* * *

* *

*

— Если вы выйдете из этого переулка, то наткнетесь на главную оперативную базу поисковой группы, леди Гефест.

Белл и Гефест сейчас стояли в темной щели между двумя зданиями недалеко от центра Орарио.

Теперь Гефест была в полной безопасности.

Хотя ее семья и союзники находились всего в нескольких шагах от нее, ей не хотелось уходить.

«Я не хочу, чтобы это закончилось».

Впервые испытав муки любви, богиня утратила облик серьезной деловой женщины, теперь это была просто влюбленная девушка.

«Есть ли какой-нибудь способ?»

Гефест отчаянно думала о том, как продлить разговор, который она затеяла, и в конце концов придумала.

— Серый Призрак, ты оказал мне большую услугу! Какую награду ты бы хотел получить?

«Проклятье, почему я выражаюсь так высокомерно?»

Гефест, в пылу переживаний, совершенно забыла, как следует обращаться к другим, и не обращала внимания на свой статус богини, разговаривая с человеком, которого любила.

— ...

Видя, что Белл после ее слов хранит молчание, богиня начала упрекать себя за то, что так грубо обошлась со своей первой любовью.

Но в конце концов Белл ответил:

— Не нужно заходить так далеко, леди Гефест, я всего лишь делаю, что хочу, и ваше спасение стало просто счастливым совпадением.

Гефест услышала, что он сказал, но каким-то образом инстинктивно поняла, что это неправда. Как будто она могла чувствовать то, что чувствовал он.

— Д-да, конечно.

— …

— …

Оба стояли в неловком молчании, не зная, что делать дальше.

В конце концов Белл решил закончить их разговор:

— Я разобрался с Гипносом и его оставшимися сообщниками. Я убедился, что другие захваченные женщины находятся в безопасности. Я обязательно сообщу, куда следует, всю полученную информацию о ситуации. А вы теперь в надежных руках, леди Гефест, так что... Я пошел.

Способность к общению у Белла упала так же низко, как и у Гефест. Теперь, заявив о своем желании уйти, он направился вглубь переулка, готовясь произнести заклинание «Перехода».

Но прежде чем он успел это сделать, Гефест быстро схватила его за руку.

— Подожди!

Белл мгновенно остановился, но не обернулся к Гефест.

На несколько мгновений между ними воцарилось молчание, потом чем богиня заговорила:

— Ты видел мой глаз?

Она, слегка дрожа, крепче сжала руку Белла.

«Она испугана».

Белл знал, насколько важен этот вопрос для Гефест, лучше решить все одним ударом.

Большинство богов считали ее чудовищем.

Она не могла открыть свое истинное «я», потому что любимые могли отвернуться от нее.

Белл не мог просто так отмахнуться от этого вопроса.

Но он сомневался, стоит ли ему отвечать. С одной стороны, богиня, не зная его мыслей, останется подавленной. С другой стороны, романтика, которая таким образом создавалась в прочитанных им книгах, полностью исчезнет.

«...»

Белл не знал, какой путь выбрать.

— Ох!

Но он услышал слабый крик богини, которая так нежно держалась за него.

— Ох…

Белл даже представить себе не мог ее отчаянную борьбу, когда она столкнулась со страхом.

Должно быть, она набралась храбрости, чтобы встретиться с этим лицом к лицу...

« Мне очень жаль, Вельф, но я похищаю твою богиню».

* * *

* *

*

— Извини за этот вопрос, Серый Призрак. Ты можешь просто...

— Пепельно-серая кожа, которая окружает твои веки...

— …?!

Гефест замерла, когда Белл начал говорить, описывая глаз, который она так долго и отчаянно прятала.

— Трещины по краю, слабое красное свечение, исходящее из них...

— ...

— Черная склера вокруг ярко-малиновой радужной оболочки окружает темно-красный зрачок...

Сердце Гефест учащенно забилось, это было точное описание уродства, которым она была проклята.

— Большинству это показалось бы отвратительным. Нечто, чем мог обладать только чудовищный урод.

Сердце богини упало. Она была дурой, полагая, что заслуживает любви. И надеясь, что он может чувствовать то же самое.

— Я...

— Но…

Гефест замерла.

Время вокруг нее остановилось.

Шум города, который отчаянно пытался найти ее, больше не достигал ее ушей.

Все, что оставалось в мире в ее глазах, — это она сама... и Белл.

— Для меня... это было самое прекрасное, что я когда-либо видел.

Красные вспышки, взрываясь с громким треском, озарили небо.

Они были сигналом, что поисковая группа, возможно, нашла зацепку.

В ответ в ночном небе Орарио загремели оранжевые всполохи, погрузив город в море взрывов.

«...»

Темный переулок, в котором они только что стояли вдвоем, теперь был освещен различными огнями.

«Он ушел».

Но Белл после своего признания растаял во мраке, ладонь Гефест теперь сжимала воздух вместо его ладони.

Хотя она осталось одна, ее сердце было переполнено.

Гефест схватилась за грудь. Все это было так больно, но она чувствовала себя самой счастливой на свете.

«Мое сердце…»

Вспышки продолжали озарять небо.

«Мое сердце бьется так громко, что...

…я их не слышу».

* * *

* *

*

"БУМ..."

Она не слышала взрывов.