"Боже мой..."

Трибуна, где собрались лидеры сект, тоже была переполнена изумлением.

"Разве это не Божественный Кулак Ста Ступеней?"

"Он не выглядит таким уж взрослым, а уже владеет Божественным Кулаком Ста Ступеней? Судя по мощи, он должен был использовать её более чем на половину. Хе-хе-хе-хе."

"Настоятель. Зачем вы так тщательно скрывали такого талантливого человека?"

Услышав слова Хо До Чжинина, Поп Чжон мягко улыбнулся.

"Я не собирался специально скрывать его, чтобы обмануть вас. Просто этот ребёнок очень застенчив и не любит выставлять свои навыки напоказ, вот и все."

Поп Чжон тихо произнёс буддийскую мантру и продолжил.

"Будет невежливо с моей стороны устраивать шум, когда он сам не стремится вперёд."

"Это, конечно, так, но..."

Хо До Чжинин, не скрывая удивления, снова посмотрел вниз. Оставшийся один на боевой платформе монах Шаолиня сложил ладони и склонил голову перед зрителями.

"Поколение Хе?"

"Да, верно. Самый младший в поколении Хе."

"Поколение Хе — это же ученики первого поколения? Ученик первого поколения..."

"По возрасту он даже младше учеников второго поколения."

"...А."

Поп Чжон улыбнулся, словно испытывая неловкость.

"Распределение было немного запутанным, но было сложно не допустить его до участия только из-за того, что ему едва за двадцать. Да и его собственное разочарование, думаю, было бы безмерным... Если вас что-то смутило, я приношу свои извинения."

"Нет-нет. Если ему чуть больше двадцати, то он, конечно, имеет право участвовать. Принадлежность к определенному поколению — не такая уж важная вещь."

Хо До Чжинин быстро подавил любые возможные возражения.

'За этим парнем нужно продолжать наблюдать.'

Это Великое Соревнование Мурима — ещё не конец.

Важно не только одержать победу и прославить своё имя, но и понять, какие таланты растут в других сектах.

Ведь нельзя же упускать шанс понаблюдать за таким монстром из-за такого пустяка, не так ли?

"Великолепно. В таком возрасте он уже может выполнять Божественный Кулак Ста Ступеней."

"М-да. Действительно, не могу сдержать восхищения."

Из уст лидеров сект послышались стоны, похожие на возгласы восхищения.

Но это была отнюдь не лесть. Мастерство молодого монаха Шаолиня, безусловно, заслуживало такой похвалы.

Божественный Кулак Ста Ступеней.

Рукопашное боевое искусство Шаолинь.

Если Кулак Архата (1) — это основа Шаолиня, то Божественный Кулак Ста Ступеней можно назвать его сутью. Это одно из Семидесяти Двух Уникальных Искусств (2), которыми Шаолинь гордится перед всем миром, и известно, что овладеть им невероятно сложно.

(1) Кулак Архата (кор. 나한권, кит. 羅漢拳, 羅漢-архат, 拳-кулак) - традиционный стиль ушу, основанный на мощных, коротких ударах с преобладанием низких стоек. «Архат» в буддизме - человек, достигший Просветления.

(2) Семьдесят Два Уникальных Искусства (кор. 칠십이종절 кит.七十二種絶藝, 七十二-72, 種-вид, 絶藝-непревзойденное мастерство) - высшие боевые искусства Шаолинь, сама их суть. Внешне они выглядят заурядными, однако заключают в себе глубокую боевую теорию, благодаря чему их называют самыми сложными для постижения боевыми искусствами в Поднебесной.

Боевые искусства Шаолиня, как гласит пословица — это истинно «большой сосуд долго делается» (3).

(3) Большой сосуд долго делается (кор. 대기만성, кит. 大器晩成) – традиционная китайская идиома, состоящая из 4-х иероглифов. Она означает, что по-настоящему великий талант или значительная личность раскрываются и достигают успеха не в молодости, а в зрелом возрасте. Оно подчеркивает, что для становления чего-то грандиозного нужно время.

Разве не известно, что для полного понимания и освоения этих сложных и глубоких боевых искусств требуются десятилетия упорных тренировок?

А он, будучи в таком возрасте, уже демонстрирует одно из семидесяти двух высших искусств, саму суть боевых искусств Шаолинь?

'Да ещё на таком уровне.'

Глаза Хо До Чжинина сузились.

Он предполагал, что у Шаолиня обязательно должен быть какой-то скрытый мотив устраивать такое соревнование, но не ожидал, что они припрятали такую откровенную козырную карту.

Стало ясно, что это Великое Соревнование Мурима — подготовленная сцена для появления этого монстра.

"Хе-хе. Действительно потрясающе."

"Ничего особенного."

Поп Чжон слегка скромничал.

"В отборочных поединках он говорил, что не хочет использовать Высшие Искусства, но то, что он применил эту технику, ясно показывает, что его противник, ученик Хуашань, был явно не из лёгких."

"Тем не менее, это не сравнится с Божественным Кулаком Ста Ступеней."

Поп Чжон лишь безмолвно улыбнулся.

'Так я отнял внимание, сосредоточенное на Хуашань. Однако...'

Он украдкой огляделся.

Выражения лиц лидеров сект разделились на два типа.

Некоторые пребывали в полном смятении, другие о чём-то глубоко задумались.

Те, кто был в смятении, не были уверены, что в их силах справиться с Хе Ёном, а те, кто задумался, — сравнивали его со своими самыми сильными учениками.

И...

'Хо-о.'

Однако был один человек с иным выражением лица.

'Хуашань.'

Среди всех этих лидеров сект лишь один Хён Чжон выглядел расслабленным, а не потрясённым.

Отбросил ли он свою одержимость победой или поражением, или...?

'Посмотрим.'

Поп Чжон слегка усмехнулся и отвернулся, чтобы продолжить беседу с другими лидерами сект.

"Ч... что это сейчас было?"

"Он сверкнул, и всё?"

"...Это был не тот удар, который можно описать такими словами."

Говорят, что видишь настолько, насколько понимаешь?

В отличие от других учеников Хуашань, сосредоточенных лишь на результате, Пэк Чхон и его группа понимали, насколько ужасающим был тот кулак.

'Он намеренно снизил его разрушительную силу, чтобы не ранить Пэк Сана.'

Возможно, на Пэк Сане даже не было ни единой царапины. Это был удар, при котором гасилась взрывная мощь кулака, и использовалась лишь отталкивающая сила.

Зная, что обезвредить противника, не причинив ему вреда, в десять раз сложнее, чем просто ранить его, они не могли не смотреть на монаха Шаолиня на платформе с серьёзными лицами.

"Победитель — Хе Ён из Шаолиня!"

В Шаолине, погружённом в тишину, раздались громовые возгласы.

"Как и ожидалось от Шаолинь!"

"Одним ударом он снес ученика Хуашань!"

"Так-то! Так и должно быть! Было странно, что Хуашань проявила такую активность. Вот теперь раскрывается настоящая сила прославленной секты!"

"Великолепный удар! Что это было?"

Зрители тоже не скупились на восторженные крики.

Овации, раздававшиеся для Хе Ёна, были вдвое громче, чем те, что были для учеников Хуашань. Он слегка покраснел и быстрым шагом сошёл с боевой платформы.

"Чистая победа Хуашань прервана!"

"А ты думал, надолго её хватит? Разве такая секта, как Хуашань, могла бы продолжать показывать такие результаты?"

"Но разве неперебитый результат до сих пор — это не великое достижение, даже если это отборочные поединки?"

"Просто повезло, повезло!"

"Как это может быть удачей? Это закономерность!"

"Ц-ц-ц. Невежественные речи. Как можно называться прославленной сектой, не имея никакой силы? В отличие от Хуашань, которая привела все свои возможные таланты, другие секты разделяют тех, кто просто набирается опыта, и тех, кто может добиться результатов. Смотри! Столкнувшись с кем-то серьезным, их сразу разнесли в щепки!"

"...М-да, пожалуй."

"Теперь, когда начинается основной турнир, мы увидим истинную силу прославленных сект."

"Эй! Но Хуашань все же показала себя. Я верю в Хуашань!"

Люди начали пререкаться между собой.

Но до ушей учеников Хуашань эти слова не доходили.

Взгляд Пэк Чхона был прикован к платформе, с которой сошёл Хе Ён.

"Что думаешь?"

"Этот... Хе-хе..."

Даже несравненный Чон Мён выглядел ошеломлённым.

"Я же ранее говорил о гениях и всё такое?"

"Хочешь сказать, что тот тип — настоящий гений?"

"Нет. Он даже не уровня гения."

"М?"

Пэк Чхон посмотрел на Чон Мёна с недоумением. Но, увидев серьёзное лицо Чон Мёна, он крепко сжал губы.

Чон Мён задумчиво смотрел на пустую платформу и размышлял.

'Безумец.'

Время от времени в этом мире рождаются такие.

Те, кто разрушает всё существующее и создаёт новые течения. Те, кого мир называет Отцами-Основателями (4).

(4) Отец-Основатель (кор. 조사, кит. 祖師) - человек, основавший принципиально новое боевое искусство/ идеологию, создал новую школу или секты. Сюда же относятся и последователи, которые практикуют аскетизм в каждом храме и служат примером.

Например, Бодхидхарма, создавший боевые искусства Шаолиня и изменивший ход развития прежних боевых искусств Центральных Равнин, или Чан Сампон, основавший Удан и создавший новое течение в даосизме.

По сравнению с этими людьми слово «гений» становится обозначением заурядного таланта, появляющегося раз в несколько эпох.

"Нет! Как возможно, чтобы такой человек оказался именно в Шаолине!"

'Чёртов мир!'

'И без того у них всего в избытке, так они ещё и таланты себе забирают! На вилы их! На вилы!'

С точки зрения Чон Мёна, начинавшего с самого дна, не имея ничего, тот факт, что Шаолинь взрастил такого монстра, был просто нелеп.

"Безумец. Безумец..."

Если он будет продолжать расти в таком же темпе, то может стать не только Первым под Небесами, но и мастером боевых искусств, который войдёт в историю Канхо.

И потому...

"Бедняжка."

"Хм? Почему?"

На вопрос Пэк Чхона Чон Мён выпятил грудь.

"Бедняга родился в одну эпоху со мной. Иначе он бы практически обеспечил себе звание Первого под Небесами."

"......"

"И родился он примерно в то же время, что и я. Ц-ц-ц. Так он никогда не выбьется со вторых ролей. Жалкое зрелище."

"......"

"Что поделать? Жизнь по определению несправедлива. Нужно смириться со своим невезением и усердно работать. Другого пути нет."

"...Прикуси язык."

Пэк Чхон глубоко вздохнул.

"Но, сасук."

"М?"

"Можно не идти за ним?"

"...За кем?"

"Сасук, я о сасуке."

"Почему я должен?"

Чон Мён фыркнул.

"Я не о Донрёне, а о сасуке Пэк Сане. Должно быть, он там без сознания растянулся..."

"А-ах! Пэк Са-а-а-а-ан!"

Пэк Чхон в панике помчался в сторону, куда улетел Пэк Сан. Чон Мён вздохнул и покачал головой.

"Ни одного нормального тут нет. Ни одного."

Конечно, ему такое говорить не положено.

* * *

"Пятнадцать человек приняли участие в соревновании..."

"......"

"Четырнадцать из них попали в число двадцати двух участников основного турнира."

Хён Чжон мягко улыбнулся.

"Это событие поистине величайшее достижение в истории Хуашань. Впервые я могу не стыдиться перед предками, пребывающими в том мире."

"Если бы ещё один победил, то прошли бы все."

"......"

Пэк Сан скривил лицо и опустил голову. Тогда Пэк Чхон рявкнул на Чон Мёна:

"Эй, ты! Разве так говорят при человеке?"

"Жаль, вот и всё. Жаль."

"Ты же сказал, что и сам не справишься с этим парнем!"

"Неужели в тебе пробудилось чувство поражения, дремавшее в глубине души? Зачем ты выдумываешь истории, которых я не говорил, сасук?"

"В общем, ты сказал, что он силён!"

"Все верно."

Чон Мён кивнул в знак согласия.

"Сасук Пэк Сан не смог бы победить даже в сотне сражений. Не переживай, сасук. Ему просто не хватило мастерства, вот и всё. Это не была самоуверенность, даже если бы он выложился лучше, результат был бы тем же, так в чём проблема... Сасук?"

Пэк Сан, охваченный разочарованием, закатил глаза, затрясся и повалился набок. Чон Мён смотрел на него, склонив голову набок.

"Он что, получил травму?"

"Это ты его травмируешь, сволочь! Ты!"

"Что я сделал?"

"Заткнись ради всего святого! Заткнись!"

Двое препирались, а ученики Хуашань безучастно наблюдали за этой сценой.

Вэй Лишань, наблюдавший за происходящим сзади, широко улыбнулся.

'Беспредел.'

'Полнейший беспредел.'

'И главная проблема заключалась в том, что Хён Чжон, сидящий в центре, смотрит на этот беспредел тёплым взглядом. Остальные Старейшины такие же!'

'Нет, Лидер Секты!'

'Вы что, сменили профессию на дрессировщика? Как можно смотреть на такое зрелище таким взглядом!'

Вэй Лишань был на грани того, чтобы первым впасть в ярость.

"Так, так. Успокойтесь."

Словно поняв чувства Вэй Лишаня, Хён Чжон успокоил учеников.

Хотя успокаивать нужно было лишь Чон Мёна и Пэк Чхона.

"Говорят, основной турнир начнётся через два дня. Хорошо бы использовать это время с пользой, но..."

Беспокойный взгляд Хён Чжона упал на Чон Мёна.

Тот невинно заморгал и спросил:

"Что такое?"

"Оооххх."

Хён Чжон тяжело вздохнул.

'Он один расправляется со всем, так что и придраться-то не к чему.'

'Если бы он хоть наполовину был похож характером на Пэк Чхона или Юн Чжона, то большего я бы и не желал, но, видимо, Небеса справедливы и не дают одному человеку всего.'

'Вот же.'

'Я никогда не думал, что можно одновременно чувствовать и жгучую досаду, и гордость.'

Хён Чжон посмотрел на Чон Мёна со сложным, неоднозначным выражением лица и проговорил, словно испытывая боль:

"Пожалуйста."

"Да?"

"Следующие два дня. Всего два дня! Ты же не устроишь за это время никаких происшествий?"

"Обидно, Лидер Секты. Вы говорите так, словно я всё это время что-то творил..."

Хён Чжон ухватился за рукоять меча.

"...Вы, вы и меч принесли?"

Чон Мён заулыбался.

"Должно быть, вы давно не обнажали его. Так и оставьте в ножнах."

"Ооохххх."

В конце концов Хён Чжон отвернулся от Чон Мёна и перевёл взгляд на других учеников.

"Слушайте."

"Да, Лидер Секты!"

"До сих пор вы выступали более чем прекрасно."

На его лице уже сияла добродушная улыбка.

"Хорошо бы добиться хороших результатов и в основном турнире, но с этого момента будет не так легко, как прежде. Потенциал прославленных сект — не то, что можно недооценивать."

Чон Мён высунул голову, оказавшись в поле зрения Хён Чжона.

"Но мы ведь тоже прославленная секта, не так ли?"

"Хе-хе. Да. Верно."

Хён Чжон сказал это с довольной улыбкой.

"Верно. Так что не падайте духом. Расправьте плечи и проявите своё мастерство без сожалений. Результат не важен. Важно не результат, а то, что вы приобретёте, разве нет?"

"Да, Лидер Секты!"

Хён Чжон улыбался, словно его милые ученики доставляли ему безмерную радость.

'Мой долг и долг Хуашань — защищать этих детей.'

'Семена, посеянные Чон Мёном, прорастут могучими деревьями благодаря этому Великому Соревнованию Мурима, и однажды их ветви распространятся по всему миру.'

'Так что, как Лидер Секты, я должен защитить их...'

"Все, внимательно слушайте слова Лидера Секты и запомните их!"

Это был голос Чон Мёна.

Услышав такие достойные слова, Хён Чжон вздрогнул от удивления и посмотрел на него.

'Неужели этот ребёнок наконец-то поумнел...'

"Чтобы что-то получить, нужно победить! Разве видели вы, чтобы побеждённый что-то получал? Видите вон там сасука Пэк Сана? Вот что бывает, когда проигрываешь! Запомните это."

"Кх, кхх. Кх-х-х..."

"Пэк Сан! Приди в себя, Пэк Сан!"

"Ц-ц-ц-ц-ц."

Чон Мён цыкнул, глядя на Пэк Сана, который, не выдержав разочарования, в конце концов, изошел пеной и отключился.

Затем он широко раскрыл глаза и окинул всех взглядом.

"Обязательно побеждаем! Поняли?!"

"О-о!"

"Победим!"

"Разнесём их головы!"

Хён Чжон с отеческой улыбкой смотрел на ликующих учеников Хуашань.

'Хоть бы меня слушались, чёртовы паршивцы.'

Было уже очевидно, что Хуашань станет сильнее по сравнению с тем, что было до соревнований.

Однако Хён Чжон решил, что ему нужно серьёзно подумать, станет ли этот результат благословением для мира боевых искусств.

____________

Перевод, редактура: Лунный Пирожок (Сонпхён)