Первое, что сделал Артур, оказавшись в своем Индивидуальном Пространстве — откусил большой кусок от одного из своих фиолетовых яблок. Он знал, что это будет довольно напряженно. Умственная усталость уже незаметно подкралась к нему после последней сессии учебы... когда это было? Два часа назад в реальном времени? Меньше? Он не был уверен, и это тоже было небольшим сигналом.

Борьба за свою жизнь с волнами сквернорожденных тоже не особо расслабляла.

У него не было выбора. Это был их единственный, лучший шанс получить преимущество. Он лишь надеялся, что ему понадобится не так много времени, чтобы пробежаться по книгам про зачарование.

Схватив первую, он с жадностью начал ее читать. Как и в других книгах, язык был... странным. Устаревшим. Попытки понять значение некоторых слов по контексту замедляли чтение.

Но он продолжал упорствовать, сосредоточившись на том, чтобы как можно быстрее пролистывать страницу за страницей. Его Эйдетическая память помогала наверстать упущенное. И хотя ему казалось, что он лишь бегло просматривает текст, когда у него выдавалась свободная секунда, чтобы обдумать прочитанное... он довольно хорошо все помнил. Это было так же просто, как подойти к книжному шкафу и открыть нужную страницу.

Было приятно просто сидеть и читать, даже несмотря на то, что его тело находилось в другом месте. Артур не привык сражаться, и это дало ему передышку.

Он вспомнил принца Мариона. Ему больше всего хотелось бы почитать хорошую книгу, заранее не зная, о чем она, благодаря проблемной части карты времени.

Артур на секунду задумался о том, что случилось с Марионом. Но только на секунду. Хотя в этом месте не было времени... у него все равно не было лишнего времени.

Наконец он добрался до первого старинного фолианта, который дал ему хорошее представления об основах зачарования. По крайней мере, о том, каким оно было в то время, когда была написана книга. А судя по обложке, это было несколько сотен лет назад.

Он не получил за это навык, но подозревал, что был в шаге от этого. Нужно всего лишь несколько физических попыток. Скорее всего, благодаря книгам он получит навык на более высоком уровне, чем начальный 3-ий. Отложив первую книгу, он взял следующую и начал читать.

Он одолел половину, прежде чем почувствовал себя... если не компетентным, то, по крайней мере, уверенным в том, что хорошо разбирается в основах. Новые знания витали на периферии его восприятия, готовые превратиться в настоящий навык, как только он начнет их применять.

Но он начал чувствовать напряжение из-за впихивания таких объемов информации в свой мозг. Яблоко, блокирующее психическую боль, помогало, но это была лишь повязка на стремительно ухудшающейся ране.

Собрав обе книги, он вернулся в реальный мир.

Для него прошли часы, а для всех остальных — меньше, чем мгновение. Рот Крессиды был приоткрыт, словно она собиралась что-то сказать, но Артур, хоть убей, не мог вспомнить, о чем был разговор.

Покачав головой, он повернулся и бросил книги Бриксаби, который едва успел подхватить их когтями. Крылья дракона сердито зажужжали, удерживая его в воздухе с дополнительным грузом.

«Прочти это и скажи, что ты думаешь» — сказал Артур.

Казалось, что Бриксаби мигнул прямо перед его глазами. В один момент он едва удерживает книги и выглядит раздраженным. А в следующий книги исчезают, переместившись в его Индивидуальное Пространство, а Бриксаби выглядит... задумчивым. И еще слегка недовольным.

«Нам нужно больше карт» — сказал Бриксаби.

«Я знаю» — вздохнул Артур. «Разве нам не постоянно нужно больше карт?»

Крессида переводила взгляд с Артура на Бриксаби. «Погодите, что только что произошло?»

«Мы освоили основы зачарования» — сказал Бриксаби. «Постарайся не отставать».

Артур бросил на него укоризненный взгляд. «Эти книги старые и, как я подозреваю... устаревшие. Не думаю, что они оставили на полке самые лучшие и современные книги, чтобы их мог взять кто угодно».

Джой оживилась. «Значит, теперь вы зачарователи? Постойте, разве для этого не нужны специальные карты? Например, чтобы стать столяром, нужна карта столяра?»

«Что ты знаешь о деревообработке?» — с любопытством спросил Бриксаби.

Артур вмешался, прежде чем они успели увязнуть в этой теме. У них было мало времени. «И да, и нет. На самом деле, чтобы научиться навыку, карта не нужна. Но... она помогает. Например, тот, у кого есть карта столяра, почти всегда превзойдет того, у кого ее нет. С зачарованием работает так же. Технически» — он подчеркнул это слово — «зачаровывать может каждый. Это работа с рунами. Это не то же самое, что алхимия, где для активации ингредиентов нужна специальная карта».

В любом случае, Джой, казалось, наполнилась энтузиазмом. «Отлично! Тогда вы можете зачаровать одну из тех сетей. Мы затолкаем в них сквернорожденных, и они исчезнут. Тогда следующие несколько волн будут совсем простыми...»

«Те сети были шедеврами» — сказал Артур. «Мы с Бриксаби узнали из книг только основы».

«Я чувствую уверенность в том, что смогу зачаровывать простые предметы» — сказал Бриксаби — «хотя это не принесет нам большой пользы».

«Почему нет?» — спросила Крессида.

Артур вздохнул. «Это были книги для начинающих, в которых приводились базовые зачарования с рунами, призванные связать предмет с силой карты».

«Как карточный якорь» — нетерпеливо сказала Крессида, глядя на умирающего сквернорожденного.

«Именно» — кивнул Артур. «Только, поскольку мы с Бриксаби новички, я думаю, мы сможем привязать только часть аспекта карты к объекту. Например, если мы используем мою карту Фазового Сдвига...»

«Ни за что» — рявкнул Бриксаби так громко, что Крессида и Артур вздрогнули.

Джой лишь удивленно посмотрела на темного дракона.

Артур жестом остановил его. «Это всего лишь пример. Но если бы я использовал эту карту, нам, скорее всего, удалось бы наложить зачарование только одного ее аспекта. Например, становление бесплотным. И она бы точно имела те же ограничения, что и базовая карта. То есть действовала бы всего 10 секунд в час».

«А какая от этого польза?» — спросила Джой.

Артур пожал плечами. «Ты делаешь меч бесплотным, вонзаешь его во врага, отменяешь зачарование, что фактически вновь делает его материальным. И теперь у твоего врага застрявший в груди меч. Это не нанесет такой же урон, как прямой удар, но если меч пронзит что-то жизненно важное...»

«Что-то вроде головы!» — с энтузиазмом воскликнула Джой. «Мне нравится. Давайте сделаем так».

«Это не имеет значения» — Бриксаби попытался скрестить руки на груди, видимо, копируя позу, которую он видел у Артура и Крессиды. К сожалению, драконьи локти были немного жестче человеческих, а грудь слишком широкой, чтобы на ней умещались и мышцы крыльев. Это выглядело так, словно он обнимает себя. «Не может быть и речи о том, чтобы Артур использовал эту карту».

«Есть какая-то загвоздка, о которой вы нам не рассказали, не так ли?» — спросила Крессида.

Артур кивнул. «Мы с Бриксаби никогда раньше этого не делали, и в книгах снова и снова подчеркивается, что есть высокий риск, небрежное зачарование с высоким шансом разрушит карту. Особенно в руках новичков».

«И вы с Бриксаби соединены каждой картой в вашей сердечной колоде, не так ли?» — спросила Крессида. Это был не вопрос.

«Да» — подтвердил Бриксаби. Хитрый взгляд пересек его лицо. «Но вы с Джой нет, верно?»

«Ты не возьмешь ничего из ее сердца!» — огрызнулась Джой с неожиданной яростью.

Крессида добавила, сразу вслед за ее словами: «Ядра Джой все еще слишком нестабильны, чтобы что-то из них забирать. Но... Мы с Джой связаны только через ее карту квеста и нашу связанную карту. Мы никогда не связывали ее с моей картой призыва пламени или с моей картой щита».

«Крессида…» — заскулила Джой.

Крессида подняла руку. «Дорогая, нам нужна карта».

Артуру тоже не понравилась эта идея. «Крессида, ты можешь спрятаться в моем Индивидуальном Пространстве. Время там для тебя не будет идти, так что ты не восстановишь ману и не отдохнешь, но, по крайней мере, ты будешь в безопасности, и уменьшишь нагрузку Джой, если ей придется таскать меня вокруг».

«Я не собираюсь отсиживаться в стороне во время битвы» — сказала Крессида — «и не оставлю Джой сражаться в одиночку. Так, что будет лучше? Моя карта призыва пламени? Или моя карта щита?»

Артур хотел возразить. Он знал, что должен был это сделать. Просто... у него не было других идей. Она была единственной, кто мог пожертвовать картой.

Драконы были слишком молоды, их ядра еще не стабилизировались. А единственная боевая карта Артура была в его сердце... и она была связана с Бриксаби.

Это должна была быть Крессида.

«Не карта щита» — сказал Бриксаби — «эта штука должна использоваться в качестве оружия. Не чего-то защитного».

«Да, но ее карта огненного медведя не идеальна» — сказал Артур. «Это что-то, что, просто ... призовет целую кучу огненных медведей? Я знаю, что это мощная карта, потому что она Редкая, но я не могу себе представить, как это будет работать». Все, о чем он мог думать, была уменьшенная версия медведей Крессиды — милые, согревающие игрушечные мишки. Это было бы менее чем полезно.

«Ты не можешь?» — фыркнул Бриксаби. «Ну, ты же не провел последние несколько недель, интенсивно занимаясь ремеслом». Он прижал лапу к груди. «А я провел. Дай я это сделаю».

Они были пугающе близки к решению... которое было каким угодно, но не идеальным.

Артур посмотрел на Крессиду. «Ты уверена? Есть все шансы, что это уничтожит твою карту».

Крессида колебалась, и Джой испуганно прошептала: «Эта карта из твоего сердца...»

Крессида расправила плечи и, выглядела так, словно собралась с духом. «Я могу с этим справится». Затем она опустила ворот на несколько сантиметров и потянулась за картой.

Это было очень вовремя, потому что умирающий сквернорожденный только что испустил последний вздох и начал распадаться. До следующей волны оставалось совсем немного.

Крессида поморщилась, когда карта выскользнула. Некоторые люди плакали, когда теряли карту из сердца. Некоторые падали в обморок. Некоторые переносили это стоически.

С решительным выражением лица она протянула карту Бриксаби.

Бриксаби, казалось, сверкнул, войдя в свое Индивидуальное Пространство. Он вернулся лишь мгновение спустя, его чешуя потускнела и приобрела сероватый оттенок из-за накатывающего истощения. Но его выражение было триумфальным.

В когтях он держал четыре металлических прута длиной с предплечье Артура, с выгравированными светящимися оранжевыми рунами.

«Ты сделал это» — выдохнул Артур.

«Конечно, сделал» — с гордостью ответил Бриксаби. «Ты во мне сомневался?»

Артур мудро покачал головой. «А карта?»

Казалось, все затаили дыхание, когда Бриксаби достал карту Крессиды. Она была целой, без каких-либо отметин. Крессида выхватила ее и со стоном облегчения вернула в свою сердечную колоду.

«Как новенькая» — сказала она.

«Разумеется» — ответил Бриксаби, но тут же засомневался — «но некоторые результаты были... неоднозначными».

«Эй, ребята» — сказала Джой — «мне кажется, что сквернорожденный распадается быстрее, чем раньше. Он уже почти исчез».

Все обернулись. У Артура замерло сердце, когда он понял, что она права. Последние частички сквернорожденного растворялись в воздухе.

И, как по сигналу, из леса донесся жуткий свист.

Начиналась шестая волна.