Звездное ночное небо накрыло Орарио.

Люди выходили на улицы как для того, чтобы начать работу, так и для того, чтобы отправиться на покой после трудового дня.

Для большинства это была еще одна мирная ночь, но были те, кто сейчас скрывался во мраке и точно знал, что это совсем не так.

В этот момент проводилось масштабное нападение на печально известную преступную семью, которая долгое время избегала разоблачения, угрожая жизням авантюристов и наживаясь за их счет.

Все следы этого семейства должны были быть уничтожены любой ценой, в каждом углу, в каждом районе, на каждой улице.

Силы семьи Ганеши и Гильдии захватили большую часть второстепенных убежищ, численное преимущество позволило легко задержать всех подозреваемых и сообщников, связанных с преступлениями семьи.

В это же время семье Гермеса достались более защищенные убежища, их мастерство шпионажа и ориентация на качество, а не количество участников идеально подходили для таких ситуаций.

Но план, который разрабатывали эксперты трех сил, теперь был нарушен появлением четвертой силы, мстителя подземелий, возбудившего общественность Орарио, Серого Призрака.

Сцена была тщательно подготовлена, и с появлением в темноте этого героя Гермес охотно переключил внимание, чтобы наблюдать за выступлением этого таинственного героя.

«Мне всегда нравилась некоторая доля экспромта в такого рода выступлениях, так что покажите мне номер, который поразит меня до глубины души».

Злодеи? Лучшие силы, которые может предложить семья Долоса, и сам бог.

Положительный герой? Серый Призрак, который сделал первый шаг на кровавом пути к тому, чтобы стать героем.

Сюжет? Финал убийства, задуманного на верхних этажах подземелья.

Это была сцена, которой не любовались толпы зрителей, на которой не выступали блистательные знаменитости.

Это не комедия о вызове, брошенном богам, и не драма о человеческой воле к жизни.

Это всего лишь второстепенный акт на фоне грандиозных событий в мире, но это шоу, которое должно продолжаться, несмотря ни на что, и оно продолжалось.

Гермес станет свидетелем этой интермедии и, если представление тронет его жаждущее сердце, он поможет поднять сцену до высот, которых мир еще никогда не знал.

Пришло время испытать характер новичка, восставшего против жестокости этого мира.

«Свет… Музыка… Занавес…»

* * *

* *

*

«Бум».

Тело мужчины средних лет рухнуло на пол, свет в его глазах померк, но он еще дышал, хотя и был выведен из строя.

Он был жестоко избит, так что в ближайшие несколько дней, без сомнения, все его тело покроется многочисленными синяками.

Капала кровь, вытекая из ран, нанесенных точно и аккуратно.

Каждая из них должна была повредить или порвать сухожилия и связки, необходимые для побега.

Его конечности были вывихнуты, и многие кости сломаны.

Потеря сознания стала прибежищем от невыносимой боли, которую он мог бы испытывать в этот момент.

«Бум».

Этот человек был не первым, с кем здесь обошлись так немилосердно.

«Бум».

И он не будет последним.

«Бум».

Он был всего лишь одним из множества тел, валяющихся по всему зданию в подобном состоянии.

Они различались телосложением, расой, полом и многими другими параметрами. Но всех объединяло одно — в данный момент они были тяжело ранены.

Некоторым досталось меньше… а другим… гораздо больше.

«Бум».

Подобное зрелище у большинства вызвало бы ужас — расчетливое насилие, применяемое к стольким жертвам… за такое короткое время.

Это выглядело так, словно их настиг дух мести.

Эти люди ни в коем случае не были невинны, все они были закоренелыми преступниками.

Некоторые хладнокровно лишали жизни молодых мечтателей, желавших лучшей жизни.

Другие получали удовольствие, тешась отчаянием своих жертв, их страхом за людей, которые им дороги.

То, что сейчас произошло с этими мужчинами и женщинами, не было жестоким актом слепого насилия или садистского удовольствия.

Это было просто…

«Бум».

…Подведение итогов.

«Уф… Сдается, с восточным крылом этого комплекса покончено».

Белл тяжело вздохнул после напряженной работы, которую только что выполнил.

Он тщательно и систематически приступил к уничтожению этого убежища семьи Долоса.

Он изо всех сил старался вывести из строя каждого члена группы, чтобы они могли ответить за свои преступления, но некоторые жертвы могли поднять шум, если он будет действовать легкомысленно, поэтому он молча отправил их в вечный сон.

«Это всего лишь означает, что мне предстоит пойти более длинным путем. Убийство — это прямой метод борьбы со злом, но такой кровавый след, несомненно, разрушил бы образ, который я хочу создать. А также я не хочу становиться слишком равнодушным, привыкая к убийствам».

Белл знал, что лучше не становиться тем, кто, не задумываясь лишает другого жизни.

Герой, который не способен сочувствовать людям, которых он хочет защитить, хуже любого лицемера.

«Неудивительно, что Камелот взорвался сам по себе в Fate, но Артория была продуктом обстоятельств, не зависящих от нее, так что я не могу слишком сильно винить ее за это».