Том 1. Глава 1. Часть 4.

Над великим океаном воцарилась тишина.

“…………”

Никто не мог поверить в то, что только что произошло на их глазах. Никто не произнёс ни слова.

Виверна — существо, которое почти невозможно сбить с корабля, даже если речь идёт об одной. А здесь... по одним лишь размерам было понятно — их было более двухсот. Более двухсот элитных виверн обрушились с небес кровавым дождём.

Это был не сон. Лучше бы это и правда было сном.

— Неужели… мы сражаемся с легендарной армией Императора Магов…? — пробормотал Шаркун, находясь на грани нервного срыва. Его руки дрожали. Ноги тоже начали подкашиваться.

Он не знал, как выразить это словами.

Но трагедия не собиралась проходить мимо, закрыв на них глаза.

На восточном горизонте, вдали, показались ещё корабли, напоминающие тот огромный чудовищный корабль, что уже стоял перед ними.

Их было семь.

На их серых, будто вылитых из стали корпусах возвышались магические орудия, те самые, что с лёгкостью смели с моря боевой корабль.

И эти же орудия, которые ранее в одно мгновение уничтожили и виверн, и военные суда, теперь повернулись в сторону флота Лоуриан... и обрушили на него бурю разрушения.

В истории Родениуса исход морского сражения всегда решали абордажи — рукопашные схватки между моряками.

Можно было повредить корпус корабля баллистой или попытаться поджечь судно огненными стрелами — хотя те почти никогда не приводили к пожару. Можно было нанести определённый урон, но на практике — корабли были почти неуязвимы.

Поскольку сражения заканчивались ближним боем, решающее значение имело лишь одно — численность экипажа.

На этот раз, чтобы вторгнуться, они собрали четыре тысячи четыреста военных судов.

Если бы противником выступала одна из Трёх Великих Цивилизованных Держав, это был бы другой разговор. Но против всего лишь пограничной страны?.. Нет. С таким флотом, они были уверены, что смогут сразиться даже с любой из Великих Держав.

Так они думали... всего два часа назад.

Снаряды, выпущенные семью эсминцами, топили по кораблю за каждый выстрел.

Они атаковали с расстояния, недоступного врагу. Это было похоже на учебные стрельбы.

Каждый раскат выстрела из главных орудий эсминцев Морских Сил Самообороны Японии означал, что ещё один корабль Лоурианского флота ушёл на дно.

Однако четыре тысячи четыреста судов — это всё же огромное число.

То ли из-за паники, то ли от растерянности, флот Королевства Лоурия действовал хаотично.

Но признаков отступления не было.

И только когда полторы тысячи кораблей нашли своё последнее пристанище на дне, среди морских водорослей, — у компактных орудий почти закончились снаряды.

— Прекратить огонь.

Обломки того, что когда-то было кораблями, теперь заполонили поверхность моря.

«Мёко» приближался к вражескому флоту.

Когда расстояние сократилось до четырёхсот метров, с корабля открыли огонь из 12,7-мм пулемётов, прежде применявшихся против неопознанных судов.

Корпус и палуба одного из кораблей превратились в решето, тот накренился. Масло, предназначенное для огненных стрел, вспыхнуло от факела и охватило судно пламенем.

Другой корабль затонул, когда вода залила нижнюю палубу.

Всё происходило деловито, почти машинально — один за другим, вражеские корабли отправлялись на дно.

И казнь Лоурианского флота продолжалась: к бою подключились пять ударных вертолётов JGSDF «AH-1S Кобра», базирующихся на вертолётоносце «Идзу́мо».

Атака началась с залпа ракет «Hydra-70», которыми вертолёты осыпали стоящие внизу корабли.

Летящие одна за другой ракеты были словно метеоритный дождь, разрывающий деревянные корпуса судов в щепки.

Когда каждый из вертолётов выпустил все 152 ракеты, они перешли к стрейф-атакам, обстреливая суда из 20-мм пушек.

При этом они не стреляли по людям — всё оружие было нацелено исключительно на рулевые механизмы.

Когда боезапас окончательно закончился, они развернулись и вернулись на борт «Идзу́мо» — пополнить запасы и отправиться в следующий вылет.

Море превратилось в охотничьи угодья, и флот Королевства Лоурия охватила паника.

— Чёрт!! Эти чудовища… мы не сможем победить такую силу! Проклятье! А-а-а-а!!

Корабль за кораблём, один за другим, с невероятной скоростью их союзники уходили на дно.

— …… Значит, всё это бесполезно.

Вице-адмирал Шаркун перешёл грань отчаяния — и впал в полное безразличие. Они не победят. Ни при каких условиях.

Если всё продолжится, подчинённые будут погибать впустую. Но если сдаться и попасть в плен… после бойни в Гиме никто из лоурианцев не будет пощажён.

Единственным выходом оставался один путь — отступление.

Они уже потеряли треть флота. Вернись он назад — и казнь была бы неизбежной. Его имя навечно впишется в хроники как имя некомпетентного адмирала.

И всё же… он не мог позволить гибнуть ещё большему числу своих людей.

— Всем кораблям — отступление! Повторяю: всем кораблям — отступление!

Приказ об отступлении был передан на все корабли через магический коммуникатор.

Но стоило флагману, на борту которого находился сам Шаркун, начать разворот, как в него попал прямой снаряд.

Оглушённый ударной волной взрыва, он был сбит с ног собственным подчинённым, которого отшвырнуло взрывом, и в следующую секунду сам оказался за бортом — в воде.

Последнее, что он увидел, дрейфуя в холодных волнах, — как его корабль раскалывается надвое и медленно уходит под воду.

— Противник начал отступление.

— Всем прекратить огонь!

Приказ прозвучал незамедлительно.

— Так они бросают своих, кто остался в море, и бегут? …Всем слушать: если в воде есть выжившие — спасти их!

Морское сражение завершилось.

Вице-адмирал Шаркун был спасён силами Морских Самообороны Японии.

Бравей, находившийся на борту «Идзу́мо», что стоял в тылу, не понимал абсолютно ничего из происходящего.

На мостике постоянно звучали какие-то команды, переговоры — похоже, где-то вдалеке шла битва, но он не видел ни одной её детали.

Боевые вертолёты то взлетали, то возвращались на дозаправку. И всё. Он не почувствовал на себе запаха сражения — он просто наблюдал, как зритель.

Даже когда флот Королевства Лоурия начал отступление, он ничего не видел своими глазами, и всё происходящее казалось чем-то нереальным.

Однако, когда их корабль прибыл в район сражения, чтобы начать спасательную операцию, и он впервые увидел поверхность моря — к нему начало приходить осознание.

Повсюду плавали обломки. Невозможно было сосчитать, сколько тел лоурианских моряков покрывали гладь моря. Горящих кораблей не было. Только развалины судов, разнесённых в щепки каким-то невообразимым оружием, плыли по бескрайней водной глади. Среди них — разрваные трупы виверн, раскиданные повсюду.

Он не видел боя. Но он знал — это была абсолютная, сокрушительная победа.

Из дневника Бравея в тот день:

Мне было поручено оценить военную мощь Японии. Это — долг военного наблюдателя. Однако, как бы сказать… я вообще не видел самого сражения. Нет, даже командующий японским флотом не наблюдал бой собственными глазами. Когда мы прибыли в район боя, японская победа уже была одержана.

На поверхности моря дрейфовали лишь обломки кораблей флота Королевства Лоурия, разнесённые на куски невообразимо мощными взрывными заклинаниями. И поскольку я сам не видел сражения, я не могу сказать, как именно всё произошло.

После завершения спасательной операции мне сообщили, что уничтожено 250 виверн и 1400 боевых кораблей. Даже если японские корабли столь огромны, их было всего восемь. И это всё — результат одного-единственного боя. Такое сокрушительное поражение в столь короткий срок — беспрецедентно в истории.

Разве что даже Великая Империя Парпальдия не смогла бы справиться с подобным.

Кризис моей родины был предотвращён, и это действительно радостное событие, я должен бы чувствовать счастье... но военная мощь Японии настолько превосходит рамки здравого смысла, что я не могу избавиться от чувства... страха.

Кроме того, меня мучает вопрос, как я вообще напишу доклад для правительства. Я должен отправить отчёт, в который не поверит ни один здравомыслящий человек, и от этого у меня буквально болит живот. Несомненно, капитан боевого корабля «Пима» и члены дипломатической миссии испытывают те же муки.

Нам ни в коем случае нельзя становиться врагами Японии. Я снова и снова испытываю облегчение от мысли, что Япония, обладающая силой, сравнимой с Великой Державой — а может, даже большей — является нашим союзником.

На одном из военных кораблей Восточной карательной эскадры Королевства Лоурия

Военный наблюдатель Империи Парпальдии Валхал, дрожал от страха в своей каюте. Этот корабль чудом уцелел, однако он лично видел, как множество судов вокруг него шло ко дну одно за другим.

Его задачей было зафиксировать в деталях, как флот Лоурии численностью 4400 кораблей «сотрёт с лица земли» княжество Ква-Тойна.

Хотя тактика с огненными стрелами, баллистами и абордажами выглядела примитивной и варварской, он с интересом наблюдал за происходящим и рассчитывал, что такое численное превосходство обеспечит победу.

Однако корабль противника, что внезапно появился на горизонте, не укладывался ни в одну из известных ему парадигм.

Хотя не было никаких признаков использования «Слёз Бога Ветра» — магии, ускоряющей парусники, — их корабли двигались с невероятной скоростью. Да что там — у этих судов вообще не было парусов!

Их корпуса были больше, чем у 100-пушечных линкоров, но на них красовалось нечто длинное и вытянутое — без сомнений, это было орудие. Когда он увидел, что корабль оснащён лишь одним таким орудием, он даже решил, что это, возможно, шутка.

Он был шокирован: как у варваров вообще может быть артиллерия? А пушки, как известно, крайне неточны — именно поэтому у обычных линкоров по сто пушек. И несмотря на это, одно это орудие попадало с расстояния в 3 километра. И не просто попадало — оно разносило боевые корабли на куски одним выстрелом.

Но ещё более поразительным было то, что они смогли отбиться от атак целых волн виверн. Даже его родная Империя использовала дракононсцы для борьбы с вивернами противника. Поскольку их виверны были значительно сильнее, чем выращенные в варварских землях, при равенстве численности победа всегда оставалась за ними. Но на этот раз у врага вообще не было ни одной виверны.

И в первую очередь: пушка в принципе не может попасть в летающую цель. Это — аксиома.

Но они… они попадали в виверн с одного выстрела. Он не мог воспринимать это иначе, как проявление нечеловеческих сил.

Если Империя Парпальдия продолжит действовать, не осознавая существования таких врагов — она может оказаться на грани гибели.

Валхал, дрожащими руками, передал по манакомму в свою родину всё, что видел, — в максимально точной и честной форме.

Королевство Лоурия. Штаб-квартира Ордена Рыцарей Столичной Гвардии.

После получения информации об обнаружении главного флота противника, в воздух были подняты 250 виверн для удара. С тех пор как их крик последний раз прозвучал по манакому, прошло уже три часа.

Штаб утопал в гнетущей тишине.

Не было никаких сообщений о столкновениях с другими подразделениями, и даже когда наступило время их возвращения — ни один драконий-наездник не вернулся. Тревога охватила всех.

— Почему они до сих пор не вернулись?

На бледном лице Патаджена застыло тревожное выражение, но никто не смог ответить на его вопрос.

(Не может быть… они что, были уничтожены…?)

На протяжении всей истории континента Родениус, виверны считались абсолютным верхом боевой мощи. Однако из-за их уникальности и сложности разведения, их было немного.

Флот из 500 виверн, собранный Королевством Лоурия с целью объединения континента, был сформирован только спустя шесть лет, при военной поддержке Империи Папарпальдии.

С их ошеломляющей мощью, виверны должны были привести Лоурию к великому военному триумфу, который вошёл бы в историю.

250 виверн, отправленных на поддержку военно-морского флота, должны были вернуться победителями…

Но реальность оказалась иной.

Он не хотел даже думать об этом. Он изо всех сил старался не допустить этой мысли, но… вероятность того, что они все были уничтожены, становилась всё выше.

Даже если у противника огромный флот — уничтожить всех 250 виверн? Это просто немыслимо. Неужели… Ква-Тойн каким-то образом смог призвать легендарного Божественного Дракона Бахамута?

Как он вообще должен об этом доложить королю Лоурии?

— …Передайте авангарду: приказываю немедленно вернуть в штаб пятьдесят виверн.

Если вам нравятся мои переводы и вы хотите поддержать мою работу.

Поддержать перевод: Aльфа: 2200 1523 2892 2997

Это поможет мне продолжать радовать вас новыми материалами! Спасибо за внимание!