3 глава.

Голос Розалии был тих и ровен до тех пор, пока она не начинала кричать. Когда это происходило, её голос будто бы срывался, и он становился очень неприятным на слух. А ещё больше раздражало, что он был высоким; неважно по какому поводу она повышала голос, она всегда казалась истеричной.

Розалия тут же услышала упрек в свой адрес.

— Вы замахнулись на неё!

Виновница ситуации — Беатрис — запаниковала и взволновалась; она выглядела удивлённой.

— Ах? Нет! Это не так!..

Взгляд Розалии потемнел, её глаза стали более злыми. Она сжала кулаки, ещё чуть-чуть и она бы вся затряслась от ярости, что бурлила в ней.

«Эти придурки! Они оберегают её так, словно я могу убить её, просто стоя рядом!».

Эта ситуация до ужаса раздражала её не потому, что её неправильно поняли или несправедливо обвинили в том, что она не делала. Она чувствовала такую палитру чувств лишь по одной причине: такие ситуации происходили не единожды. Они происходили постоянно. Каждый раз, когда она находилась с этой белобрысой идиоткой, она попадала такого рода ситуации, только менялось одно: мужчины. В этот раз её «остановил» Кайлан, рыцарь, которому повезло выйти из простого люда.

Её взгляд стал яростным, она укусила свою губу. Взгляд серо-голубых глаз поднялся вверх, на мужчину. Её голос в этот раз был ровным, но чувствовалось, как лилась желчь сквозь слова. Она прошипела, крепко сжав зубы.

— Да как ты…грязный варвар, смеешь дотрагиваться до меня?

Лицо Беатрис в миг стало тревожным; было видно, что это очень не понравилось ей.

— Нет-нет! Всё не так, как Вы подумали, сер Кайлан!

Она протянула руку и дотронулась до его плеча. Её голос был тихим, когда она сказала:

— Она просто отгоняла пчелу…

И длинные белые ресницы опустились, создавая мягкую тень на глазах. Она выглядела печальной, и из-за этого невозможно было понять: оправдывается она, пытаясь спасти врага, или просто чувствует виновато себя за то, что заставила волноваться и поставила другого человека в неудобное положение.

«Эта дрянь знает, как выставить меня виноватой, просто сделав такое жалкое выражение лица!». Руки Розалии сжались в кулаки при лицезрении происходящего перед ней. Это происходит каждый, чертов, раз.

Чтобы окончательно не обезуметь от своей ярости, Розалия резко развернулась и ушла. Её грудь вздымалась туда-сюда, и можно было слышать, как она до ужаса часто и громко дышит носом, пытаясь угомонить свои эмоции; было удивительно, что она шла прямо, и её голова не чувствовала головокружения.

Беатрис грустно посмотрела в сторону уходящей девушки, поджав губы. Её рука обняла другую перед её грудью.

— Беатрис… не расстраивайся из-за неё. Ты действительно слишком добрая… — сказал Кайлан.

Наблюдавшая за этой сценой графиня Эйнард пустила смешок, прикрывая рот ладонью. Хоть сидящие за столом и не слышали всего, только взвизгивания Розалии, но и без этого возможно было догадаться, что там происходило. Остальные за столом начали хихикать.

— Ха-ха-ха! Графиня Эйнард!

–– Вы были правы: это очень забавно!

***

В этот же день вечером проводился праздник Роз. Хоть это была простая традиция, которая началась с простой легенды о голубой розе: создатель подарил человеку, которого он любил, голубую розу, и этот человек стал божеством, защищающим мир сейчас, –– но в нынешние дни эта традиция стала достаточно официальной для государства Вейлинсет, чтобы даже брезгливые аристократы, не любящие праздники «простолюда», стали с энтузиазмом дарить голубые розы друг другу в знак признательности.

Чаще всего голубую розу дарят тому человеку, которого они любят и ценят. Но у молодого поколения аристократов, эта роза символизируется с официальным признанием в любви. Девушки дарят юношам голубые розы, а парни –– синие.

У людей низкого социального статуса дорогие розы заменяются простыми и недорогими ромашками и васильками соответственно.

Розалия смотрела на голубую розу в её руках. Даже у такой злодейки, как она, бывают унылые мысли по поводу того, что и девушка с улицы может быть принятой своим возлюбленным, а она так и останется стоять с цветком в руках.

Мрачный взгляд поднялся вверх. Её лицо было непроницаемым, и, казалось, её не волновала текущая ситуация: Даниель танцевал с Беатрис. Её жених, кронпринц, в этот значащий день для всей страны выбрал не её, официальную невесту, а девушку, которая не имеет такого же высокого статуса, как она, и вокруг которой ходит много слухов.

–– Ха-ха, Вы видите это? Принц выбрал мисс Беатрис, а не свою невесту.

Услышав эти словах, брови Розалии незаметно дёрнулись, но её глаза всё же стали прикованы к небесно-голубой розе в её руках. Даже если ей нет дела до слухов и мнений за её спиной, это оказалось для неё немного более задевающим, чем она предполагала.

–– Бедняга мисс Розалия.

Нет, это стало слишком для неё. До появлении соперницы, Беатрис Эверган, она ненавидела всего одну вещь: когда её жалели, считали жалкой.

–– Конфликт между императрицей и Бетом Айловлич неизбежен.

Розалия зло усмехнулась, думая: «Стало интересно: Даниель сильно по шапке получит от императрицы за такие действия сегодня?».

И после появления Беатрис Эверган стало на одну ненавистную вещь больше.