18 марта, пятница, 5:21 утра.

Мужчина накинул на себя легкую куртку и вышел в подъезд.

Он спускался по лестнице, пока не оказался на улице, где его встретил ливень — дождь не жалел ни земли, ни прохожих. Он шагал по лужам в сторону местного магазина «24/7», название которого ярко горело на фоне серой утренней дымки.

Он прошмыгнул мимо одиноко стоящего фургона, зашел в магазин и приблизился к стеллажу с алкоголем. Выбрав банку любимого напитка, оплатил покупку и плавно выскользнул обратно на улицу.

Мужчина плелся по мокрому тротуару под первые лучи тихого рассвета. Улица постепенно оживала. Руку холодила банка с алкоголем, так же, как когда-то рука возлюбленной, которую так трепетно согревал. Вглядываясь вдаль, он направлялся к ее дому.

Вдруг его обогнал тот самый фургон, что недавно стоял у магазина. Из окна высунулся парень.

— Слушай! Не знаешь, где ближайший проезд на набережную?

— Набережную?.. Где-то здесь, неподалеку. Я и сам ищу дорогу…

— Ладно, спасибо! — крикнул парень, машина резко газанула и рванула вперед.

Пройдя несколько улиц, мужчина зашел в один из подъездов девятиэтажного дома. Он взбежал на крышу, выбрал место у самого края и, ухмыльнувшись, уставился вдаль. С высоты открывался потрясающий вид на город.

— Свою набережную я уже нашел, — произнес он, открывая банку алкоголя. Потерявшие волю к жизни глаза устремились на утренний туман, что накрыл город, совсем как море.

Наслаждаясь тишиной и спокойствием наступающего рассвета, мужчина сделал несколько глотков прохладного напитка из банки. Следом посмотрел на часы и увидел, что уже 5:45.

— С двадцатилетием тебя, любимая… — с улыбкой прошептал он, вспоминая свою дорогую девушку.

Когда появились первые лучи солнца, он поставил опустевшую банку под ноги и встал на край крыши.

«Жди меня, Судзука, — подумал Ицуко Хиираги, сделав уверенный шаг вперед. — Мы наконец с тобой свидимся…»

Подобно смертнику, привязанному к камню и брошенному в море, он неумолимо полетел вниз. Порывы ветра терзали его волосы, раскаляя нервы до предела.

Вдоль пустынной улицы маячили фонари, их свет постепенно растворялся в утренних лучах, а размытые тени беспечно падали на асфальт и фасады домов. И только далекий гул машин и мелькающий свет фар нарушали тишину оживающего города.

Спустя мгновение послышался глухой удар.

Темнота…

В тишине раздался внутренний голос:

«Я… мертв? Так выглядит смерть? Я ожидал чего-то большего…»

— Эй… Меня слышно? Слышно ведь?.. — до него донесся различимый, но нечеткий женский голос.

«Голос?..» — задумчиво протянул смертник в пустоту.

— Я получу ответ?

— Кто это?

— Кхм-кхм-кхм… Ты меня слышишь? — голос прояснился, обрел приятный женский тембр.

— Да слышу, слышу…

— Привет! Ой, чуть не забыла! — раздался щелчок, и Ицуко очутился в уютной розовой комнатушке.

В центре комнаты удобно расположилась просторная кровать в приглушенных тонах. Напротив нее стоял рабочий стол. На нем лежал включенный планшет с изображением какой-то комнаты на экране. Справа от кровати возвышался массивный шкаф с трельяжем и зеркалом в форме головы зайчика с ушками. Пол во всей комнате выстилал розовый плюшевый ковер. А слева от кровати находилась дверь, рядом с ней и стоял Хиираги. Сбоку от двери было занавешенное окно, за которым виднелась лишь белая пустота.

Перед ним стояла девушка, выглядящая значительно моложе него, в розово-белой плюшевой пижаме с капюшоном, украшенным кроличьими ушками. У нее были янтарные глаза и каштановые волосы, а на лицо ей было лет…одиннадцать? Кто она вообще такая?

— Привет еще раз! — сказала она, привлекая к себе внимание.

— Ты похожа на мою… Кто ты?..

— Как невежливо, хоть бы поздоровался. Ну да ладно. Меня зовут Канаэ Минакава, и я — Бог этой… вселенной. Да… Да, вселенной, — с нерешительностью в голосе пробормотала Богиня.

— И что, будешь решать мою судьбу?

— Думаю, да. Я хочу предложить тебе кое-что интересное, но есть одно условие.

— И какое же?

— Я отправлю тебя в свой мирок, где тебе придется познакомиться с определенными людьми и поддерживать с ними контакт все-все-все время! — ее слова звучали чересчур торжественно. — Ах, да, то самое условие: если ты не будешь поддерживать с ними контакт, то у тебя закончатся жизни.

— Жизни?..

— Ага, всего у тебя их десять. Так что придется постараться, ведь ты пробудешь там с пятнадцати до двадцати пяти лет. Ой, да! И это еще не все! Чтобы тебе было немного проще, у тебя будет специальный интерфейс с полным списком людей, с которыми тебе предстоит общаться.

— А можно я просто умру?

— Чего? Разве ты не хочешь исправить свои ошибки? Сделать то, чего не успел при жизни? Или просто прожить десять счастливых лет?!

— Нет, — отрезал Ицуко.

— Ха-ха… Похоже, суицидников больше брать не стоит. Ты первый из пятисот сорока двух, кто не захотел исправляться, — заметила девушка.

— Не понимаю, о чем ты, но мне это не интересно…

— Ладно уж, удачки, — затихающим голосом сказала она.

— Что? Эй! Подо… — Ицуко почувствовал, как его окутывает яркий свет. Ослепленный резкой вспышкой, он проснулся в незнакомой комнате. — …жди! — вскочил он с кровати, вытянув руку. — Чего? И где я на этот раз?

Ицуко медленно сел на край кровати и внимательно оглядел комнату. Здесь стояли шкаф, комод, компьютерный стол с самим компьютером, кровать, на которой он сидел, и тумбочка с часами, показывающими 7:46. Рядом с часами, теряясь среди царящего вокруг беспорядка, лежал какой-то листок.

На первый взгляд комната казалась ухоженной, но если присмотреться, становилось очевидно, насколько она на самом деле запущена: тут и там мелькали намеки на нерешенные задачи и незаконченные дела. Шаткие стопки нагроможденных друг на друга бумаг грозили обрушиться в любой момент, а слой пыли свидетельствовал о том, что эта комната давно не видела уборки. Словом, в комнате царила атмосфера хаоса и невыполненных задач, скрытая за маской видимого порядка.

— Спасибо, конечно, Боженька, но тебя об этом никто не просил… — начал Хиираги, открывая окно и глядя вниз. — Главное — головой вниз прыгать…

В этот момент за его спиной раздался стук в дверь.

— Э-эй! Братик, вставай! Ты же в школу опоздаешь! — за дверью раздался голос, похожий на детский. Его обладательнице было лет десять-одиннадцать.

Обернувшись, Ицуко замер. Голос девочки показался ему настолько знакомым, что на мгновение он забыл о прыжке.

«Мицури? — вспомнил Хиираги свою младшую сестру. — Нет… Нет, не может быть».

И только собравшись прыгнуть рыбкой прямо на асфальт, как дверь внезапно распахнулась, и в комнату зашла девочка.

— Бра-а-атик! Вставай уже… Что ты делаешь? — резко произнесла она.

— А?! — он мгновенно обернулся к двери. — М-Мицури?.. Это… Это правда ты? — Ицуко спрыгнул с подоконника, подбежал к девочке и схватил ее за плечи.

— Кто же еще? А что ты делал?

Хиираги растерянно смотрел на свою покойную сестру и не мог найти слов, чтобы ответить ей. Она стояла прямо перед ним, улыбаясь и глупо смотря на своего братца.

«Мицури… Я действительно вижу тебя?.. Не может быть. Или это странный предсмертный сон? Ха-ха… Но ведь она стоит прямо передо мной: я смотрю в ее красивые глазки, держу за плечи и даже слышу чертов голос!» — вопросы метались у него в голове, словно пугающие призраки.

— Ладно, братик, тебе уже пора! Я думала, ты спишь, а ты, оказывается, стоишь и в окно смотришь. Давай, собирайся!

— Д-да… Да, хорошо. Я понял, Мицури.

— Если что, Юзу уже наложила тебе завтрак. Пока!

Пока Хиираги собирал свои мысли воедино, девочка в школьной форме и с рюкзаком наперевес побежала вниз по лестнице, оставив брата в состоянии полного шока.

— Ч-что? Нет, стой, погоди!.. — он потянулся рукой вслед за ней, но, сдавшись, сел на пол и закрыл лицо руками.

«Она настоящая… Я увидел ее спустя столько времени. Не верю, не могу в это поверить. Как я вообще выглядел в ее глазах? В окно смотрел… Ага, конечно. Знала бы ты…» — медленно приходя в себя, он встал на ноги.

Ицуко решил прогуляться по комнате, чтобы прояснить свои мысли. Сделав решительный вдох, он принялся активно улаживать хаос, который царил в его голове. Внутренний диалог и поиск ответов заполнили его разум, и Хиираги погрузился в раздумья, пытаясь понять смысл этого «исправления» и всего происходящего. Он беспокойно метался из одного угла комнаты в другой, а все дурные мысли тут же отошли на второй план.

Но внезапно его взгляд упал на листок бумаги с какими-то записями, лежавший на тумбочке.

— Это еще что?

Он взял его в руки и осмотрел: это оказался обычный тетрадный лист с написанными именами каких-то людей, рядом с которыми были указаны проценты:

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u042d\u0440\u0438\u043a\u0430 \u0421\u0430\u0432\u0430\u0440\u0430\u0433\u0438 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "49%"
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u041c\u0438\u0446\u0443\u0440\u0438 \u0425\u0438\u0438\u0440\u0430\u0433\u0438 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "75%"
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u042e\u0437\u0443 \u0425\u0438\u0438\u0440\u0430\u0433\u0438 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "66%"
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0410\u043a\u0430\u0440\u0438 \u041c\u0430\u0446\u0443\u043e\u043a\u0430 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "19%"
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u042d\u0439\u043a\u043e \u0421\u0438\u0442\u0438\u0434\u0437\u0435 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "14%"
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0422\u0430\u0446\u0443\u043c\u0438 \u0410\u0434\u0437\u0443\u0441\u0430\u0433\u0430\u0432\u0430 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "4%"
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u041c\u0438\u043a\u0443 \u0426\u0443\u043a\u0438\u0448\u0438\u043c\u0430 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "17%"
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u0421\u044d\u043d\u0433\u043e \u041d\u0430\u043a\u0430\u044f\u043c\u0430 \u2014 "
},
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "bold"
}
],
"text": "3%"
}
]
}
]
}
]
}

— И что это? Мне с ними знакомиться нужно? Почему здесь только женские имена?.. Я попал в какую-то визуальную новеллу?

Он разглядывал имена, пытаясь понять, какая связь может быть между всеми этими людьми, и почему их проценты так разнятся.

«Может быть, они мои давние знакомые? Или это просто список случайных людей с произвольно заданными процентами?» — подумал Хиираги, стараясь отыскать хоть какую-то логику в написанном на листке.

— Список случайных людей… Стоп, это и есть тот самый интерфейс, о котором говорила Богиня? — он повертел бумажку в руках, осматривая ее со всех сторон. — Я представлял это как-то иначе… Да к черту, — сказал он, свернув листок и бросив его обратно на тумбу. — Думаю, нужно осмотреться. Сейчас это единственный способ найти хоть какие-то ответы.

В этот момент его взгляд случайно упал на календарь, висящий на стене, где красовалась дата: 20 декабря 2016 года.

— Новый год скоро… — прошептал Хиираги. — Бр-р, не это сейчас главное. 2016 год?! Я действительно в прошлом?.. Мне нужно зеркало.

Ицуко распахнул шкаф, но, не найдя там зеркало, решил направиться в коридор. Выйдя из комнаты, он огляделся по сторонам и начал осматривать дом, в котором оказался. Из трех дверей в коридоре его внимание сразу же привлекла правая, на которой была прикреплена самодельная табличка с разноцветной надписью: «Мицури Хиираги». Дверь напротив явно принадлежала некой Юзу, в то время как левая, самая дальняя дверь, вероятно, вела в родительскую комнату.

Заглянув во вторую комнату, он оказался в женской спальне. Преобладающими цветами здесь были пастельные оттенки розового и бежевого. В глаза сразу бросалась гора мягких игрушек на просторной кровати. Напротив нее стоял туалетный столик, заставленный всевозможной косметикой, а рядом с ним — комод. В углу возвышался шкаф. В центре комнаты устроился пушистый ковер, а на стенах висели плакаты с какими-то мужскими j-pop исполнителями.

Подойдя к зеркалу, Ицуко начал внимательно рассматривать пятнадцатилетнего себя.

— И вправду помолодел… Странно, что здесь я в такой хорошей форме, — прошептал парень.

В отличие от того, к чему он привык, сейчас его тело выглядело подтянутым, да и в целом он был в превосходной физической форме.

«Может, это мой умирающий разум играет со мной?»

Ицуко потратил некоторое время, разглядывая себя в зеркале, после чего вышел из комнаты и подошел к следующей двери. Он еще раз внимательно прочитал надпись.

— Это действительно комната Мицури?.. — прошептал он с тревогой в голосе и нерешительно потянулся к дверной ручке. — Нет… Нет, я так не могу.

Отдернув руку, он отступил назад, бросил нерешительный взгляд в сторону дальней комнаты и в растерянности ушел на первый этаж. Спустившись по лестнице, он обнаружил там ванную, гостиную и кухню.

Первым делом он зашел в ванную и вновь встретил свое отражение в зеркале. Недоверчиво взглянув на него, он принялся приводить себя в порядок. Умывшись, почистив зубы и еще раз осмотрев свое отражение, он наконец вышел из ванны.

Когда Ицуко заглянул в очередную комнату, он обнаружил, что это обыкновенная кухня, где были кухонный гарнитур с холодильником и большим столом, вокруг которого стояли пять стульев. Но его взор сразу же пал на одинокий завтрак, приготовленный специально для него.

— Точно, завтрак. Что там Мицури сказала? Юзу… Спасибо тебе, Юзу, кем бы ты ни была, — пробормотал себе под нос Ицуко, усаживаясь за стол. Перед ним была скромная порция риса.

— Остыло… Но, боже, как же это вкусно! — воскликнул Хиираги, начиная уплетать порцию.

Не прошло и мгновения, как он съел все до последнего зернышка.

— Как же я соскучился по домашней еде, съел бы еще столько же…  — сказал он, вставая и убирая за собой посуду.

Недолго думая, он направился обратно в комнату.

— В школу, значит, нужно… Я же ее окончил лет шесть назад. Куда опять-то? — ворчал Ицуко, заходя в комнату. — Нужно ли мне это?..

Часы показывали 8:12. Глубоко вздохнув, он открыл шкаф и осмотрел его содержимое. Там висела уйма разной одежды, среди которой была и школьная форма, которую он извлек.

«Твоя взяла, Канаэ… Но это ничего не меняет. Я все равно спрыгну с крыши, если захочу!»

С этими мыслями Хиираги начал одеваться. Он медленно заправил рубашку в брюки, лениво застегнул каждую пуговицу, а затем напялил пиджак. Одевшись, он вернулся в соседнюю комнату и взглянул на себя в зеркало.

— Да уж, Ицуко, как же низко ты пал. Буквально, — проговорил он, поправляя воротник рубашки.

Вернувшись к себе, он взял сумку с листком и направился к входной двери.

— Лишь бы не заблудиться по пути. Кстати, в какую сторону мне вообще нужно?

Перед тем как выйти, Ицуко еще раз пробежался глазами по списку с именами. Уткнувшись носом в листок, он открыл дверь и шагнул за порог дома, а подняв глаза, с удивлением обнаружил девушку, стоящую прямо перед его домом. Ее сдвинутые брови и надутые щеки говорили о том, что ждала она достаточно долго, и чаша терпения вот-вот переполнится.

Это была необычайно красивая девушка в школьной форме, сшитой точно по фигуре. Гладкие, аккуратно уложенные каштановые волосы мягко покачивались на ветру, а надутые в недовольстве розоватые губы ярко выделялись на фоне фарфоровой кожи лица. Таких, как она, часто можно увидеть на страницах глянцевых журналов. Даже блестящая туфелька на ноге, нервно постукивающей по асфальту, выглядела стильно.

Скучающий взгляд девушки был направлен на дальний конец улицы, но когда в дверях показался Хиираги, она взмахнула ресницами и тут же уставилась на виновника ожидания своими голубыми глазами, прожигая Ицуко всем накопившимся гневом.

— Опять опаздываешь? — неодобрительно протянула она, скрестив руки на груди.

Прежде чем что-то сказать, Ицуко еще раз взглянул на листок.

«И что я надеялся здесь увидеть?» — подумал он, опуская листок, и тут же прямо спросил у нее:

— А ты кто?