Это были первые выходные за долгое время - без работы.

[Хотя, если быть честной…скорее Дания просто выгнала из дворца.]

Она сама заявила, что у Элиссы и Седрика есть право на отдых. И Седрик, не колеблясь, поддержал её.

Элиссе нужно было отдохнуть.

[Поэтому они решили отправиться туда, где она точно не сможет работать.]

После долгого перерыва Седрик и Элисса вернулись в особняк Кембриджа.

[Уехать далеко они не могли, выходные были слишком короткими.]

[К тому же сама Элисса настояла именно на этом месте.]

[Я хочу…поприветствовать его как следует…]

[Сначала Седрик не понял, о ком она говорит.]

Но всё стало ясно, когда она улыбнулась - тихо и печально.

[Сейчас на её лице была та же тень.]

[Она больше не называла себя преступницей перед Кембриджем…но это не означало, что прошлое исчезло.]

[Как и у самого Седрика.]

После долгого молчания он спросил:

«О чём ты хочешь поговорить?»

Он пытался представить, что именно она скажет Кендрику.

[И, если честно…он боялся.]

[А вдруг это снова утянет её назад…]

[Воспоминания о прошлом могли исцелять, но могли и ранить ещё сильнее.]

Он не хотел, чтобы Элисса снова утонула в чувстве вины.

Его пальцы, всё ещё держащие её руки, невольно похолодели.

Элисса ответила, не глядя на него:

«Я…ещё не знаю.»

«В голове пусто…»

«Я думала об этом, но так и не придумала, что сказать…»

«И вообще…правильно ли это?»

Она повернулась к нему с улыбкой.

Но лицо её было бледным, напряжение выдавалo её.

Седрик тихо сказал:

«…Не перенапрягайся.»

«Я не перенапрягаюсь…» - прошептала она.

«Но…можно ли мне туда идти?»

«Простит ли меня господин Кендрик?»

«Имею ли я право стоять перед его могилой…под именем Эйвери?»

Её голос дрогнул.

Седрик встал и пересел ближе.

Теперь они сидели рядом.

Он взял её руки в свои.

Его холодные пальцы постепенно согревались, обхватывая её ладони.

«Всё в порядке.» - мягко сказал он.

«Кендрик бы простил всё.»

«Он не из тех, кто живёт ненавистью или злобой.»

«…А Эйвери предали такого человека.»

Элисса слабо улыбнулась.

«Я никогда не смогу избавиться от этого бремени.»

«Элисса... »

«Я и не собираюсь.»

«Я буду извиняться всю жизнь.»

«Тебе не нужно... »

«Нет.»

Она покачала головой.

«Сколько бы ты ни защищал меня…моя кровь, это кровь Эйвери.»

«И их натура всегда может проявиться во мне.»

«К тому же…я выросла, получая их жестокую «заботу.»

«Это тоже не изменить.»

Она говорила спокойно.

Слишком спокойно.

[Я обдумала это…снова и снова.]

«Поэтому я буду помнить всё это.»

«И следить за собой.»

«В каждом выборе…Я буду вспоминать прошлое.»

Она опустила голову ему на плечо.

«Чтобы не причинить боль другим…сделав ошибку.»

Седрик слегка сдвинулся, чтобы ей было удобнее.

Он не перебивал.

[Сейчас…ей было важнее говорить.]

«Не забывай, Седрик.» - тихо добавила она. «Ты не должен полностью меня прощать.»

«Если я вдруг пойду по неправильному пути…ты обязан меня остановить.»

«Элисса…»

«То, что я лично этого не делала…не значит, что этого не было.»

«Мы оба это знаем. »

Она вздохнула.

«Храм, знать…сколько бы они ни пытались скрыть моё прошлое…»

«Люди всё равно будут вспоминать его.»

[Это была правда.]

[Королевская семья была полна ошибок.]

[И потому Элисса должна была стать безупречной правительницей.]

[Каждый её шаг сопровождался тенью прошлого.]

[Любая ошибка…для неё становилась в разы тяжелее.]

«Поэтому я не позволю себе ослабить поводья.» - прошептала она. «Даже если захочу…я не имею права.»

«Я всё равно буду рядом.» - тихо сказал Седрик.

Элисса коснулась его руки.

«Поэтому…я и могу быть сильной.»

Она слегка улыбнулась.

«Ты спросил, что я хочу сказать господину Кендрику…»

«Наверное…вот это.»

Она закрыла глаза.

«Надеюсь…ему станет немного легче.»

Тишина.

И в этой тишине...

Элисса сделала свой выбор.

[Я буду защищать то, что он защищал.]

[Для Кендрика.]

[Которого больше нет.]

[И…для самой себя.]