно работать в магазине одежды. Конечно, шиковать мы не начали, но с личными деньгами жить стало намного легче.

В этом доме у нас была только одна цель — не навредить достоинству дома Фаузендов. Это было единственное, о чём мы заботились. Даже в городе нельзя было забывать об этом. Одежда, которую я носила, была простой и вышедшей из моды, но мама расшивала всё в ручную, делая её вид роскошной. Таким образом мама извинялась перед отцом и госпожой Фуроре.

Но я никогда не обращала на всё это внимания и не была несчастна.

Когда мне исполнилось три, меня вызвали в поместье. Пусть я и полукровка, это не освобождало меня от получения "благородного образования".

Я, которая нигде кроме кухни не бывала, оказалась в месте, называемом приемной, со множеством пушистых ковров и роскошной резной мебели. Там я впервые встретила госпожу Фуроре, своего брата и сестёр.