Я закрыла дверь и вышла в пустой коридор.

Я была погружена в свои мысли о том, как я смогу выполнить задачу, которую дал мне герцог.

Мгновенно дойдя до своей комнаты, я позвала Шейлу, моя горничная сразу же вошла в мою комнату.

— Не могла бы ты принести мне закуски и чай... успокаивающий?

— Ромашковый чай? Я приготовлю его сейчас же.

Шейла уже собиралась уходить, но я останавливаю ее.

— Стой! – Шейла оглянулась.

—Что случилось, леди Эвелин?

— Не бери в голову, просто приготовь теплую ванну, не нужно чая, я просто лягу спать пораньше. Я сегодня слишком устала.

Горничная посмотрела на меня с обеспокоенным лицом, так как служащие знают, что произошло сегодня утром, когда герцог вернулся из экспедиции на Северной границе.

Я действительно слишком устала из-за событий, которые произошли всего за один день.

Слух о том, что единственная леди из дома Эмсвортов, которую игнорирует ее собственная семья, должно быть, распространился внутри особняка.

Я смотрю на Шейлу и быстро жестикулирую, чтобы она приготовила теплую ванну.

Пока ждала, я подошла к кровати. Я закрываю глаза и вспоминаю то, чего не было в романе.

— Несмотря на то, что это не начало истории, предыстория все еще хуже для Эвелин.

— С тех пор, как я узнала о своей ситуации, ничего хорошего не произошло.

— Я надеюсь, что сегодняшние сюрпризы на этом закончились. Я была бы благодарна, если бы это было последним стрессовым событием, которое произойдет.

Когда я сказала эти слова, *тук-тук* послышался стук в мою дверь с другой стороны.

Шейла вышла из ванной, чтобы открыть дверь. Открыв дверь, можно услышать женский голос, это была горничная.

— Леди Эвелин...

— Кто там? – я спросила Шейлу, хотя и знала, что это была горничная. Но все же спросила.

— Это была горничная из дома молодого мастера. – с казав это, Шейла обеспокоенно посмотрела на меня.

Я встаю с постели и с досадой спрашиваю.

— Что брат хочет от меня? – я спросила Шейлу, чтобы она могла переспросить прибывшую горничную.

Через некоторое время Шейла смутилась и сказала, что брат хочет видеть меня в своем кабинете.

Я была сбита с толку, потому что негодяй, который раньше только издевался надо мной, теперь зовет меня встретиться с ним в своем кабинете.

— Что он хочет на этот раз? Чай пить? Хах... – пробормотала я про себя.

— Шейла, скажи горничной, что я заболела... Я не могу пойти! Скажи ей, что я навещу брата в другой раз. – как моя горничная, Шейла поговорила с другой горничной и закончила рассказывать то, что я сказала.

Шейла смотрит на меня, у нее на лице написано «извините». Я спрашиваю ее, что случилось, и следующие слова вызвали у меня возмущение.

— Ну... Молодой Мастер сказал, что если вы не придете, он сам придет сюда.

«...дерьмо!  Этот проклятый засранец не отпустил бы меня, не рассердив меня до чертиков!» – я выругалась про себя. Мое лицо пылало красным от нарастающего гнева.

Я встаю и поправляю волосы. Я смотрю в зеркало и вижу, что мои глаза выглядят усталыми от бессонных ночей и снов, которые преследовали меня.

Я подошла к горничной, которая ждет снаружи, и поспешно заставила ее пройти в кабинет моего брата.

«На моей памяти, в последний раз я была там, когда он налил мне чаю после того, как я рассердила его, чтобы он со мной поиграл». – саркастически смеюсь, и горничная недоуменно посмотрела на меня.

Я ничего не могу поделать, потому что продолжаю вспоминать плохие воспоминания из этого мира.

«Ни в одном из них нет ничего хорошего.  Проклятие!»

Прогуливаясь с перепутанными мыслями, мы прибыли к месту назначения.

Это была массивная дверь, такая же, как у отцовского кабинета. Я посмотрела на горничную, жестом показывая, что я здесь.

«Ах... я ненавижу это!» Мой желудок переворачивается с ног на голову из-за отчетных дел, которые сегодня часто происходят.

«Я даже не могу отказаться от его долбанного вызова!» – я хватаюсь за подол платья. Мне нужно было за что-то держаться, чтобы направить накапливающийся гнев.

Горничная несколько раз стучит и открывает дверь. Я сразу же вижу знакомый серебристо-синий цвет волос, который свисал на зыбком закате.

«Я начинаю ненавидеть этот цвет! Нет ничего хорошего, когда я вижу эту тень». Я вспомнила пару отца и сына с одинаковым оттенком волос.

Аллан заметил мое присутствие и повернулся, чтобы посмотреть в мою сторону.

— Сядь.

«Ах... правда. Они как две горошины в стручке».

Я немедленно подчинилась, села на стул и равнодушно посмотрела на него.

Паршивец смотрит на меня с самодовольным лицом, потягивая чай.

Переходя к делу, я с неудовольствием спросила, к чему он меня позвал.  Аллан ненадолго замолчал и с удивлением посмотрел на меня.

«Чего?  Вы не ожидали, что ваша сестра будет смотреть на вас с досадой?»

Он несколько раз кашляет, когда ловит себя на удивлении.

— Ну и как?

— О чем ты говоришь?

— Ты что, тупая? Разве ты не разговаривала с отцом?

«Что?» Я был ошеломлена тем, как он спросил о моем разговоре с герцогом.

— Какое тебе дело?

— Что?

Теперь ты тот, кто выглядит тупым, и я повторяю на тот случай, если он не услышал, что я сказала.

— Я сказала, при чем тут ты? Зачем мне рассказывать тебе, о чем я говорю с отцом?

— Что-что? Что ты сейчас сказала?

«Хаа... Мне нужно это повторить?» Я устала от того, какие глупые разговоры у меня сейчас ведутся.

— Осмелюсь сказать это еще раз! – он предупредил меня, чтобы я смотрела, что говорю перед ним.

«Хаа... этот засранец!  Он думал, что может приказать мне, когда захочет, тогда я просто молча кивну и выполню его приказ?!»

— Чёрт! – сказала я вслух. (П.п. АХАХАХАХАХ, прекрасно, просто прекрасно)

Паршивец посмотрел на меня так, будто он неправильно расслышал.

— Что ты только что сказала, Эвелин Эмсворт?!

— Я сказала, ЧЕРТ! – я посмотрела на него. Я была зля прямо сейчас. Он заставляет меня прийти сюда, чтобы просто допросить меня.  Что это за чушь?

Он был удивлен моим выбором слов.

— Хаа... Я устала от этого! – я встала и попыталась уйти, но этот мальчишка схватил меня за руку, чтобы остановить.

— Что, черт возьми, с тобой? – его лицо было полно вопросов, будто он видит не меня.

Я нахмурилась, увидев, что он ведет себя так, будто не сделал ничего плохого.

«Я устала противостоять этому парню!»

Я заставила себя снова сесть и встретиться лицом к лицу с этим беспомощным ребенком, который не знает, что он сделал не так.

Он отпустил мою руку, и я посмотрела ему прямо в глаза.

— Брат.

Он вздрогнул, когда мой тон отличался от того, что я делала раньше.

— Что?

«Должна ли я исправить его?» – я изо всех сил пыталась решить, стоит ли мне попытаться исправить поведение этого ребенка.

«Да... давай попробуем!» (П.п. это будет бесполезно:))