Когда мы прилетели, я разбудил маму, и мы вместе спустились с самолёта. Стоит снова подметить реалистичность сноведения: моё тело затекло во время полёта. Интересно, связано ли это с моим местом для сна… Надеюсь, я не сплю сейчас где-нибудь рядом с бомжами.

Молясь Богу, чтобы не проснуться в какой-нибудь трущобе, мы с мамой забрали багаж и направились в ближайший фастфуд, который она хорошо знала, чтобы немного перекусить. Всё-таки перелёт занял довольно много времени, и мы оба проголодались.

Заказав еду, мы тут же накинулись на неё, словно это была последняя битва.

Это был самый вкусный воображаемый гамбургер, который я когда-либо ел.

Но меня всё никак не отпускает мысль: почему мои чувства такие острые и настоящие?

Вот вам вопрос: разве во сне можно чувствовать такой сильный голод или, например, боль в какой-то части тела и при этом не проснуться? Даже если нет, я всё равно умудрился стукнуться о стул, когда садился (да, в детстве я был немного неуклюжим). Боль была, но я не проснулся. Странно...

Впрочем, какая разница? Все последние сны, что снились мне о прошлом, были настоящими кошмарами. Я просыпался в поту. А этот… вроде бы хороший. Так что, думаю, можно ещё немного им насладится, верно?

Когда мы полностью «уничтожили» еду, мама заказала такси, и мы отправились к поезду, который должен был отвезти нас в Мияги, её родной дом.

Улицы Токио казались эфемерными и совершенно непохожими на улицы Монцы.

Хотя я был здесь раньше, ощущения остались прежними, то же юношеское восхищение высотками, яркими разноцветными баннерами и атмосферой большого города заставляло моё сердце биться быстрее.

Интересно, думали ли когда-то легендарные личности вроде Нобунаги, Мурамасы или Миямото, что их родина превратится из бедной деревенской страны в огромный мегаполис?

Сомневаюсь. Хотя, думаю, они точно не ожидали, что страну заполонит такая «болезнь», как аниме. Не сказал бы, что отаку в Японии так уж много, но именно японцы стали родоначальниками этой культуры, так что винить есть кого.

— Ну как тебе Япония? Красиво? Круто? Отличается от Италии, да? — пока я наслаждался видами, сидящая рядом со мной женщина засыпала меня вопросами.

— Да, отличается, — ответил я, не отрывая взгляда от окна. — Не только языком, климатом и валютой, но и культурой, и людьми. Япония — воистину прекрасная страна.

— Вот уж не ожидала от тебя таких слов. Я думала, ты скажешь что-то вроде: «Норм, но в Италии было лучше» или просто отбрехаешься «Не знаю», как обычно.

— Времена меняются, как и наше восприятие. Кто-то начинает слушать тяжёлый рок, хотя раньше фанател от к-попа. Кто-то увлекается шахматами, хотя раньше матерился, играя в CS:GO, это нормально, — ответил я на её провокацию.

— …Слушай, ты точно мой сын? Или какой-то доппельгангер, который подменил настоящего Рю, пока я спала в самолёте? А ну снимай маску, жалкий клон! — и с этими словами мама начала тянуть меня за щёки, будто пытаясь «снять маску».

— Ай! Это больно! Ты чего творишь?! — сказал я, вырываясь из её железной хватки.

«Больно! Как я не проснулся от такой боли? Это точно сон?» — мысленно выругался я, потирая щёки и косясь на маму.

— Настоящий Рю точно бы не заговорил философски после моей провокации. Он бы надулся или ляпнул что-то токсичное, но точно не так! — пробормотала она, отвечая на мой немой вопрос.

Спорить не буду, в детстве я бы именно так и ответил. Но теперь у меня разум 35-летнего мужика. Получается, чуть младше неё… можно сказать.

— Эм, простите, что вмешиваюсь, но не могли бы вы говорить немного тише? Вы мешаете мне вести, — вмешался таксист.

— Д-да, извините, мы немного увлеклись, — тут же сказала мама, и я сразу поддержал:

— Простите за грубость, сэр.

— Всё нормально. Просто постарайтесь быть потише, — с понимающей улыбкой ответил водитель.

Я подумал, что теперь нас ждёт тихая поездка… но не тут-то было.

— Рю, а давно ты умеешь говорить по-японски? — вдруг спросила мама.

«Ах да. На момент сна я только прилетел сюда и толком не знал языка, так что вопрос вполне логичный».

Я постарался дать более-менее правдоподобный ответ:

— Недавно. После того как ты сказала, что мы уезжаем, я начал учить и выучил пару слов, — сказал я, опираясь на текущие обстоятельства.

Ну не говорить же ей, что я выучил японский (и пару других языков) во время наёмнических миссий?

— Эй, мам, я вообще-то выучил языки, когда отправлял людей на тот свет. Круто, да?

Да кому это надо?

— И сколько слов ты знаешь?

— Кто знает? — ответил я нарочито ломаным японским, чтобы сильно не палиться.

— Ха? Что это за ответ? А ну говори мне сво...

— Кхм-кхм.

— Простите… — сразу затихла мама после замечания таксиста.

Боже, она как ребёнок. Хотя, стоит признать, в ответственные моменты она ведёт себя как взрослый.

— У меня всё ещё есть акцент… Надеюсь, ты поможешь мне с ним справиться? — спросил я, подбадривая её.

— Конечно! У тебя будет достаточно времени. Мы с твоей бабушкой обязательно сделаем из тебя настоящего японца!

— Жду не дождусь, — ответил я с улыбкой.

Но вдруг я почувствовал, как глаза начинают медленно закрываться.

«Похоже, я всё-таки просыпаюсь… Эх, жаль, хотелось бы подольше насладиться этим сладким сном».

— Хочешь спать? Логично, перелёт был долгим, организму нужен отдых. Можешь поспать немного, пока мы не приедем, — мягко сказала мама, заметив, что я почти отключился.

«Как не хочется просыпаться… Но что поделать. Спасибо хотя бы за это».

Я положил голову ей на плечо и тихо сказал:

— Спасибо за всё. Я давно не чувствовал таких тёплых эмоций. Прости, что не помог тебе в трудные моменты. Я ужасный сын. Пока, мам. Я люблю тебя…

— Боже, ты точно смотришь слишком много аниме… — услышал я её дрожащий голос, пока она гладила меня по голове.

И тут мой разум окончательно улетел куда-то в небеса…

Через несколько минут…

— Рю, просыпайся. Мы приехали.

— Ч-что?...