Я спросил парня, который тащил Ян Хэ Чжо:

— Он жив хоть?

— Дышит.

— Да? А то чуть не стал тем, кто помер от одной пощечины.

— ...

Я спросил о том, что меня интересовало:

— Почему секта называется Мансан? Это то самое «Мансан», которое означает «всё сущее в мире»?

— Я не знаю.

Я огляделся по сторонам и сказал:

— Да что вы вообще знаете? Драться толком не умеете, совести, чтобы честно зарабатывать на хлеб, у вас тоже нет. На вид вы все мои ровесники. Состоите в какой-то паршивой местной банде и трясете деньги с работяг.

— ...

— Вы ведь из секты Мансан, так что за свои косяки особо не паритесь, да?

Пока мы шли, я прессовал этих бандитов, и они молча слушали мои нотации. Некоторые из них бросали на меня косые взгляды.

— Что? Взыграло мужское достоинство от того, что вас называют никчемными? Если не можете терпеть — давайте подерёмся. Нет желающих? Что за Чёрная Фракция пошла? У вас тут даже конкурентов нет?

— Есть.

— И где они?

— У северных ворот — Секта Бёкрик, а у восточных — Союз Небесного Орла.

— И вы не воюете?

— В последнее время нет. Территории поделены.

— Какая мирная Чёрная Фракция. Живете душа в душу, довольствуясь тем, что выжимаете соки из торговцев в своих районах. Видимо, торговля здесь процветает. И вы типа их защищаете. Только вот не пойму, от чего именно.

За разговорами мы дошли до секты Мансан.

Парень, тащивший Ян Хэ Чжо, спросил меня:

— Входим?

— Открывай.

За забором слышалась расслабленная музыка и смех. Охраны у ворот не было, так что я вошел в секту вместе с прихвостнями. Всюду горели огни, а в главном здании на втором этаже были видны тени танцующих людей.

Вино, танцовщицы, музыка — вечер был в самом разгаре.

Они жили настолько припеваючи, что даже я на мгновение растерялся. Пройдя немного за подчиненными Ян Хэ Чжо, я внезапно подпрыгнул, проломил бумажное окно на втором этаже и эффектно вошел внутрь.

Две танцовщицы с коротким вскриком замерли.

Мужчины, сидевшие по обе стороны зала, вскочили со своих мест. Человек, сидевший в самом центре, поднял руку, и музыка стихла.

Я уставился на мужчину, который, по всей видимости, и был главой секты Мансан.

— Глава Мансан?

Когда люди, стоявшие по бокам, выхватили мечи, глава снова махнул рукой и произнес:

— Всем сесть. Кто вы такой и почему явились столь бесцеремонно?

Пока я шел сюда, меня немного клонило в сон, но, увидев главу секты Мансан, я мгновенно протрезвел. Я ожидал увидеть типичного главаря местной банды, но на меня смотрел тертый калач, явно прошедший через огонь и воду.

Я представился кратко:

— Глава секты Хао.

— Так вы и есть глава секты Хао. Я много о вас слышал. Принесите гостю стул, а танцовщицы пусть уйдут.

Перед местом, откуда я мог смотреть прямо на главу, поставили маленький столик, и девушки поспешно скрылись.

Глава секты Мансан произнес:

— Сколько ни думаю, не припомню, чтобы я чем-то обидел главу Хао. Почему же вы врываетесь, ломая мои окна?

Мои глаза невольно округлились.

Ого? А это что-то новенькое.

Он был ненамного старше меня, но это был первый за долгое время достойный представитель Чёрной Фракции, так что я присел за столик.

Снизу кто-то прибежал и доложил одному из помощников в конце зала. Тот, в свою очередь, передал слова главе:

— Господин глава, командир Ян Хэ Чжо получил пощечину от главы Хао и потерял сознание. До сих пор не пришел в себя.

Глава секты Мансан кивнул.

— Понятно. Видимо, командир Ян совершил ошибку.

Глава посмотрел на меня и представился первым:

— Меня зовут Суну Джин. За что же командир Ян удостоился пощечины от столь прославленного главы Хао?

В его вопросе не было ни капли враждебности.

— Я представился травником, и он позарился на мой мешок.

Я ответил небрежно, а сам принялся изучать обстановку: длинный меч на стене, картины, форму столов и стульев, общую цветовую гамму, лица подчиненных и общую атмосферу. Затем я спросил:

— Глава, вы из военных?

Некоторые из его помощников выглядели необычно для бандитов, да и сам Суну Джин тоже. Фамилия Суну встречалась редко. Похоже, эта группировка выросла из одного клана.

Глава секты Мансан кивнул.

— Мои предки когда-то служили государству.

— И почему же потомок генеральского рода возглавляет банду Чёрной Фракции?

— Тот самый предок был проигравшим генералом. Ему отрезали нос, уши и пальцы, выставили на позор, и так он и умер. После этого путь к карьере для семьи был закрыт. Мы не были семьей изменников, но на нас обрушилось столько же презрения и насмешек, сколько и на предателей. Так мы и оказались здесь. Я ответил на ваш вопрос?

— Понятно.

— Я слышал, что вы дружны с Лидером Альянса Мурим и не тушуетесь перед Лидером Альянса Равных Небу. Ваше мастерство наверняка выдающееся. За ошибку подчиненного я приношу извинения лично. Чего вы хотите?

Как и подобает лидеру Чёрной Фракции, он перешел сразу к делу.

— Со скольких заведений вы собираете дань?

Суну Джин кивнул, словно уловив суть разговора.

— В общей сложности их больше сотни.

— И на что идут эти деньги?

— Стены города давно исчезли, но это место изначально называлось Максон (Крепость). Весь этот район платил дань Союзу Небесного Орла. Я немного потеснил их и теперь беру с торговцев на моей территории лишь половину того, что они платили раньше. Здесь всегда было много бездельников, я собрал их и кормлю, а на одни лишь семейные деньги содержать такую ораву невозможно.

— А если не брать дань?

— Тогда мне придется выгнать многих из секты Мансан. И нам в одиночку придется противостоять Секте Бёкрик и Союзу Небесного Орла. Я еще не решил, готов ли я к этому.

— Какова репутация Бёкрик и Небесного Орла?

— Такая же, как и у нас. Как вы и сказали — Чёрная Фракция.

— Занимаетесь ли вы грязными делами, переходящими черту?

— Мы — нет.

Я внимательно осмотрел Суну Джина.

Он был умен и отвечал на мои короткие вопросы точно и по существу. Он не был настолько безрассуден, чтобы сразу бросаться на меня, и явно предпочитал решать вопросы миром.

При этом он не выглядел слабаком. Один только меч на стене был настолько тяжелым, что обычный человек не смог бы им даже взмахнуть.

Конечно, человека нужно узнавать долго.

Но мое решение принять местных торговцев в секту Хао теперь столкнулось с вопросом: а не принять ли в секту Хао саму секту Мансан?

Я не могу внезапно поселиться в районе Максон. С точки зрения эффективности, будет лучше, если Суну Джин примет мою сторону.

До этого момента его подчиненные не проронили ни слова.

Суну Джин спросил:

— Могу я предложить вам вина или чая? К слову, я не использую яд даже против врагов. Такова семейная традиция.

— Тогда дуканского вина.

— Принесите дуканского.

После его слов в коридоре послышались шаги. Если там будет яд, я просто заморожу вино и швырну его в Суну Джина. Я думал, его люди будут молчать до конца, но человек слева от главы произнес:

— Говорят, глава Хао сражался с самим Демоническим Культом. Вы слышали об этом?

Суну Джин кивнул.

— Я знаю.

В этот момент кто-то поднялся по лестнице и доложил главе:

— Командир Ян пришел в себя и хочет принести извинения. Что прикажете?

— Пусть войдет.

— Слушаюсь.

Вскоре вошел Ян Хэ Чжо с распухшей щекой и опустился на колени поодаль.

— Господин глава, простите меня.

Суну Джин спросил:

— В чем ты провинился перед главой Хао? Щека сильно распухла. Я всё равно расспрошу остальных, так что не пытайся оправдаться.

Ян Хэ Чжо ответил:

— ...Ну, в общем, в гостинице Золотой журавль я принял его за травника и позвал...

— Позвал и что?

— Хотел посмотреть, что у него в мешке.

Внезапно лицо Суну Джина покраснело от гнева, и он бросил Ян Хэ Чжо:

— Извинись перед главой Хао и жди снаружи.

— Слушаюсь.

Ян Хэ Чжо посмотрел на меня и склонил голову.

— Простите меня, господин глава.

Я посмотрел на него.

— Воин Ян.

— Да.

— Это ты приложил руку к ценникам в Золотом журавле?

Ян Хэ Чжо от неожиданности не смог вымолвить ни слова. Тогда один из помощников встал, схватил его за шкирку и потащил вон. С лестницы послышался грохот, после чего помощник, откашлявшись, вернулся на место. Видимо, он просто спустил его с лестницы.

Суну Джин произнес:

— Я здесь тоже человек пришлый, поэтому общение с торговцами доверил местным, и это было моим упущением.

Тем временем на столик поставили дуканское вино и чарки.

Один из людей, сидевших посередине, внезапно извинился перед Суну Джином:

— Простите, господин глава.

— Помолчи.

Видимо, это был непосредственный начальник Ян Хэ Чжо.

Я спросил Суну Джина:

— Если Мансан, Бёкрик и Небесный Орел договорятся и перестанут собирать дань, вы все умрете с голоду?

— Нет.

— Тогда давайте так и сделаем.

— Чтобы хотя бы обсудить это, нужно собраться в павильоне «Водная Луна» в центре Максона. Но еще ни разу наши встречи там не обходились без драки. Бывало, они даже нанимали мастеров еретического пути, чтобы напасть на меня. Так что обычно мы собираемся только тогда, когда одна сторона открыто хочет убить лидера другой, и та готова принять вызов.

Я кивнул.

— Глава Мансан.

— Слушаю.

— В последнее время я перебил немало врагов Мурима, и мне полагается за это огромная награда.

— Хм.

— Этой суммы хватит, чтобы основать здесь небольшой филиал Альянса Мурим. Передай остальным, что глава Хао хочет их видеть. Пусть выбирают: либо здесь будет филиал Альянса Мурим, либо филиал секты Хао.

Помощники разом уставились на меня.

— К слову, я не раз помогал Альянсу Мурим, но до сих пор не просил ничего взамен, так что Лидер Альянса отнесется к моей просьбе серьезно. Им будет накладно управлять филиалом так далеко от центра, но если я предложу свою помощь, они согласятся.

Я посмотрел на Суну Джина.

— Зная характер Лидера Альянса Им, он сначала переловит и засадит за решетку лидеров всех трех банд, а потом уже начнет дела. Так что скажи им собраться в павильоне «Водная Луна». Какова моя репутация в Канхо в последнее время? Я редко предлагаю решать вопросы миром. Для меня что Южный Альянс Зелёного Леса, что ваша местная Чёрная Фракция — всё едино. Давайте договоримся, пока есть возможность. Что скажете?

Суну Джин пристально посмотрел на меня и спросил:

— А если лидеры двух других банд на словах согласятся, а как только вы уедете — возьмутся за старое?

Я усмехнулся его словам.

— Это будет очень странно. Ты хочешь сказать, что они готовы расстаться с жизнью ради этих грошей? Неужели они всерьез думают, что деньги, заработанные торговцами, принадлежат им? Деньги, полученные за еду или товары — с чего бы им быть вашими? В Поднебесной слишком много банд Чёрной Фракции, я не могу перебить их всех. Но иногда должен появляться кто-то вроде меня. Я постепенно научу вас, что отнимать чужие деньги — это не норма. Но когда вы это поймете, будет уже поздно — вы будете при смерти.

— ...

— Я человек занятой. Передай им, чтобы явились в павильон «Водная Луна». Не придут — я сам к ним заявлюсь. Все бандиты ведь поздно ложатся, верно? Или я ошибаюсь? Я всегда думал, что Чёрная Фракция потому и «чёрная», что по ночам не спит.

Только тогда я налил себе дуканского вина.

Вино с тихим журчанием полилось в чарку и... мгновенно замерзло. Я отломил острый ледяной шип из вина и протянул его помощнику в конце зала.

Тот в замешательстве принял ледышку.

Я сказал ему:

— Соси. Откуда мне знать, есть там яд или нет?

Помощник тихо вздохнул и принялся сосать ледяное вино, как леденец. Видимо, ему понравилось, потому что он с округлившимися глазами причмокивал льдинкой, а потом сказал мне:

— Яда нет. Господин глава, пейте спокойно.

Я растопил замерзшее вино в бутылке с помощью Адской Длани, и оно снова полилось. Наблюдая за этим, Суну Джин сказал помощнику:

— Подготовь письма.

— Слушаюсь.

— Передай, чтобы через час все собрались в павильоне «Водная Луна» для срочного обсуждения. Тем, кто не явится, передай: секта Хао и секта Мансан объединятся и уничтожат их. Напиши, что глава Хао лично прибыл сюда. Остальное гонцы пусть передадут на словах. И обязательно упомяните о возможном создании филиала Альянса Мурим.

— Будет сделано.

Даже если я стану невероятно сильным, такие дела нельзя оставлять без внимания. В конце концов, я изучал боевые искусства именно для того, чтобы пресекать подобный беспредел. Мою гостиницу сожгли, и мне было так обидно, что я не мог спокойно смотреть, как другие проходят через то же самое.

Я спросил Суну Джина, который всё это время вел себя на удивление спокойно:

— Кстати, глава, ты примерно видишь мой уровень?

— Точно сказать не могу.

— Тогда почему ты так охотно идешь на сотрудничество?

— Среди Чёрной Фракции на юге принято не конфликтовать с теми, кто осмелился перечить Лидеру Альянса Равных Небу. И вы — самый яркий тому пример.

Я покачал головой.

— «Осмелился перечить»? Это спорное утверждение. Ты слишком принижаешь меня. Я не подчиненный Лидера Альянса Равных Небу.

— Прошу прощения, я выразился неточно.

— И как же ты это исправишь?

— Просветите меня.

— Передай всем бандам, которых встретишь: я в одиночку ворвался в Альянс Равных Небу. И пока я сражался с их лидером, вмешался глава Союза Нищих и выступил посредником, поэтому бой прекратился. «Перечил»? Мне это неприятно слышать.

Я человек злопамятный, поэтому поправил слова главы Мансан.

— И не вздумай приписывать себе союз со мной. Я и один могу вырезать Бёкрик и Небесного Орла. Они что, мастера уровня Лидера Альянса? Нет же.

— Вы правы.

Только тогда я с подозрением осмотрел вино, но так и не притронулся к нему. Вместо этого я еще раз припугнул бандитов:

— В общем, про самых никчемных из вас я пущу слух, что они — названые братья главы Хао. И что тогда будет?

Суну Джин и его люди, видимо, не поняли шутки и молча уставились на меня.

Я сам дал ответ:

— Вас убьет Демонический Культ.

Я рассмеялся в одиночестве, глядя на их серьезные лица.

— Давайте жить дружно.

Никто мне не ответил.