Ингредиенты, из которых приготовлены сегодняшние блюда, выросли на их собственном огороде, а креветок они выловили из реки собственной сетью.

В деревню Даю спереди и сзади спускалась горная вода. Это было очень подходящее место для выживания.

Как гласит старая пословица, житель гор живет за счет гор, житель побережья — за счет моря*.

(*Пословица означает, что они лучше всего могут использовать местные ресурсы.)

Хотя одного риса, чтобы наесться, было мало, он все равно время от времени могли позволить себе роскошную пищу. Они могли есть рыбу и креветок, которые обитали в горных реках.

Так что самым ценным на столе были два яйца. В наши дни яйцами можно торговать. В агентстве по снабжению и сбыту есть специальная база по сбору яиц, где их покупали по пять центов за штуку. Эти деньги сельские жители могли получать сами, вдобавок к тому, что зарабатывали, так что это очень ценилось.

Судя по воспоминаниям прежней владелицы тела, семья Лу, где можно было есть миску белого риса и миску яичницы-болтуньи, тоже считалась шикующей, отчего деревенские им завидовали.

Конечно, хотя в семье Лу и ели белый рис и яичницу-болтунью, с прежней владелицей тела там все равно обращались плохо. Ей такая еда не дозволялась. Иначе как она могла бы так похудеть — кожа да кости?

В семидесятых были времена, когда никому не хватало еды, так что люди оставались очень худыми. Но даже по нынешним меркам ее тело считалось тощим.

***

Тян Ню и Сяомань были одеты в плотную одежду с хлопчатобумажной подкладкой. На лицах у них были красные платки. Сяоман, кажется, простудилась. Зеленые сопли висели у них под носами, и они не прекращали шмыгать. Сопли выглядели как два зеленых насекомых, паразитирующих на растениях.

— Цзяхуэй встала, тебе лучше?

Этот вопрос ей задала невестка, Чжоу Инди, жена ее старшего брата Дон Айхуа.

Чжоу Инди родила племянника Дон Цзяхуэй, Хучжи, и единственную в семье дочку, Тян Ню. У нее было квадратное лицо и очень сильный характер. Именно ею Чэнь Гуйсян гордилась больше остальных невесток. Она лидировала и вне семьи и всегда аккуратно улаживала разные дела.

Собравшись все вместе, члены семьи сели за стол. У мужчин после тяжелого труда был очень хороший аппетит. Перед каждым человеком стояли большая миска риса и сладкого картофеля. Женские миски были поменьше, а детские — совсем крошечными.

Чэнь Гуйсян взяла ложку и зачерпнула много приготовленных на пару яиц для Тян и Сяоман, а еще ложку — для Дон Цзяхуэй.

Чэнь Гуйсян передала миску мужу, Дон Дагую, который покачал головой. В самом деле, сыну и невесткам было слишком неловко выхватывать остатки яиц, так что Чэнь Гуйсян опустошила миску и передала ее младшему внуку, Сяоманю.

Лю Сююнь, вторая невестка, немного огорчилась, так как два ее сына, Хам-эр и Цзюнь, были сейчас в школе, что означало, что яйца сегодня дадут только старшей и третьей семьям.

Ее родные дети не ели яиц, а вот золовке, Дон Цзяхуэй, хватило наглости их сожрать, что ужасно раздражало Лю Сююнь.

На самом деле, когда Дон Цзяхуэй вернулась к матери, у Лю Сююнь возникли кое-какие мысли на этот счет, но она подавляла все их.

Поначалу ей тоже было жаль разведенную женщину, которую выгнали родственники мужа. Она испытывала сострадание к своей золовке, а когда Дон Цзяхуэй кинулась в реку и чуть не умерла, сочувствие Лю Сююнь к ней достигло пика.

Но все в этом мире течет и меняется, поэтому после того как сочувствие добралось до пика, оно понемногу начало убывать.

Пусть даже она недолго притворялась великодушной, Лю Сююнь заботилась о ней — в глубине души. Она думала вот о чем: почему она, которая круглые сутки работает в поле, не может съесть яйцо? Дон Цзяхуэй, сестра ее мужа, один раз побывала замужем. Она только сутками лежала в постели и ничего не делала, но ей носили вкусную еду и питье. Даже если спросите все шестнадцать производственных отрядов коммуны Шенгли, вы другую такую не найдете.