Однако его шёпот был услышан Робур.

– Ха-ха! Именно так и пьёт великий воин Рагатана! – гордо сказала она и звонко засмеялась. У меня не было времени поговорить с Робур ранее благодаря придиркам Августа и Аксиона,  поэтому не ожидала, что будет возможность узнать её таким образом. Она грубая, но не плохая. Я уверенно кивнула.

– Мне тоже нравится заливаться ликёром.

– Ха, ты знаешь, как нужно жить. Даже не представляешь, насколько невыносимо разделять общество этого противного рыжика и белобрысого святоши, которые совсем не знают толк в веселье.

Теперь причина внезапного дружелюбности Робур разгадана. В конце концов, собутыльники никогда не будут лишними. Недолго размышляя, я пришла к выводу, что нет ничего плохого в сближении с элитой, поэтому с радостью согласилась:

– Ты сказала "позже", однако мне кажется, что сегодняшний день тоже неплохой вариант. Не думаешь? – да, у меня были некоторые дела, но ради такого их можно и ненадолго отложить.

– Держу пари, что это лучшая идея!

– Джун, постой! Ты только вчера выпивала с Его Превосходительством, уже собираешься на новую попойку? – вмешался Аксион.

– То была вчерашняя попойка, а сейчас сегодняшняя, – ответила я.

Робур кивнула.

– Прекрасные слова! Объявляю начало нашей женской дружбы!

– Попридержи коней! Я иду с вами!

* * *

Август пришёл только после того, как закончил свою утреннюю молитву, однако к тому времени мы уже вовсю пили. Священник в замешательстве оглядел кабинет, где по полу катались бутылки.

– Что вы все делаете… Средь бела дня? – пробормотал он.

Я неловко посмеялась. Нужно действовать осторожно: ведь получается, что я пью в рабочее время. Робур, однако, не почувствовала никакого укола совести: стоя гордо и во весь рост, она весело рассмеялась и потрясла бутылкой ликера, шутя:

– О, сэр священник. Как насчёт того, чтобы выпить стаканчик самому? Пока же нет заповеди Святой Марианны, запрещающей пить, м?

– С благодарностью оттачивать талант, дарованный мне Богом, без малейшей лени – вот мой долг. Пить средь бела дня – значит грешить против Божьей милости, – ответил он.

– Ну и зануда...

Несмотря на ворчание Робур, позиция Августа оставалась твёрдой, поэтому вечеринка была принудительно остановлена. Аксион и Робур ушли, оставив меня наедине со священником. Чувствуя себя неуютно, я открыла окно, чтобы впустить немного воздуха, так как всё ещё смутно чувствовала запах алкоголя, витающий в комнате. Август цокнул и начал:

– То, что Вами командует сестра Робур – проблемно. Вы же наш вице-капитан, не так ли? Вам необходимо взять себя в руки, сестра.

– ...Ты признаёшь меня как вице-капитана? – удивлённо спросила я. Август впервые упомянул мою должность. С тяжёлым вздохом он сказал:

– Судя по тому, что Вы до сих пор демонстрировали, причин Вас не признавать нет. И, говоря по правде, это не моё дело, принимать Вас или нет.

Он прав. Я не смогла удержаться от любопытного взгляда, и хотя его выражение лица было таким же твёрдым, как всегда, у меня появилось ощущение, что оно смягчилось.

– Приятно слышать это от тебя, – сказала я.

Август осенил себя крестным знамением и добавил:

– Мнение мужчин о Вас скоро изменится. Вы та, кто отшлифовывает дар, ниспосланный Святой Марианной, не подвергая его человеческой оценке. Вот почему я молюсь о том, чтобы Марианна благословила наш совместный путь.

До меня наконец дошло, почему при первой нашей встрече я почувствовала, что он был очень резок и нарочно держал дистанцию. Не из-за моего класса – мага поддержки – а из-за опасений, что я буду закомплексованной и неудовлетворенной своими силами, дарованными Богиней, или, что ещё хуже, буду бездельником, который чрезмерно полагается на статус "заклинателя"… К первому варианту можно отнести Випера, в то время как ко второму можно отнести кого-то вроде Аксиона, который, конечно, не бездельник, но тот ещё зазнайка. Август оказался религиознее, чем я думала, и меня удивило, что такой человек хорошо ладит с Мейером, который не создаваёт впечатление набожного человека…

– В общем, если сестра Робур в будущем предложит нечто подобное снова, прошу, откажитесь. Если Вы продолжите плясать под её дудку, то в конечном итоге вместо крови по Вашему телу будет циркулировать спирт.

Поскольку Август, видимо, не так всё понял, я решила сделать чистосердечное признание.

– ...Просто, чтоб ты знал… Предложила выпить именно я.

Если я буду строить свой хороший имидж на лжи, то, когда правда всплывёт наружу, ничего хорошего из этого не выйдет. Август наморщил лоб и спросил:

– Сестра Робур велела сказать это?

– ...Что?

С серьёзным выражением лица он продолжил:

– Вам не нужно выгораживать её такой ложью. Я всё знаю.

Но это действительно была моя вина, однако Август не поверил. Беспомощно усмехнувшись и пропустив этот вопрос мимо ушей, я почувствовала укол совести из-за того, что Робур была несправедливо обвинена. Клянусь, что отплачу ей позже.

Монастырский колокол, возвещающий о часе дня, зазвонил как раз вовремя. Я посмотрела в окно на шпиль часовни и сменила тему:

– Если подумать, то, когда я впервые попала в замок Нокентория, мне показалось, что он похож на монастырь. Я задавалась вопросом, почему, но теперь поняла, ведь всегда слышу воспевающиеся молитвы.

– Герцогство Нокентория всегда поддерживало церковь вот уже на протяжении многих поколений. В том числе и материально. Его Превосходительство, нынешний Великий Герцог, унаследовал волю своих предшественников и является преданным слугой нашей Богини... Именно поэтому я решил присоединиться к Тёмными Рыцарям.