Глаза Алана были широко раскрыты.

- Но тогда…

Виконт Ротешу щелкнул языком.

- Ты - бесчувственный, равнодушный человек. Как ты можешь не понимать её чувств?

- Её чувств?

- Внешне Рашта холодна, но в глубине души она не такая. Она даже отдала нам этот особняк, чтобы мы позаботились о ее сыне, лица которого она никогда не видела. Должно быть, ей очень хочется увидеться с ним.

- Ах!

Алан просиял, услышав слова виконта Ротешу.

- Я понял. Рашта по-прежнему добрая и ласковая.

Однако Алан сразу же забеспокоился и спросил:

- Но ребенок очень похож на Рашту, отец. Не сочтут ли люди также подозрительным... его необычный цвет волос?

- Просто спрячь его волосы под чепчик. Разве у тебя нет чепчиков для детей?

Как только виконт Ротешу осудил беспокойство Алана, тот поддался убеждению.

- Ладно.

- Поспеши подать заявку на аудиенцию, желающих её получить очень много.

- Хорошо.

Алан ушел с ребенком на руках. Виконт Ротешу лукаво улыбнулся, наблюдая, как тот уходит.

***

Была глубокая ночь.

Расчесав волосы и надев халат, я пошла в общую спальню. Когда я вошла, Хейнли тихо вышел из-за двери и поднял меня на руки. В мгновение ока обе мои ноги оказались парящими в воздухе.

- Хейнли!

Когда я удивленно схватилась за его шею, он сделал небольшой поворот со мной на руках, улыбнулся и прислонил свою голову к моей. Когда я крепче прижала его к себе, боясь упасть, Хейнли потерся своим лбом о мой лоб и спросил:

- Я удивил тебя?

- Почему ты вечно прячешься?

- Это забавно... Тебе это не нравится?

- Не то чтобы, но…

Не обидится ли он, если я спрошу его, не является ли это также привычкой племени птицеголовых?

Пока я колебалась, Хейнли подошел прямо к кровати и опустил меня. Когда я села на кровать, он сел рядом со мной. Затем он начал гладить мои волосы. Закрыв глаза я наслаждалась его нежными прикосновениями.

Удержавшись, чтобы не заснуть, я спросила Хейнли:

- Как долго ты прятался за моей дверью? Я не слышала никакого шума.

- Хмм, что ж... около пяти минут…

- Пяти минут?

- ...Вообще-то, десяти минут.

- Ты торчал у стены в течение десяти минут!?

Я удивленно широко открыла глаза, услышав его ответ.

Как только я удивленно посмотрела на него, Хейнли отвернулся и убрал руку с моих волос. На этот раз он сжал подушечки моих пальцев и улыбнулся. Затем мы взялись за руки и он спросил:

- Моя королева. Жена. Есть ли что-нибудь, что ты хочешь мне сказать?

- Да, хорошо, что ты спросил.

- Что такое?

- Это насчет Великого князя Капмена.

- …

Выражение лица Хейнли стало серьезным. Казалось, он мгновенно осознал важность моих слов. Я выпрямилась и рассказала ему о сделке с Великим князем Капменом.

- Великий князь Капмен признал свою вину. Взамен я договорилась с ним о включении трех выгодных для нас условий в торговлю между Западной империей и Руибтом.

- Понимаю…

- Ты ведь согласен с моим решением?

- Конечно, согласен.

- Если у тебя есть другие идеи…

- Нет, все и так хорошо…

- Но это твое выражение...?

- Ах. Я просто ожидал, что моя Королева скажет мне кое-что другое.

Когда я сузила глаза, Хейнли быстро добавил:

- Но это также очень важно. Да... Я понимаю, моя Королева.

Хейнли ожидал чего-то другого? Есть ли что-то, что я должна ему сказать?

- Моя Королева, у тебя есть еще что сказать мне?

Судя по его настойчивости в этом вопросе, он, похоже, хотел услышать что-то конкретное. Поскольку я не ответила, Хейнли спросил прямо:

- Хочешь подсказку?

- Да.

- Подсказка… Женатая пара.

После секундного раздумья я поняла его желание.

- Я знаю.

Уголки рта Хейнли слегка приподнялись.

Я сказала ему подождать немного, а затем быстро пошла в свою комнату и принесла список дел, который я составила днем.

- Моя Королева?

Я села обратно на кровать и, передав блокнот Хейнли, с гордостью сказала:

- Я записала все то, что должна буду сделать.

Он ведь это хотел увидеть, верно? Если мы женаты, это не значит, что у нас нет секретов. Однако супружеские пары рассказывают друг другу очень многое. Хейнли, вероятно, хотел именно этого. Однако Хейнли едва пробормотал "Ох..." с горьким выражением лица.

Это было не то, чего он ожидал?

Тогда он добавил:

- Это хороший план работ.

- Тебе скучно?

Мне было весело писать и читать подобные записи, но так ли это было для других людей?

- Жена, это не скучно. Это не скучно, но…

И вдруг его глаза широко открылись, а взгляд сфокусировался на каждом слове в блокноте. Не успела я опомниться, как он уже держал блокнот обеими руками.

Прочитав записи около пяти раз, Хейнли вернул мне их и сказал:

- Это действительно хороший план, жена.

- Но у тебя все то же выражение лица.

- Я приведу тебе помощников и подготовлю рабочий кабинет как можно скорее…

Он никак не отреагировал на мои слова, но я оставила все как есть.

- Спасибо.

- Нет, я думаю, что для моей Королевы будет лучше самой выбрать правильных людей.

Кивнув, Хейнли резко замолчал. Почему он замолчал теперь? Когда я озадаченно посмотрела на него, Хейнли нерешительно сказал:

- Я ничего не написал... Мне нечего показать тебе.

Ах, он подумал, что я для этого дала ему свою тетрадь. Вместо того, чтобы сказать, что я принесла записи не для этого, я проговорила:

- Правда? Я бы с удовольствием почитала бы твои записи.

В противном случае он был бы смущен. К счастью, это сработало. Но в мгновение ока его улыбка исчезла, он закрыл лицо одной рукой и посмотрел вниз. Что с ним не так на этот раз? Взглянув ближе, стало заметно, что он тоже раскраснелся. С чего бы это?

Пока я недоумевала, Хейнли покачал головой и сказал:

- Моя Королева. Первое, о чем ты мне сказала, было очень важным, второе - очень полезным, но я хотел бы услышать от тебя нечто более личное.

- Личное?

Я не поняла, что он имел ввиду. Может быть, он имел в виду, что наши тела скажут сами за себя или что-то в этом роде? Но судя по его лицу, у него не было такого намерения… Итак, он хотел, чтобы я ответила на его признание?

Я немного догадывалась, что имел в виду Хейнли, но покачала головой, делая вид, что ничего не знаю.

- Я не знаю, я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Но вместо того, чтобы спросить что-то еще, Хейнли просто вздохнул, лег на бок и вытянул руку. Проблема была в том, что его рука вторгалась в мое личное пространство. Она лежала прямо на моей подушке. Кроме того, несмотря на то, что я несколько раз посмотрела то на его руку, то ему в лицо, он не отдернул руку.

В конце концов, я сказала ему об этом прямо, пусть и немного смущенно:

- Хейнли, это мое место.

- Что?

Я хотела, чтобы он убрал руку.

- Это мое место.

После того, как я выразительно повторила свои слова, глаза Хейнли расширились, и он медленно убрал руку.

- Если ты хочешь спать, вытянув руки, ложись чуть левее, Хейнли. Кровать достаточно широка для этого.

Осторожно похлопав его по убранной руке, я легла на кровать и погасила свет лампы. Однако, как только в спальне стало темно, я почувствовала легкое дуновение ветра рядом с собой.

- ?

Когда я поинтересовался, что это, Хейнли пожал плечами, поджав губы.

- Хейнли?

Когда я включила лампу и села, Хейнли рассмеялся, как будто не мог больше сдержаться. Вскоре ему удалось успокоиться и искренне извиниться:

- Мне жаль. Я... я просто хотел, чтобы моя Королева спала, используя мою руку как подушку.

- !