Наложница Ву, распорядилась выделить Син Шуань самый дальний двор в поместье. Мать Син Шуань была не против делить домашние обязанности с наложницей Ву до тех пор, пока та не трогала её и её обожаемого сына, а наложница Ву была жадной до власти. Таким образом фактически всем поместьем управляла наложница Ву, она нанимала всю прислугу и распоряжалась финансами. Естественно, кое-что утаиваилось наложницей Ву в целях собственного обогащения. Мадам Сунь знала, что наложница Ву захватила власть в поместье, но ничего с этим не делала. Она боялась наложницу Ву до дрожи в теле. Та была старше её и знала 1001 способ как сжить человека со свету. Было уже удачей, что мадам Сунь так долго прожила, еще и родила здорового сына. Конечно, это было не чудо милосердия, а угроза от цензора Сина. Он очень хорошо знал наложницу Ву и её методы устранения конкуренток, поэтому он сразу ей пригрозил, что если что-то случится с его новой женой, то он прикажет забить её палками на площади. Наложница Ву хоть и скрежетала зубами от ревности, но понимала, что её муж серьезен, поэтому не стала травить мадам Сунь. К тому же, чтобы угодить мужу, наложница Ву никак не обделяла мадам Сунь и Вейюаня, так что все были довольны ею и женщины находились в поверхностной гармонии.

Двор, который выделили Син Шуань, находился в северо-западной части резиденции. Там резиденция соприкасалась с сосновым лесом и сам двор практически сливался с общим пейзажем, если бы не забор. Было очевидно, что этот двор давно не убирали и он был заброшен долгое время. В самом дворе также росло несколько сосен, что создавало впечатление, будто они не в поместье, а в лесу.

Син Шуань это даже повеселило. Можно уехать из леса, но лес из тебя не уедет никогда? Большую часть жизни она провела в лесном домике, живя с бабушкой-отшельницей. И вот снова, она будет жить практически в лесу.

Шуань подошла к месту, которое когда-то было клумбой и провела рукой по влажным буйно растущим сорнякам.

“Прекрасно. По крайней мере здесь меня никто не побеспокоит.”

Затем она зашла в обветшалый дом. По потолку тянулась паутина, а по углам пыль. Син Шуань вздохнула и сказала:

- И Нин, завари чаю и достань банки, что мы привезли от бабушки. Нужно всё подготовить.

Служанка без вопросов пошла выполнять поручение.

Син Шуань приехала вечером и уже пропустила ужин, поэтому больше встреч с родственниками на сегодня не будет, как и еды. Поэтому у неё было немного времени перед сном, чтобы подготовить всё на завтра. Работы предстояло много.

Попивая чай, Син Шуань занялась сортировкой и организацией баночек с травами. В доме был пыльный стеллаж для книг, который тут же был задействован в утилитарных целях. Тем временем И Нин наводила чистоту в остальном доме. Всё затрудняло отсутствие дневного света и скудное количество свечей, так что все свои дела они делали чуть ли не на ощупь в вечерней темноте. Мрачной атмосферы добавлял и холодный воющий ветер, который качал лесные сосны и хлопал старыми дверями.

Но Син Шуань не смущала эта обстановка. После своей смерти в том жутком пруду она поняла, что боятся нужно не мёртвых, а живых. Она не боялась духов и призраков, она боялась только не свершить свою месть.

В темной мраморной ступке Син Шуань стала разминать лепестки черной хризантемы и красной розы. Когда лепестки превратились в однородный порошок, она добавила в него пчелиный воск, который незадолго до этого расплавила над пламенем свечи в небольшой ложке. Затем Син Шуань добавила несколько капель масла горького миндаля и шиповника. Она тщательно перемешала состав и нанесла немного пальцем на тыльную сторону руки. Это был невероятный полупрозрачный темно-красный цвет, практически черный. Этот бальзам для губ был изобретением Син Шуань в прошлой жизни. Она стремилась сделать такой макияж, который бы наконец привлек внимание Второго принца к ней, её мужа. Но тогда все её старания канули в Лету. Если её макияж не срабатывал, то прошлая Син Шуань тут же ставила на нём крест. Несложно догадаться, что благодаря полному равнодушию Второго принца к Син Шуань, её макияж не срабатывал никогда. У неё не было подруг или хороших отношений с матерью, чтобы услышать чей-то совет со стороны, особенно в такой щекотливой теме как внешность.  Поэтому она все время создавала новые и новые формулы, превосходя себя каждый раз снова и снова.

Син Шуань улыбнулась себе сардонически.

“Спасибо тебе, Минъю! Я изобрела столько формул косметики благодаря тебе!”

Шпателем она аккуратно распределила получившийся бальзам по маленьким шкатулкам, которые И Нин нашла до этого. Они все были разными, но элегантными. Син Шуань затеяла весь этот процесс на ночь, потому что бальзаму требовалось застыть на холоде, чтобы прийти к нужной консистенции. Завтра он будет готов.