Да, жизнь не всегда идет по плану. Тем не менее, хочется верить, что со временем все изменится.

Зимой мне не нужно было много помогать отцу, однако из-за многочисленных вечеринок и балов, моя семья часто просила расшивать им платья.

Хотя отец и сказал что-то вроде: «Я бы хотел улучшить отношении к тебе в поместье», но ничего особо не поменялось. Ко мне относились как к полукровке, или, скорее, лучше сказать, как к прислуге. Ну, я могла бы использовать жестокое отношение к себе, как дополнительную причину, почему я хочу стать простолюдинкой, поэтому на данный момент я это даже приветствовала.

К сожалению, из-за уменьшения работы у отца, возможностей сказать, что я хочу стать простолюдинкое, тоже стало меньше.

Мне исполнится 16 в начале весны, в месяц, когда просыпается все живое и расцветают цветы. Время еще есть.

— Айшмария, следующее платье тёмно-розового цвета. Сделай для него ярко-розовый органдиновый шарфик с вышивкой, которая будет гармонично смотреться.

Старшая сестра Розали всегда просила меня о чем-то подобном. Она была поглощена одеванием в наряды самой последней моды.

Органдиновые шарфы с реалистичной вышивкой, которые я создала этим летом, всё ещё пользовались популярностью.

Из-за того, что мои старшие сестры носили роскошные платья с великолепной вышивкой, они прослыли хорошими швеями. Следовательно, для меня это была хорошая возможность улучшить свои навыки. Однако отец должно быть что-то да сделал, потому что с недавних пор в качестве награды за выполненную работу сестры начали передавать мне кондитерские изделия или вещи, служащие украшениями.

Пришли сильные морозы. Было так зябко, что не помогал даже разожженный камин.

Я не могла надолго ходить в старый сарай садовника, потому что через некоторое время становилось невыносимо холодно. Единственное, что я делала — быстро протирала пыль сухой тряпкой и бежала обратно в тепло.

Оказалось, что отец знал о моих вылазках в город, но я ничего не могла с этим поделать.

С наступлением зимы дни стали короче, поэтому у меня стало гораздо меньше времени, однако, несмотря на это, я все еще надевала одежду горничной и пробиралась через сломанную стену в заснеженный город.

Раз они знают об этом, значит кто-то должен был меня видеть? Пока я шла, время от времени оглядывалась по сторонам, однако никого так и не обнаружила...

Но меня не покидало чувство, что кто-то присматривает, наблюдает за мной. Для ребенка дворянина опасно выходить на улицу в одиночку. Однако, раз они зашли так далеко, могли бы просто предоставить мне карету...

Я перестала волноваться об этом и зашла перекусить в уличный ларек. С недавних пор моей любимой закуской стали сладкие жареные каштаны. Даже съев совсем немного, я наедалась. Мне нравилось, что их легко унести с собой в поместье.

В этот морозный день я шла в темно-синем плаще с высоко поднятым воротником, который был прижат шерстяным палантином к моей шее.

Этот палантин я собиралась продать западному магазину одежды. Не трудно создавать великолепные узоры на простой шерстяной ткани, однако вышивка не будет сиять, если я сделаю ее в соответствие с последними трендами. Поэтому я подумало о том, чтобы добавить кружева. Рисунок стал выглядеть великолепно, когда появились кружева по краям, поэтому я решила зайти дальше. Я объединила кружева в объемный рисунок и сделала его похожим на цветок. Интересно, возьмет ли магазин этот дизайн вместе с образцом в виде готовой работы?

Я надеялась только на то, что об этом будет знать лишь отец.

К счастью, о моей деятельности никто не говорил, поэтому госпожа Фуроре, скорее всего, оставалась не вкурсе. У нее была высокая гордость, поэтому она презирала бы меня, если бы знала, что я продаю свои изделия простому магазину. Возможно, после этого я больше не смогу продавать свою продукцию, поэтому нельзя быть небрежной. Это будет хлопотно как для меня, так и магазина.

Продав все, что хотела, я направилась за материалами. Я не покупала много, потому что все равно не смогла бы сделать достаточно палантинов, чтобы заработать и остаться не замеченной одновременно.

Ночи зимой длинные.

В последнее время сестры стали просить меня помочь им собираться на ночный балы. Я приходила к ним, когда они звали.

Однако, скорее, они просто хвастались и демонстрировали свои платья. Я не умела делать прически, поэтому большее, что от меня требовалось — просто подавать вещи, когда попросят.

Также я хвалила красоту своих сестер, поэтому они покидали поместье в счастливом настроении. Они, вероятно, привыкли получать похвалу, так как были благородными дамами, однако, думаю, они все равно рады услышать это еще раз.

Кроме того, мои сестры улыбаются, а их глаза блестят, когда я, кто не может никуда выйти и вообще кажется жалкой, говорю: «Ах, балы, наверное, прекрасны, не так ли?»

А когда все уходят, я наслаждаюсь вкусными блюдами.

С приходом морозов шеф-повар приготовил много тушеных блюд. Однако их нельзя подавать на стол аристократа, потому что все ингредиенты были смешаны вместе.

Я была рада, что мне больше не приходилось питаться холодной едой.

А когда я дожидалась возвращения семьи с вечернего бала или вечеринки, разжигала камин в прихожей и, усевшись около огня, читала книгу, которую взяла в здешней библиотеке.

Когда все вернулись, я почувствовала, что в комнате стало оживленней, наверное, это из-за волос красного цвета. Мне было запрещено глазеть на них, поэтому, как и другие слуги, я склонила голову. Однако от пронзительного взгляда госпожи Фуроре, отправленного в мою сторону, меня бросило в дрожь.

_____________________________________________________________________________

— Если так подумать, Айшмария, сегодня граф Денбар спросил меня, придешь ли ты на следующую вечеринку.

— Кэтрин, меня тоже спрашивали об этом. Маркиз Чаус интересовался, правда ли, что она не выходит из дома.

— И что же ты сделала? — Мои сестры сплетничали между собой, когда вернулись домой.

Я затрясла головой: «Что за чушь вообще происходит?»

Я не знакома ни с графом Денбаром, ни с маркизом Чаусом.

По тому, что написано Альманахе, они моложе моего отца и являются бюрократами в Королевском дворце.

— Я ответила как обычно, что она эксцентричная девушка, которая не интересуется общением или выходом из дома.

— Да, я сказала то же.

— Знаешь, разве не жутко, что она стала темой для сплетен, даже не выходя из дома?

Мои сестры взглянули друг на дружку:

— Какой ужас.

Я тоже не хотела, чтобы меня обсуждали старики, которых я знать не знаю. Множество вопросительных знаков летало у меня над головой.

Я едва ли знала пару человек, кроме семьи, однако слухи обо мне распространились по всему светскому обществу, а причиной этого является одна коротенькая строка в Альманахе аристократов. А из-за того, что об Айшмарии никто ничего не знал, их воображение дорисовывало все остальное.

Однако ни я, ни члены моей семьи об этом не знали.