— Где… я…? — только открыв глаза, пробормотала Вальфор.

Она находилась в одной из комнат замка Загана. До недавнего времени тут повсюду были разбросаны останки странных существ и пробирки, которые использовались в экспериментах по их созданию, но сейчас здесь стояла только простая мебель и кровать. Видно, ее решили использовать как гостевую комнату.

Загана в основном посещали только убийцы, стремящиеся к его знаниям и статусу, поэтому он думал, что в гостевой комнате не было необходимости, но Нефи сказала: «Разве Лорд Барбатос не приходит сюда?» — и привела комнату в порядок.

Заган собирался никогда не позволять этому негодяю пользоваться комнатой, которую прибрала Нефи, но даже в этом случае всегда оставался шанс, что кто-то еще мог заскочить.

Ну, друзья Нефи всегда могут заглянуть. Например, клерк из магазина одежды в Кианоидесе, чье имя только что всплыло во время ленча, а также Святой Рыцарь Шастиль. Заган ни за что не прогонит их, если они появятся у него на пороге.

В гостевой комнате Заган и Нефи стояли плечом к плечу, наблюдая за состоянием Вальфор.

Взгляд девочки блуждал по опрятной комнате. Она явно была сбита с толку.

Глядя на это, Заган почувствовал облегчение. Ах, к счастью, она жива.

Конечно, Нефи уже говорила, что она жива, и Вальфор дышала, пока спала, но он беспокоился, проснется ли она.

Заган старался не убивать противников. Он делал это как ради Нефи, так и из-за проблемы очистки его владений от трупов. Вот почему он в основном просто слегка избивал их, прежде чем выбросить за пределы владений. Но, говоря об этом, Заган никогда не задумывался, выживали ли они.

Не то чтобы он не был уверен в контроле своей силы!

Маленькая девочка по имени Вальфор лежала в постели без брони и одежды. Под доспехами из папье-маше она носила только старую рубашку. На ней даже не было брюк.

Поскольку она была ребенком, то, вероятно, просто надевала самый минимум одежды под броню.

Ее зеленые волосы были заплетены в толстые косы, а из промежутков в волосах торчали два рога. Ее глаза оказались золотистого цвета, а ростом была Загану по талию.

Судя по ее внешности, если не считать рогов на голове, она ребенком людей.

— ...Т-ты мерзавец! — Похоже, она наконец пришла в себя. Золотые глаза Вальфор распахнулись, и она подпрыгнула, чтобы ударить Загана.

— ...Хм? Ну, если ты такая энергичная, то, наверное, все в порядке, — сказал Заган, остановив кулак ленивым движением.

Хоть это и можно назвать кулаком, он был мягким, и даже если бы Загана им ударили, тот вряд ли бы оставил даже след.

Однако Заган почувствовал в этой руке силу, которая, вероятно, превратила бы обычного мага в фарш.

Ну, она же все-таки маг.

Те, кто стремился стать магами, начинали с усиления своего собственного тела. Они могли продлить свою жизнь, получить достаточно силы, чтобы разбить даже камень, обладать телом, которое не могло заболеть и не нуждалось во сне. Благодаря этому они могли устранить все преграды на пути их исследований.

Вот почему у обычных людей не было никаких шансов победить мага. Даже если бы они могли управлять огнем и молнией, их чистая физическая сила и скорость находились на другом уровне. Если бы Заган не поймал ее кулак, комната, вероятно, уже пребывала бы в ужасном состоянии.

В комнате повисла тяжелая атмосфера. Эта девушка, Вальфор, была магом того же уровня, что и Барбатос с Заганом до того, как последний стал Архидемоном Мархозиасом. Она была намного сильнее обычных магов и бандитов. Враг, на самом деле заслуживающий максимальной осторожности.

Но она всего лишь соплячка...

Она была невысокого роста, а ее щеки казались одновременно нежными и мягкими. Внешность обычного ребенка.

Заган не знал, должен ли он попытаться подчинить ее или быть добрым к ней.

В любом случае, с ней будет тяжело иметь дело. Даже когда он остановил ее кулак, Вальфор угрожающе произнесла «Грррр» и продолжила давить на ладонь Загана.

— Хмф. Покажи немного благодарности Нефи. Я не проявляю милосердия, даже если мой противник — сопляк; если бы Нефи не умоляла сохранить тебе жизнь, твоя голова была бы отрублена, и я уже вышвырнул бы тебя вон.

Услышав эти слова, Вальфор наконец поняла, что ей «позволили жить». А также то, что если Загану захочется, даже в этот самый момент, он может прикончить ее.

Но я не могу сделать что-то столь жестокое в присутствии Нефи!

Наконец она опустила свой кулак.

— ...Почему? — спросила Вальфор детским писклявым голосом, соответствующим ее внешности. Приглушенный голос, которым она говорила до этого, создавался, вероятно, магией маски.

В ответ на вопрос Вальфор Заган склонил голову набок.

— Почему... Что?

— Я пришла сюда... чтобы забрать твою чертову жизнь. Почему ты не... убил меня за то, что я пошла против тебя?

Заган нахмурил брови, как будто это его совершенно не интересовало.

— Я ведь уже говорил тебе, не так ли? Нефи спасла тебя. Вот почему я оставил тебя в живых. Только поэтому.

Ясно, что если бы Заган собственноручно убил ребенка, то это разбило бы Нефи сердце, даже если бы он просто защищался. И правда хорошо, что Вальфор поняла все прежде, чем он решил убить ее.

И все же я не чувствую ни враждебности, ни ненависти... Поскольку ее победили, было бы нормально, если бы чувства обиды и униженности только росли.

Возможно, она просто потеряла волю к борьбе, но было трудно себе представить, что еще минуту назад она хотела убить Загана.

Напротив, лицо Вальфор выглядело еще более удивленным, чем лицо Загана.

И пока они стояли, растерянные поведением друг друга, Заган задал вопрос, мучивший его.

— Так что же ты планировала, напав на меня?

— ...

Она заявила, что заберет силу Архидемона, но большинство магов не так уж и гнались за силой. Нет, возможно, лучше сказать, что общее определение силы для магов разнилось.

То, к чему стремились маги — накопление знаний и техник. Мало кто проявлял интерес к силе для сражений с другими.

Так происходило потому, что, обретая знания, маги обретали и силу. Сила — это то, что приходит само по себе в процессе приобретения знаний. Способность сражаться была хорошим способом заставить других повиноваться, но она не очень помогала в погоне за знаниями.

Приобретение знаний вело к обретению силы, но не наоборот.

И все же Вальфор жаждала «силы для сражения».

Сила Архидемона — это огромное количество маны, даруемой Символом Архидемона, а не знания. Конечно, находились и такие, как Барбатос, которые стремились к статусу и имуществу Архидемона, но для мага было странно жаждать силы.

И когда Заган впился в нее взглядом, тело Вальфор напряглось, словно она испугалась.

Видеть ее в таком состоянии… она ведь просто ребенок, да?

Независимо от того, как он смотрел на нее, она не походила на мага, который может даже выпустить дыхание дракона.

И пока Нефи осматривала ее, Вальфор открыла рот, словно издав вздох.

— Я хотела... силы.

— Понятно. Однако не думаю, что это то, чего хотело бы большинство магов?

Маги становились сильнее просто для того, чтобы защитить себя. С их большой продолжительностью жизни они нуждались в силе, чтобы защитить свое собственное тело и имущество.

Сила не была ни средством, ни целью. Она не была тем, чего можно было бы желать до такой степени, чтобы рисковать своей жизнью.

Но, конечно же, в мире есть и исключения.

Когда Заган указал на это, Вальфор что-то пробормотала.

— Потому что... Я слабая. Вот почему... Мне нужна... сила.

— Понятно. Значит, тебе нужна сила, чтобы выжить?

Казалось, это противоречило общему представлению о магах, но Загана убедил ее ответ. Во-первых, Заган сам настроился на увеличение собственной силы, чтобы достичь бессмертия.

Другими словами, так называемое «исключение, которое сосредоточено на силе больше, чем на знаниях», относилось и к самому Загану.

То есть, на самом деле ей все равно, кто был ее врагом: Заган, Нефи или кто-то другой, так что, вероятно, именно поэтому Вальфор не испытывала никакой враждебности или ненависти.

— Тогда почему ты решила напасть именно на меня? Я Архидемон, разве ты не думала, что плохо подготовлена, чтобы бросить мне вызов?

— Заган, ты только совсем недавно стал Архидемоном. И если твое второе имя «Убийца магов» правдиво, то ты должен быть слабым против того, кто не является магом.

— Вот почему ты думала, что сможешь победить меня? — ответил Заган властным тоном и Вальфор кивнула. Затем ее руки слегка задрожали.

Почему-то мне кажется, что это выглядит так, будто я издеваюсь над слабым.

На самом деле чувство было не из приятных. Заган был тем, на чью жизнь покушались, но почему-то чувствовал, что здесь плохой — именно он. Маг не знал, как описать такую ситуацию, и это выбивало его из колеи.

— Ну, у тебя был неплохой план, но ты слишком слаба, чтобы убить меня.

— ...

Вальфор промолчала, прикусив губу.

Когда Заган положил голову на сцепленные за головой руки, то спросил ее о том, что больше всего беспокоило его.

— Кстати, ты ведь дракон, верно?

Вальфор вздрогнула.

— ...Да.

— Подумать только, что остался еще живой представитель вида, а? Разве вы не становитесь намного сильнее людей просто с течением времени? Почему ты так сильно жаждешь силы?

Просто живя, драконы вырастают до уровня, недоступного человеческому интеллекту. Им даже не нужно накапливать знания, как магам. Согласно легендам, дракон, проживший десять тысяч лет, даже убил и съел бога.

Поэтому отказаться от такого преимущества и вступить в бой со слабой надеждой на победу —  это больше похоже на поступок человека.

А может, она куда-то торопится? Может быть, у нее есть причина, по которой она должна стать сильнее прямо сейчас?

Услышав слова Загана, Вальфор опустила голову, и даже слезы выступили у нее на глазах.

— Я...

Похоже, она не хотела, чтобы кто-нибудь об этом знал. Когда она опустила взгляд, ее хрупкая фигура совсем не походила на позу мага, не говоря уже о драконе.

— А, понятно! — Глядя на нее, Заган наконец понял причину своего беспокойства.

Эта девочка... она… она выглядит так же, как и я, когда меня поймали за кражей еды! Она не считала Загана за врага и не таила на него обиды или что-то в этом роде.

Выглядело так, будто она была просто голодна, и так как не нашла другого способа, пыталась украсть еду, но потерпела неудачу; или в попытке украсть у человека драгоценности, ее целью оказался разбойник. В любом случае, она была похожа на ребенка, который должен расплатиться за свою ошибку.

У Загана сохранились воспоминания о том, как он сам проходил через то же самое бесчисленное количество раз, поэтому понимал ее до такой степени, что даже больно становилось.

Когда он наконец-то все понял, Нефи наклонила голову, спрашивая:

— Мастер Заган, что-то случилось?

— Нет, просто разговариваю сам с собой.

А, ясно, я понял. Похоже на то, что она нашла легкую цель и попыталась быстро достичь ее, но была безжалостно избита и готова вот-вот расплакаться. Понятно.

Если он заменит фразу «я хочу силы» на «я хочу еды», то прекрасно поймет ее.

В конце концов, когда человек голоден, он не в силах злиться.

Конечно, совершила дурной поступок, но вместо того, чтобы кричать: «Ну, что будешь делать!?» — вероятно, лучше просто отругать ее за то, что она сделала что-то плохое.

Поскольку Заган вел себя так, словно разговаривал с другим магом или врагом, то был на взводе. Но он ошибся в своих первоначальных выводах.

Теперь уже очевидно, как с ней следует обращаться. Думая о том, как нелепо было с его стороны выставлять свое высокомерие, Заган фыркнул.

— Хмпф. Ну, ладно. Что важнее, ты бросила вызов мне, Архидемону. Ты должна понести наказание.

— Мастер Заган, мм... — когда Нефи повысила голос, словно хотела попросить его о чем-то, Заган просто кивнул в ответ, как будто уже понял.

И какое же ужасное наказание она себе представила? При этой мысли Вальфор вдруг задрожала со слезами на глазах.

И вот, как бы вынося приговор этой маленькой девочке, Заган заявил следующее.

— Начиная с этого момента, я приказываю тебе помогать Нефи в течение одной недели!

— …Аа? — И Нефи, и Вальфор издали удивленные возгласы в ответ на его слова.

— Нам не хватает рук для уборки, верно?

— А, эм, ну да... — сказала Нефи.

— Ну что ж, тогда можешь использовать эту девушку так, как сочтешь нужным.

Если Вальфор не питала враждебности к Загану, то она не была зациклена на месте Архидемона. В таком случае нет никаких причин заходить так далеко и убивать ее.

Для наказания ребенка что-то подобное вроде хорошо подходило.

И пока Вальфор помогает, хорошо, если она научится тому, что можно делать, а что нет.

Заган не имел никакого права проповедовать о понятиях добра и зла, но он, по крайней мере, сможет научить ее здравому смыслу и правилам с точки зрения злодея. Так как его противник был ребенком, Заган подумал, что ему пришло время занять позицию взрослого.

Если после этого она повторит ту же ошибку, то к Загану это уже не будет иметь никакого отношения. Если же она лучше поймет, как себя вести, то это само по себе будет хорошим достижением для нее.

Когда Заган это сказал, Вальфор сделала такое лицо, будто не могла ему поверить, и заговорила:

— Ты... не собираешься... съесть меня?

Услышав такие неожиданные слова, у Загана закружилась голова.

— ...Подожди-ка. Зачем мне вообще есть кого-то вроде тебя? — хоть Заган и знал, что его лицо выглядит злым, но он ни за что не согласился бы с тем, что о нем говорят, как о человеке, который ест детей.

Затем Вальфор открыла рот, словно не могла подобрать нужных слов.

— Если люди... поглощают свежую кровь дракона... они становятся сильнее...

— Аа, теперь, когда ты упомянула об этом, я уже слышал такое раньше.

Если кто-то обольет себя кровью драконов, то станет бессмертным, или если кто-то съест драконье мясо, то получит неограниченную ману, или если кто-то съест вареную драконью кость, то сможет излечиться от любой болезни. С незапамятных времен существовало бесчисленное множество подобных легенд.

По правде говоря, когда Вальфор превратила свои руки и ноги в драконьи, Заган подумал о возможности того, что она маг, который воспользовался таким методом.

Так вот почему она так напугана, да?

Если бы другой человек поймал ее, то даже если бы они могли поговорить, она бы уже чувствовала, что умрет.

Это, скорее всего, и было причиной, по которой эта маленькая девочка использовала броню из папье-маше и маску, чтобы создать образ. Вальфор, как и Нефи, которая являлась эльфом, была мишенью для людей.

Несмотря на то, что хоть она и была драконом, Вальфор все еще очень молода. Ее можно рассматривать как молодого дракона. Она не относилась к тем, кто сможет противостоять Святому Рыцарю или магу, обладающему значительной силой. Вот почему необходимо было скрыть ее истинную сущность. Причина, по которой она даже использовала магию людей, также заключалась в защите самой себя.

Размышляя так, становилось очевидным, почему девочка так стремилась к силе.

Обдумав все это, Заган начал.

— Хмпф. Не недооценивай меня. Будь то дракон или человек, все, что я получу, съев такую соплячку, как ты, — это плохое послевкусие. — После его слов на глаза Вальфор снова навернулись слезы.

Вот почему я ненавижу общаться с детьми... Но потом Заган вспомнил, что даже тогда, когда он рылся в мусоре и промышлял кражей, за ним присматривали дети постарше.

Если бы они были на его месте, как бы они поступили?

Негромко вздохнув, Заган снова заговорил.

— Нефи, осталось ли что-то от обеда?

— Да. У нас еще есть немного хлеба и супа, — ответила Нефи, ее уши дрожали, как будто она задавалась вопросом, почему он спрашивает об этом.

А затем Заган коротко сообщил ей о своих планах.

— ...Принеси ей.

Удивленно моргнув, Нефи улыбнулась Загану.

— Да! Я принесу после того, как разогрею, — сказала Нефи и быстро покинула комнату.

В гостевой остались только Заган с угрюмым лицом и изумленная Вальфор.

— Что... ты планируешь?

— А, ты не знаешь? Это называется милосердием. Жалость, даруемая слабому сильным.

Заган придумал более приятный способ успокоить ее, но из его уст вырвалась только надменная речь.

Когда Заган был беспризорником и думал, что умрет с голода, один мальчик делился с ним хлебом. Он чувствовал, что именно это спасло его в то время. Даже сейчас я помню вкус того хлеба.

Вальфор вряд ли умирала от голода, но Заган полагал, что еда поможет ей расслабиться.

На самом деле ему все равно, ненавидит ли его этот ребенок или любит, но не было ничего смешного в том, что она станет бояться неизвестности. Вот почему он решил сделать то же самое, что и тот мальчик.

Вальфор скорчила странную гримасу, словно не знала, сердиться ей или бояться, но Нефи быстро вернулась с едой.

— Вот, держи.

Глядя на блюдо, которое подала ей Нефи, лицо Вальфор покраснело от стыда.

— Просто чтобы ты знала, я ненавижу людей, которые тратят еду впустую, больше всего на свете. Особенно если это еда, приготовленная Нефи. Если ты так поступишь… Я убью тебя, поняла?— Эти слова выражали его истинные чувства, и Вальфор вздрогнула, получив тарелку с супом.

После этого она осторожно взяла ложку и зачерпнула немного супа.

— Аа... вкусно.

— Хмпф. Конечно, — когда Заган хвастливо кивнул, кончики ушей Нефи застенчиво покраснели.

— Это большая честь для меня.

Несколько смутившись, Заган встал.

— Ну что ж, тогда я возвращаюсь в архив. Как закончишь есть, помогай Нефи в ее работе.

Когда он уже собирался выйти из комнаты, Вальфор растерянно произнесла:

-П-Подожди.

— ...Что еще?

— А ты не боишься... что я нападу на эту девушку? Нет, даже если я этого не сделаю, ты не думаешь, что я сбегу или что-то в этом роде?

— Делай, что хочешь, — без тени беспокойства ответил Заган. — Если ты понимаешь, что значит сбежать от меня, когда я знаю твой секрет, или даже если ты этого не понимаешь, то можешь так и поступить.

Вальфор ранее сама об этом говорила. Если молодой дракон действовал опрометчиво, то он становился целью еще более легкой, чем эльф.

Ну, на самом деле, я не собираюсь распространять слухи.

Но даже в этом случае, если он отпустит ее без всякого наказания, то все то время, которое он потратил, мучая всех этих незваных гостей, будет потрачено впустую.

Именно по этой причине в наказание он и заставил Вальфор заниматься уборкой. Более того, Нефи сможет рассказать ей о том, что правильно, а что нет, гораздо лучше, чем он.

И, продолжая размышлять, Заган пристально посмотрел на Нефи.

— Также…

Ответ на другой ее вопрос был предельно очевиден.

— Похоже, ты кое-чего не понимаешь. Послушай, Нефи намного сильнее кого-то вроде тебя, ясно?

Возможно, все было бы по-другому, если бы дело касалось той Нефи, которую он только купил, но прямо сейчас она обладала настоящей волей к жизни. Так, Нефи даже одолела Святого Рыцаря. Кроме того, барьер этого замка также защищал девушку.

Победить Нефи в пределах владения Загана будет трудно даже для обладателя Священного меча.

Оставив Нефи и ошеломленную девочку позади, Заган направился к архиву.