[Снова я оказалась в месте, где мне явно не стоило быть.]

[Формально это было не запрещено, но с моральной точки зрения, вопрос спорный.]

[Особенно если бы узнали мои родители, гарантировано шесть месяцев домашнего ареста.]

[Люци оказался в похожем положении. Он тоже несовершеннолетний, но родительских ограничений у него нет.]

«Они спросили, что я здесь делаю.» — с раздражением сказал он.

[Он был зол, как и следовало ожидать.] А когда заметил, что я явно ищу оправдание, то встретился со мной взглядом.

«Айсвин.»

«Где Билли? Почему ты одна?» — сухо спросил Харрисон.

«Билли ждёт меня на остановке для кучеров.»

В тот же момент взгляды обоих стали колючими.

Они начали задавать вопросы почти одновременно, и я вдруг почувствовала себя виноватой.

[Да, я пришла туда, где мне быть не положено.]

[Но я ведь не играть сюда пришла, и они прекрасно знают, зачем я здесь.]

[Почему тогда это давление?]

[Почему ты делаешь вид, будто не понимаешь?]

[Это ведь из-за тебя. Я пытаюсь помочь тебе избежать нежеланной помолвки.]

[Хотя, судя по всему, всё могло бы разрешиться и без моего вмешательства.]

Но я всё же вмешалась, ради Люци.

[Я тоже не хочу связываться с Императрицей Изабель!]

Я посмотрела на него с упрёком, и его лицо стало чуть напряжённым.

«Ты вообще понимаешь, насколько здесь опасно?»

«А если бы с тобой что-то случилось? Почему ты пришла одна?» — Харрисон был явно недоволен тем, что со мной не было Билли.

[Но я не могла взять Билли на встречу с Императрицей Изабель.

[Да, она мой враг. Но в таких местах её сторона, самая безопасная.]

[На Императрицу никто не посмеет покуситься.]

[И до самой встречи с ней я была вместе с Сионом.]

«Я была осторожна, насколько это возможно.»

Выражения лиц Люци и Харрисона одновременно исказились.

Они явно хотели возразить, что шататься одной, это не "осторожно", но сдержались.

«Вот!»

Я вскинула руку, как будто демонстрируя нечто важное.

И лицо Люци слегка смягчилось, когда он увидел на моей руке магическое кольцо с красным камнем.

[Как хорошо, что я всё-таки рискнула и надела кольцо на всякий случай.]

«Я же говорила, доверься мне.»

[И тут мне уже нечего было сказать. У Люци был план, но я ему не доверилась.]

[Ну так сказал бы заранее, что что-то готовишь.]

[Раз ты утверждал, что нет доказательств, мне ничего не оставалось, кроме как вмешаться.]

«Прости. Тогда ты выглядел встревоженным.»

Я сразу извинилась, и у Люци от удивления подскочили брови.

[Похоже, ему не понравилось, что я назвала его встревоженным.]

[Ему не нравится, когда я за него волнуюсь, и не нравится, когда не волнуюсь. Сложный он человек.]

«А сейчас?»

[Я так и знала.]

«Сейчас я тебе доверяю!»

Я с улыбкой показала ему большой палец, и только тогда его лицо чуть расслабилось.

«Как ты сюда попала?»

«Воспользовалась помощью одного знакомого.»

Имя Сиона я произносить не могла, поэтому ответила уклончиво. Люци тут же нахмурился.

«Кто этот человек? Хотя, неважно.»

Я уже начала думать, как бы выкрутиться, если он начнёт допрашивать, но он словно передумал и пробормотал это равнодушно.

[Что происходит? Почему он не спрашивает подробнее?]

«А где Хванггыми?»

Люци сам перевёл разговор на другую тему.

[Похоже, он и сам удивился, впервые увидев меня одну за долгое время.]

Сегодня я оставила Хванггыми дома.

Это было ужасно трудно. Он плакал и пищал "Ппяк-Ппяк", пытаясь пойти за мной. Но я отдала его няне.

«Думаю, приводить его сюда было бы...не слишком уместно.»

«Он умный и жадный до денег. Попади он сюда, мог бы и с ума сойти, и сам начал играть.»

«И тогда мир бы узнал о первой в истории птице, пристрастившейся к азартным играм.»

[Зная нашего Хванггыми, это вполне реально.]

«Это было бы опасно.» — согласился Лучи, видимо, тоже представив эту картину.

«Ты хотела, чтобы Императрица Изабель увидела, как эта женщина играет?»

Он кивнул подбородком в сторону Зельды.

Та всё ещё сидела, закрыв лицо руками и плача.

[Похоже, она боялась, что, если поднимется, кто-нибудь узнает её. Пока все были увлечены игрой, до неё никому не было дела. Но теперь, после большого скандала, взгляды стали пристальнее.]

Выражение лица Люци стало неоднозначным.

Он словно хотел отчитать меня за то, что я так рисковала ради одного компрометирующего момента.

«Точнее, я хотела показать, как дружелюбна она с графом Уэйдом.»

И только тогда в глазах Люци промелькнуло понимание.

«Значит, это ты их свела?»

«Конечно.»

Когда на меня уставились с удивлением, я кокетливо упёрла руки в бока и гордо вскинула нос.

Это был знак: «Да, я немного использовала свои способности».

«Оба они теперь выпадут из милости Императрицы Изабель.»

Как и ожидалось от Люци. Он быстро всё просчитал. И я почувствовала гордость.

«Ты же сам и привел сюда графа Нейсона? Всё это хорошо, но не слишком ли ты устроил шум?»

«Так ведь именно тогда Императрица Изабель разозлится по-настоящему.»

Люци с довольной улыбкой выглядел так, будто сегодняшним результатом он остался вполне удовлетворён.

«Но ведь всё равно она была той самой, о которой ходили слухи, будто вы обручены. Те, кто знает, поймут.»

Все, кто сейчас наблюдал за происходящим, могли догадаться: между Люци и некой Зельдой Паркер действительно были разговоры о помолвке.

Вот только сама Зельда была настолько неожиданным образом представлена, что её попросту не узнали.

Если теперь станет известно, что эта женщина - Зельда Паркер, то Люци, хочешь не хочешь, станет темой для пересудов.

Третьим мужчиной, которого едва не одурачила искусная соблазнительница…вот клеймо, которое может к нему приклеиться.

[Ты слишком шумно это провернул.] — подумала я с раздражением.

[Зачем вообще я потащила сюда Императрицу Изабель?]

Я злобно посмотрела на Люци, но он даже бровью не повёл.

Наоборот, будто это было само собой разумеющимся, он сказал:

«Вот поэтому я и должен сам пустить слух. Пусть все знают, что со мной нельзя обращаться легкомысленно, иначе это может закончиться вот так.»

Он вовсе не скрывал, что всё это устроил он сам.

[Вот уж холодный человек…]

[Я и раньше знала, что он не герой из благородных романов, но сейчас в нём проявилось что-то пугающее.]

Хотя вместо упрёка я показательно подняла палец вверх.

«Но откуда ты знал, что граф Нейсон поведёт себя именно так? Я думала, он сдержится, у него же гордость.»

Его же в одностороннем порядке отвергли. Я была уверена, что он постарается сохранить лицо.

А он взял и устроил сцену, словно у него не было ничего терять.

«Он был довольно искренен.» — просто ответил Люци.

«Разве граф Нейсон не известный бабник?»

«Откуда ты это знаешь?» — тут же резко спросил Люци, прищурившись.

В его взгляде мелькнула искра подозрения, как будто он допрашивал меня: «Что ты вообще делала, чтобы это узнать?»

[Он что, только иногда вспоминает, что я вообще существую?] — мысленно буркнула я.

Но вскоре его острый тон смягчился.

«А почему бабник не может быть искренним?»

[Абсурд, слышать такие слова от самого Люци.]

[Хотя…возможно, у них и правда бывает своя «искренность».]

[Проблема в том, что их искренность всегда настоящая…но слишком скоротечная.]

«Ты сейчас, случайно, не на сторону бабников встал?» — сказала я с легкой насмешкой.

Люци посмотрел прямо мне в глаза.

«Это просто значит, что влюблённый мужчина способен на что угодно.» - говорил он спокойно, но в его алых глазах горел огонь.

[Такой взгляд, словно он готов был на поступки куда хуже.]

[Зная его характер…не могу сказать, что это невозможно.]

[Автор оригинальной истории когда-то говорил, что персонаж был сдержан только потому, что это роман для широкой аудитории.На самом же деле Люци был тем, кого сложно назвать моральным героем.]

[Не знаю, кто он там на самом деле...]

«Люци. Харрисон.»

«Да?»

«А?»

«Вы оба не имеете права быть бабниками. Это то, чего я точно не прощу.»

[Я не знаю, какие здесь нравы, но это - моё жёсткое табу.]

Я сказала это очень серьёзным тоном, чтобы сразу пресечь любые сомнения.

Глаза обоих мужчин распахнулись от удивления.

[Если они хоть раз решат поиграть с женским сердцем, я немедленно разорву с ними все отношения, такой был мой негласный девиз.]

«Я? Да ты что, ни за что.» — усмехнулся Люци, будто его оскорбили.

«Я бы не стал опускаться до такого.» — сказал Харрисон с полной серьёзностью.

[Почему-то мне стало жалко Харрисона…а, самодовольное лицо Люци только сильнее раздражало.]

[Хотя, похоже, я зря переживала.]

«Ваше Высочество, вам стоит спуститься вниз.» — вдруг сказал Харрисон, бросив взгляд вниз.

Я тоже посмотрела и увидела, как управляющий заведения с силой уводит Зельду и графа Нейсона. Будто их арестовывали.

«Мне обязательно идти?»

«Лучше на время. Здесь вам быть не стоит. Поднимитесь.»

Хотя это одно здание, но аукционный дом Янчи и игорный дом Умчи, совсем разные по уровню опасности места.»

[Раз уж императрица Изабель ушла, и мне здесь делать нечего.]

«Ладно.» — послушно ответила я, и лицо Люци слегка потеплело.

«Я скоро догоню.»

[Что опять?]

«Не торопись. Разберись спокойно.» — сказала я, лениво махнув рукой, показывая, что мне не стоит волноваться, и пошла вверх по лестнице.

Обернувшись, я увидела, как Люци и Харрисон спускаются вниз.

[Надеюсь, он не слишком нагло это всё устроил…]

На миг я занервничала, но тут же вспомнила. [Он ведь сам говорил, что не собирается скрываться.]

[Наверняка у него есть план.]

С этим я прогнала лишние мысли и поднялась с подземного этажа на первый.

Но едва ступив на пол, как…

«Ай!» — я вздрогнула от неожиданности. Прямо передо мной возникла чья-то тень, преградив путь.

Отшатнувшись, я подняла глаза…и увидела, что передо мной стоит принц Стефан.

[Что он здесь делает? Он же сопровождал Императрицу Изабель…]

Всё было ясно. Он нарочно преградил мне дорогу.

«Вы ждали меня?»

«Ты специально это сделала?»

Он задал вопрос почти одновременно с моим, и я чуть не пропустила смысл.

«О чём вы?»

«О том, что привела сюда мою мать и позволила ей увидеть весь этот ужас.»

В его глазах светилась уверенность.

[Я старалась быть осторожной, но, похоже, всё было очевидно.]

[Ну да, не все же тут наивные]

«Я не устраивала этот ужас.» — сказала я спокойно, но призналась: «Да, я действительно привела сюда Императрицу Изабель.»

Лицо принца на миг стало озадаченным.

«То, что произошло с графом Нейсоном…это не ты?»

«Нет. Мне нет смысла в этом участвовать.»

«Значит…Ты хотела всё уладить тихо, без шума. Ради брата.»

Он, казалось, разговаривал сам с собой, но быстро нашёл ответы на собственные вопросы.

Прежде чем я успела хоть что-то объяснить, он сам всё понял.

[Он совсем не похож на Императрицу Изабель…]

Я не почувствовала от него враждебности, именно поэтому и решила быть честной.

[Но теперь, когда он так быстро всё понял, я задумалась: а стоило ли вообще с ним говорить?]

И всё же странно, что он совсем не выглядел злым.

Наоборот, будто о чём-то задумался.

[Почему все странно себя ведут, когда речь заходит обо мне?]

«Если у вас больше нет вопросов, я, пожалуй, пойду.» — сказала я, чувствуя неловкость и собираясь удалиться.

Я слегка поклонилась, сделала шаг…

«Зачем ты так стараешься?»

Я застыла. Принц Стефан смотрел на меня с непониманием.

[Это я должна спрашивать вас. Почему вы такие?]

«Простите?»

«Зачем ты столько делаешь ради Люция?»

В его взгляде была какая-то грусть. Будто он не мог понять, в чём причина моего выбора.