Белл метнул свои кусаригамы в ноги Голиафа, и как только они вонзились, немедленно атаковал, нанося шквал ударов.

Он перерезал лодыжки и сухожилия, которые поддерживали вес стоявшего монстра, так что Голиаф пошатнулся.

Белл начал восхождение на Голиафа, бросая вверх клинок, он передвигался вслед за ним, затем наносил серию ударов по этой части тела.

Он двигался со скоростью молнии, быстро преодолевая высоту монстра рекса, не прекращая череду смертельных ударов мечом.

Голиаф начал падать на колени, но Белл не обращал на это внимания.

Верхняя часть бедра... Затем нижняя часть живота... Грудь… Шея… Наконец он переместился к голове.

— Такой же безжалостный и эффективный стиль владения мечом, как у Айз. Но как будто не рассчитанный на участие рассудка. Как будто он был создан, чтобы тупо, бездумно рубить врагов.

Тиона продолжала комментировать бой, заметно опечаленная каждым проходящим моментом.

Это был не тот герой, которым она восхищалась всего несколько мгновений назад.

Семья Локи согласилась с ее мнением. Они не могли не быть ошеломлены внезапной переменой. Казалось, он превратился в машину, не знающую мечты и надежды, утратившую все идеалы.

[Усиление] [Усиление] [Усиление]

[Усиление] [Усиление] [Усиление]

Белл хладнокровно призвал свою магию, наполнив свое оружие абсолютным максимумом разума, который оно могло нести, сделав его предельно острым, на грани разрушения структуры.

Он механически взмахнул клинками, натягивая цепи с огромной силой.

Хрусть!

И с легкостью отсек руки Голиафа.

Эта сцена потрясла семью Локи, поскольку после увиденных воочию способностей Белла, у многих представление о нем изменилось. У большинства в лучшую сторону, они пришли в восторг от его силы. Некоторые не делали выводов, ощущая какую-то неправильность. Но была та, которую опечалила потеря так восхищавшей ее героической ауры.

«Во всей этой ситуации что-то не так», — думал Финн, медленно теребя большой палец.

Его сверхъестественное чутье не горело желанием сообщить, что он или его семья, возможно, в огромной опасности, скорее Финн мучительно пытался что-то вспомнить в ситуации, когда у него не было полной картины.

Риверия и Гарет заметили поведение своего давнего товарища и стали наблюдать еще внимательнее, надеясь, что смогут уловить что-то, что упустил хоббит.

— ...

Белл холодно посмотрел в глаза теперь уже безрукого Голиафа, наконец пришло время прикончить его.

Он дернул свои цепи, чтобы метнуть максимально усиленные мечи и разрубить чудовище с головы до пят...

— ...!

…Но вместо этого ему навстречу вспыхнуло красное сияние, исходящее от Голиафа.

Струйки дыма проползли по телу монстра рекса, и красное свечение полностью исчезло.

Теперь кожа голиафа уже не была серой. Но и черной она не стала. Теперь он был красным и пульсировал жестокой энергией.

— ...

— ...

Белл пристально посмотрел в глаза Голиафу...

«Ŧêбε 3Δêςь ңє þą∆ьι, Сτрαж πрỡтữвỏΔєüс†вνя».

... и тот уставился на него в ответ.

В одно мгновение у монстра выросли руки... и большой и тяжелый кулак врезался в Белла.

Бум!

Белл был мгновенно отброшен и ударился о стену, которая осыпалась множеством обломков.

— Капитан!

— !

Семья Локи быстро отреагировала на внезапную атаку Голиафа, но они не успели вступить в бой... потому что Белл стремительно выпрыгнул из облака взметнувшейся пыли.

[Трассировка]

Белл быстро задействовал еще несколько кусаригам и начал наносить быстрые и ловкие удары по всему телу Голиафа, мгновенно перенося удары на новые участки и везде оставляя глубокие раны.

Но в конце концов Голиаф настиг Белла, когда тот в очередной раз попытался сменить позицию, взмахнул кулаком, и Белл снова врезался в стену подземелья...

... и снова выпрыгнул из-под обломков, создавая еще больше мечей.

Они и дальше продолжали сражаться в том же духе.

Белл быстро перемещался в воздухе и наносил Голиафу быстрые и точные удары...

... только для того, чтобы наткнуться на следующий мощный удар. Затем цикл повторялся еще раз.

В игре не было ни стратегии, ни логики.

На кону не было чести или гордости.

Это выглядело так, как будто две природные стихии пытаются уничтожить друг друга.

Семья Локи наблюдала за вершащейся битвой, с каждым ударом все больше беспокоясь.

— Если бы это не была локация, порождающая монстра рекса, не сомневаюсь, что появился бы джаггернаут, — заявил Гарет. Джаггернауты были естественной формой защиты подземелья, если в его структуре обнаруживался слишком большой урон.

Вот почему тотальное уничтожение не часто использовалось при спуске на нижние этажи подземелья, поскольку джаггернауты увеличивались пропорционально глубине, на которой они появлялись.

Исключением из этого явления были области, в которых появлялся монстр рекс.

— Это разумное беспокойство. Но меня больше беспокоит, сможет ли устоять Стена Скорби, — тревожилась Риверия. Белл и Голиаф уже изрядно попортили внешний периметр Стены Скорби.

За стеной находилась безопасная зона подземелья и поселение, известное как Ривира.

— Если стена рухнет... Ривира...

Представив трагедию, которая произойдет, если столь могущественный Голиаф попадет в Ривиру, Риверия тряхнула головой, чтобы избавиться от назойливой мысли.

— Не беспокойся, Риверия, даже если покажется, что стена скорби вот-вот рухнет.

Финн крепко сжал копье, и Риверия ясно поняла, что он хотел донести.

Она также почувствовала прикосновение к своему плечу, это была Айз.

— Не беспокойся, Риверия. Я здесь.

Айз воздела кулак, чтобы подбодрить подругу, но Риверия просто улыбнулась и погладила очаровательную Айз по голове.

— Все в порядке. Единственное, о чем тебе следует беспокоиться, так это...

Шмяк!

— …Серый призрак, — опечаленным голосом сказала Тиона.