Звяк. Звяк. Звяк.

Лили направилась к балкону, соединенному с мастерской Сомы.

Звяк-звяк-звяк.

Она начала ускоряться, уже бегом направляясь к нужному месту. Она повернула копье в землю и снова призвала свою магию.

[Огненная стрела]

Бум!

Лили умело оттолкнулась от земли, используя взрыв огненной стрелы, чтобы взлететь.

Бац!

Лили благополучно приземлилась на балконе, из-за веса ее снаряжения пол пошел трещинами. Она немедленно выпрямилась и сняла шлем.

Ее каштановые волосы, казалось, светились в лунном свете. Ее карие глаза тоже сияли, но Белл сразу заметил, что ее радужки медленно превращаются в багрово-красные. Это его крайне обрадовало.

— Я вернулась, лорд Призрак. Я хорошо выступила?

Холодное и расчетливое поведение, характерное для нее во время, полностью уступило место очаровательной застенчивости.

Лили волновалась, что, возможно, сделала что-то не так, возможно, повела себя недостойно ученицы Белла. Но сразу же успокоилась, когда почувствовала, как его рука гладит ее волосы.

— Ты превзошла мои ожидания, Лили. Я горжусь тобой.

Услышав добрый и нежный голос, который она так любила, Лили немедленно растаяла, превратившись в лужицу румянца и прижимаясь к руке, которую так обожала.

— Хе-хе.

Она использовала магию «Золушка», чтобы обострить свои чувства, поэтому пара мохнатых ушей радостно подергивалась, а внутри ее брони взволнованно вилял пушистый хвост.

«Как эта девушка может быть той же самой, которая так безжалостно истребила целую семью?»

Занис был поражен ужасом перед Лили. Хотя он был второго уровня, он не смог бы повторить то, что сделала она, даже имея такое же снаряжение, как у нее.

Семья Сомы в основном состояла из новичков первого уровня и нескольких членов второго, но над их количеством не стоило насмехаться. Хотя разница в один уровень довольно существенна, но при такой численности ей можно пренебречь.

Лили наслаждалась тем, что Белл гладит ее по голове, но внезапно он остановился, и это расстроило ее и сбило с толку.

В этот момент вмешался Сома.

— Мои поступки непростительны. Страдания и жестокое обращение, которые тебе пришлось пережить, невозможно возместить. Я не ожидаю, что ты меня простишь, но я просто хочу сказать...

Сома отвесил глубокий поклон, что чрезвычайно удивило бы многих его божественных коллег.

— Прими мои извинения, Лилирука Арде.

Сома был готов ко всему, что могло произойти; возможно, хоббит выпустит в него огненную стрелу...

— Я не прощу тебя.

Услышав, что сказала Лили, Сома лишь пожал плечами, но она продолжила:

— Но если ты сможешь превратить эту семью, где я так страдала, в такое место, где никогда не повторятся подобные вещи, где подобные отношения вообще немыслимы… Возможно, тогда я смогла бы простить тебя... чуть-чуть.

— ...

Сома почувствовал, как в уголках его глаз выступили слезы, некоторые из них уже скатились на пол.

— Если бы это случилось шесть месяцев назад, я бы, скорее всего, набросилась на тебя, лорд Сома, и даже попыталась бы ранить. Но очень трудно постоянно помнить обиду, когда твоя жизнь стала настолько лучше и наполнена безграничным счастьем, — сказала Лили, уголком глаза покосившись на Белла. — Если лорд Призрак верит, что ты способен на искупление, тогда со мной все будет в порядке. И если ты можешь сделать так, что люди, подобные ему, будут улыбаться, — это все, о чем я тебя прошу.

Под влиянием эмоций исполнившись решимости выполнить этот завет, Сома согласился, хотя по его щекам текли слезы.

— Так и сделаю – ик! Спасибо – ик! – спасибо!

Лили смогла лишь неловко улыбнуться, когда от ее слов бог разрыдался, но Белл наблюдал за происходящим с явным удовлетворением.

«Хорошо, что Лили не стала главной героиней манхвы про жестокое возмездие. Сдержать ее было бы довольно сложно.»

Изначально Лили затаила глубокую обиду на всех членов семьи Сомы, особенно на самого Сому. Но за шесть месяцев, проведенных с Беллом, она стала забывать о своих обидах, наслаждаясь счастьем быть с ним.

Белл и не догадывался, что она превратилась в гораздо более трудную личность, чем героиня манхвы.

«Я уважаю тех, кто полезен лорду Призраку, но если кто-то выступит против него...»

При этой мысли радужки Лили начали слегка светиться красным, она пристально посмотрела на Заниса Люстру.

«… Сожгу нафиг!»

Постепенно Сома успокоился и перестал рыдать. Лили приблизилась к Занису, который все еще был привязан к креслу.

— Приве-е-е-ет!

Занис закричал от страха, когда Лили нависла над ним. Слабые красные блики в ее глазах, казалось, разгорелись еще ярче, когда она посмотрела на своего бывшего капитана.

— Что ты собираешься делать, Лили? — спросил Белл девушку-хоббита, с нетерпением ожидая ответа, поскольку напряжение в комнате усиливалось.

— Я буду сражаться с ним, лорд Призрак.

Услышав ее ответ, Белл был удовлетворен и собирался развязать мужчину, но Лили удержала его, добавив:

— Но убери усиливающую магию, которую ты наложил на меня, лорд Призрак, и, если сможешь, сделай мою броню тяжелее.

Убедившись, что Лили безоговорочно верна ему, Белл понемногу, в небольших беседах, начал рассказывать девушке о своих способностях, так что теперь она имела некоторое представление о его усиливающей магии.

— ?

Белла смутила такая просьба, он хотел возразить, что это может быть опасно, но тут увидел ее глаза.

«Они светятся красным, уже полностью».

Белл был удивлен. Он думал, эта способность пробудится только в пылу битвы между Лили и Занисом, он не мог предполагать, что она проявится так рано.

«Копье кровавой ярости» пробуждается только в ответ на сильные эмоции, в основном гнев и ненависть. Лили так сильно ненавидит Заниса? У Фианны навык пробудился, когда монстры перебили большую часть ее семьи и ее родного города, так что, возможно…»