Губы Оливена дрожали. Он инстинктивно развеял призванное им копьё, которое было направлено на Бенджамина. Затем, с трудом, пытаясь выдавить хоть слово, он прошептал:

«К-как…»

[Ты правда думал, что я не узнаю, к чему ты идёшь?]

Голос Сары был спокоен и холоден, но все присутствующие чувствовали: за этой ледяной выдержкой скрывается гнев, который давно превысил грань допустимого.

«В-великая Старейшина...»

«Нам конец. Всё. Это конец.» - в панике зашептали чёрные маги.

Они тоже когда-то были магами Башни. И потому как никто другой знали силу Сары Миллен, Великой Старейшины. Один из них в ярости выкрикнул:

«Оливен! Ты же говорил, что наложил барьер, не позволяющий узнать, что происходит внутри!»

«Я не знал, что учитель оставил что-то подобное…» - сдавленно пробормотал Оливен, глядя на сияющее в воздухе зеркало. Он недооценил учителя. Подумал, что нашёл уязвимость в её иллюзии пребывания в особняке. Он успокоился, когда Сара не отреагировала на нашествие монстров в Амброзии…И теперь вот это.

Глядя в зеркало, он впервые увидел в её глазах не тепло, а холодное равнодушие. Как будто она смотрит не на ученика, а на нечто лишённое всякой ценности.

«Но ведь она может действовать только через артефакт.» - попытался уверить себя Оливен, стискивая зубы.

Магические печати, которыми он покрыл весь особняк Амброзия, должны были отрезать внешнюю магию. Чтобы их разрушить, Саре нужно было бы прийти лично, а она не может, скрывая свою силу и личность в Империи.

«Разбейте зеркало!»

Приказ прозвучал резко и отчётливо. Чёрные маги, приободрившись, начали плести заклинания.

[Вы действительно думаете, что я просто стою и смотрю?]

Голос Сары прозвучал с лёгкой усмешкой. Маги вздрогнули. Её слова будто проникали сквозь зеркало, будто она их видела.

[Позвольте показать, как даже такой силы хватает, чтобы справиться с жалкими неудачниками. Смотрите внимательно, учитесь.]

С этими словами воздух дрогнул. Чёрные маги, собиравшиеся атаковать, вдруг почувствовали странное оцепенение в теле.

«Ч-что происходит...»

«Я не могу...шевелиться…»

Они с ужасом обнаружили, что их тела опутаны прозрачной маной. Пока в их взглядах нарастало отчаяние, голос Сары, полный насмешки, прорезал тишину:

[Атаку не предупреждают. К ней готовятся заранее.]

«Аааааа!!!»

«Ааааргх!!!»

Вокруг магов вспыхнуло лазурное пламя. Их вопли раздавались изнутри, но никто не мог видеть, что с ними происходит.

[И колебаний быть не должно.]

Когда голос стих, магия рассеялась. На пол с глухим шорохом упали их мантии, самих магов уже не было. Даже следа не осталось.

«Учитель…» - Оливен вскрикнул, в отчаянии бросаясь к зеркалу. Но Бенджамин преградил ему путь.

«Думаешь, раз учитель здесь, можно меня игнорировать?»

Он метнул в Оливена магическое копьё. Тот застонал, прижимая ладонь к плечу, из которого хлынула кровь.

[Фу, как неэстетично.]

В зеркале раздался лёгкий щелчок пальцев, и кровь, струившаяся по руке Оливена, стала прозрачной.

[Это не годится для воспитания Клода.]

«Что?» - растерянно произнесла Панелуа. [Казалось, что толку в такой детали не было.] Но оглянувшись, она увидела, как пятеро человек с восхищением закивали:

«Как и ожидалось от госпожи Сары!»

«Изысканная как всегда, правда, Верон?»

«Я хочу у неё учиться.»

«Лучшая няня на свете.»

«…Я больше ничего не понимаю.» - выдохнула Панелуа, смирившись с тем, что понять семью Амброзия, задача не для смертных. Она лишь крепче прижала к себе не проснувшегося Элексу и решила радоваться хотя бы тому, что ребёнок не видел весь этот кошмар.

«Мне больно, учитель…»

Оливен жалобно глядел в зеркало, как бы прося её о понимании. Но Сара больше не могла быть мягкой с ним.

[Ты ещё легко отделался по сравнению с Бенджамином.]

Оливен с тоской наблюдал, как Сара с заботой смотрит на Бенджамина. К нему же в её взгляде не осталось ничего.

[Ты даже с артефактом справиться не можешь. Если ты не следуешь моим наставлениям, покажи тогда хотя бы что-то своё.]

Её слова были протяжны, словно она говорила, сдерживая скуку. Оливен бессознательно прикусил губу.

«Вы жестоки ко мне.»

[Это ты должен так сказать. Посмотри, во что превратил особняк Амброзия…]

Зеркало дрогнуло, будто Сара качает головой. Даже не видя её лица, все поняли, что она разочарована.

«Няня…»

Голос её, хоть и исходящий из маленького зеркала, пробуждал в Клоде образ настоящей Сары. Казалось, будто она здесь. Он тихо выдохнул, чувствуя, как напряжение отпускает.

«Ты в порядке?» - мягко спросила Мэй, гладя Клода по спине.

«Да…со мной всё хорошо. Ведь рядом - няня.»

В его глазах блестели слёзы, но он вытер их краем одежды. Он был на грани, от облегчения. Хотя всё ещё не было окончено.

[Наш дорогой Клод, ты не пострадал?]

«Я в порядке…Но дядя…»

Он с тревогой взглянул на Бенджамина. Тот бледнел на глазах от потери крови, но тихо сказал, прижимая ладонь к голове мальчика:

«Не умру, не дождётесь.»

[Молодец, Бенджамин. Ты хорошо справился.]

«Пустяки, учитель.»

Он бросил на Оливена взгляд с издёвкой, приподняв бровь.

«Глупый ученик.»

«Бенджамин…»

«Сколько раз тебе говорить, не зови меня по имени, ублюдок-чёрный маг.»

С этими словами он вновь сформировал копьё.

«Если у тебя нет новых трюков, сдавайся.»

«Думаешь, я просто так пришёл?»

Оливен стиснул зубы. Всё - Клод, Бенджамин, доброта учителя вызывало в нём только ярость.

«Ты поймёшь, когда потеряешь учителя, Бенджамин…»

«Что?»

Брови Бенджамина сомкнулись. Но Оливен уже не смотрел на него, его взгляд был устремлён в зеркало.

«Я защищу её по-своему.»

Тело Оливена окутала тьма. Чёрная магия, более плотная и зловещая, чем раньше. За его спиной открылся чёрный портал, из которого один за другим начали появляться горящие красные глаза.

«Ки. Кики. Ки…»

Это не были обычные монстры. Эти - из другого мира.

[Ты призвал тварей из мира чудовищ.]

Все в комнате побледнели.

Мир чудовищ.

Ад, земля демонов, так его называли. Даже неверующие в Империи знали: встреча с тварью оттуда - смертельна.

«Посмотрим, как ты защитишь ребёнка от них. И от меня.»

Бенджамин резко напрягся, создавая ману, а взгляд Оливена пал на Клода.

[…Один.]

Сара в зеркале тихо прошептала цифру. В тот же миг зеркала начали испускать сияющие формулы, они опутали комнату, засияв ярким светом.

«…!»

И тогда...

«Значит, ты вызываешь меня лично.»

Из зеркала явственно проступил образ Сары. Она была здесь, по-настоящему.

«Это уже второй раз.» сказала она, холодно улыбнувшись. «Осталась лишь одна попытка, Оливен.»