'Я так ждала возможности отомстить Раште… Почему всё должно было произойти именно так?'

Риветти была очень рада вновь встретиться с отцом, но радость встречи омрачалась необходимостью срочно бежать, а её близких собирались казнить. Риветти не могла поверить, что всё это действительно так. Хотя её отец был жадным, она не верила, что он способен на такое безумие. К тому же её брат, который не отличался умом и руководствовался эмоциями, определённо не был тем, кто стал бы участвовать в подобной афере.

Однако лицо Ротешу оставалось очень серьёзным , что невольно наводило на мысль: он не шутил.

Глаза виконта снова наполнились слезами, когда он увидел, что эти известия опустошили бедную девушку.

Ни один родитель не захотел бы становиться злом в глазах своих детей. Виконт Ротешу не был исключением, поэтому он никогда не говорил своим о том, что месяцами шантажировал Рашту.

И всё же теперь ему пришлось взять на себя вину за преступление, которого он не совершал.

— Когда кто-нибудь спросит тебя об отце и брате, скажи, что у вас были ужасные отношения, что вы не ладили и не общались. Запомни это!

— Отец, мне это не нравится! Это несправедливо! Я попрошу аудиенцию у Его Величества. Я скажу ему, что мой отец не имеет к этому никакого отношения!

— Нет! Его Величество уже проявил достаточно милосердия, позволив спасти тебя и твою мать, поэтому ты не должна испытывать его терпение!

— Отец...

Риветти покачала головой, не сдерживая горьких слез, но отец внезапно перестал утешать её. Он похолодел, когда его печаль превратилась в гнев, обращённый к Раште.

Как Алан мог быть отцом принцессы? Виконт Ротешу не верил в это. Однако зачем императору, страстно желавшему иметь наследника, намеренно поднимать шум из-за того, что принцесса не оказалась его родной дочерью?

Очевидно, что Рашта приложила к этому руку. Ротешу предположил, что она забеременела в результате интрижки, и притворилась, что отцом ребёнка был император. А когда она поняла, что ей некуда деваться, намеренно втянула Алана в свой обман.

'Все для того, чтобы отомстить за прошлые обиды?! Кроме того, она посмела попытаться убить мою дочь.'

Виконт стиснул зубы и сжал кулаки. Даже если бы император не попросил его об этой услуге, Ротешу все равно забрал бы Рашту с собой в Ад.

***

— Сюрприз!

Ниан на несколько дней уезжала в отпуск в живописное место вместе с виконтом Ландре. Она вернулась с руками, полными подарков, и ярким румянцем, озаряющим её лицо.

— Ух ты! Разве человек может так ярко сиять?

Лаура была поражена, увидев смеющуюся Ниан, раздающую подарки каждой из моих фрейлин.

В этот момент вошла Роза, которая тоже брала выходные на несколько дней.

— Ваше Величество, виконт Ландре снаружи. Он уже вернулся из отпуска, но выглядит крайне измождённым… О боже, Ниан!

Роза воскликнула, как только запоздало осознала присутствие Ниан. Та в свою очередь улыбнулась и легонько обняла её.

— Мисс Роуз, как поживаете?

Ниан никогда не приходила в императорский дворец слишком часто, и прошло немало времени с тех пор как мы виделись в последний раз. Но мои фрейлины вели себя так, как будто не видели её много лет.

После долгого смеха и лёгкой болтовни я попросила своих фрейлин оставить нас, потому что хотела поговорить с Ниан наедине.

— Ниан, я действительно хочу тебя кое о чем спросить.

— В чём дело, Ваше Величество?

Ниан, казалось, заметила, что это деликатный вопрос. Она села напротив меня, выпрямила спину и приняла строгий вид.

— Это не настолько серьёзный разговор.

— Нет? Так я могу снова расслабиться?

— Сначала выслушай меня.

— Да, конечно.

— Это о маркизе Либерти.

— Аааа...

Когда я упомянул маркиза Либерти, Ниан тут же закатила глаза. Казалось, тема разговора совершенно не казалась ей странной.

Когда я рассказала ей о просьбе герцога Либерти, она лишь улыбнулась и убрала прядь волос за ухо, прежде чем смущённо ответить:

— Ну... Нет, мне не показалось, что он пытался сблизиться с плохим умыслом. Если только моё чутьё меня не подвело. Так что беспокоиться особо не о чем.

— Ты уверена?

— Если Вас беспокоит просьба решительно отвергнуть его, то я уже это тактично сделала это.

Она улыбнулась и добавила:

— Но если Ваше Величество желает, в следующий раз я буду несколько грубее.

— Нет. Я просто подумала, что герцог Либерти и его сын, возможно, захотят использовать тебя. Если это не так, я не могу вмешиваться.

— Я думаю, герцог Либерти использовал просьбу просто как предлог, чтобы поговорить с Вашим Величеством наедине. Маркиз Либерти не похож на человека, который стал бы обсуждать подобные вещи со своим отцом.

Я испытала облегчение, поняв, что герцог Либерти не собирается использовать Ниан. Как я уже сказала, все остальное было её личной жизнью, и туда я не могла вмешиваться.

После этого Ниан вернулась к фрейлинам, чтобы поболтать с ними, а я осталась сидеть одна в своём кресле, думая о разных вещах.

Старый герцог Земенсия совсем притих со дня рождения Хейнли. Был ли он спокоен, потому что Хейнли защитил его внука?

В самом деле, эти дни были очень мирными.

Хотя леди Малони и Уильям старались не пересекаться, их время визита почти каждый раз совпадало, что порой приводило к ссорам. Но, похоже, они не так уж плохо ладили, чтобы хотеть убить друг друга. Вопреки их заявлениям, они вели себя как обычные брат и сестра, которые не могли терпеть друг друга. Но озвучивать это Малони я не стала бы.

В любом случае, в последнее время семьи Кетрон, Либерти и Земенсия… вели себя тихо.

Это были хорошие новости, ведь весь этот год выдался довольно неспокойным. Благодаря этому я по-настоящему оценила с таким трудом обретённый покой.

Дни шли. Боль в спине усиливалась, живот рос, а я ела больше, чем раньше… Единственное, меня волновало, что Мастас стала какой-то мрачной.

В этот момент в комнату вошла графиня Джубел. Она взглянула на меня с обеспокоенным выражением.

— Ваше Величество, может, Вам не помешало бы вздремнуть? Вы не так давно были на прогулке, а потом встретились с леди Ниан. Вы, должно быть, очень устали.

— Всё в порядке. Я ведь просто гуляла и немного разговаривала.

— И всё же нет ничего плохого в том, чтобы немного отдохнуть.

— Хорошо.

Я кивнула и отправилась в кровать. Прошло, примерно, десять минут. Моё сознание уже медленно угасало, а сны начали мешаться с реальностью. В этот самый момент раздался стук в дверь.

— Войдите.

Я ответила в полусне. Мои веки отяжелели, и мне хотелось поспать ещё немного. Кто бы ни вошёл, я не думала, что смогу очнуться от своих снов.

Но в комнату вошли все мои фрейлины. Обычно приходила только одна из них, даже если это было срочное дело.

У всех у них было очень странное выражение лица: смесь счастья, тревоги и замешательства.

— Что происходит?

Сон как рукой сняло, так как визит одновременно всех моих фрейлин — событие из ряда вон выходящее.

— Ваше Величество, взгляните на это.

Вместо того чтобы давать длинные объяснения, графиня Джубел протянула мне газету. Она была из Восточной империи, и я заметила, что выпустили её несколькими днями ранее.

— Что всё это значит?

Ситуация меня крайне озадачила, но всё прояснилось, как только я взяла газету, и мой взгляд упал на крупный текст на первой странице.

Заголовок гласил: "Принцесса Глорим не дочь императора Совешу".