"Хе-хе. Верно? Мы с Настоятелем всегда находим общий язык!"

"Настоятель!"

"Как же так…"

Удивленные ученики второго поколения Шаолиня уставились на Поп Чжона.

Но на его лице по-прежнему играла мягкая улыбка, и Поп Чжон лишь спросил в ответ:

"Разве в словах этого молодого мастера есть что-то неправильное?"

"…Они оскорбили Шаолинь!"

"Оскорбили не Шаолинь, а лишь твое мелкое самолюбие, не так ли?"

"……"

Поп Чжон слегка покачал головой.

"Молодой мастер прав. Ученики различных сект собрались здесь, чтобы сразиться друг с другом. Разве мы можем винить их за то, что время и методы оказались не такими, как мы хотели?"

"Но разве ученики Хайнань не пострадали?"

Услышав слова Кон Хва, Чон Мён усмехнулся и сказал:

"Что ж, тогда пусть Хайнань сами и разбираются, не понимаю, зачем достопочтенному монаху гневаться. Хайнань даже не филиал Шаолиня. Или у Хайнань нет рта, чтобы говорить?"

"……"

Кон Хва был настолько шокирован, что забыл даже моргнуть, глядя на Чон Мёна.

'Что это за ублюдок?'

Окружающая толпа слышала его.

И если бы теперь Шаолинь стала защищать Хайнань и обвинять Хуашань, то Хайнань превратилась бы в беспомощного неудачника, который не в состоянии решить ни одной проблемы, полагаясь только на Шаолинь.

Даже если бы это было совсем не так, разве любители сплетен упустили бы такой замечательный повод?

Кон Хва с трудом сдержал ярость, уставившись на Чон Мёна, ошеломлённый тем, как тот довёл ситуацию до такой степени всего несколькими словами.

Но, к его горькому сожалению, Чон Мён еще не закончил.

"О, нет. Раз уж речь зашла об этом, почему бы нам не спросить у них напрямую! Эй, вы!"

"……"

Чон Мён резко повернул голову в сторону учеников Хайнань. Те рефлекторно вздрогнули.

"Вы собираетесь сами отомстить за побои, полученные минуту назад, на арене Великого Соревнования, или пожалуетесь Шаолиню, что вам навешали тумаков, и попросите, чтобы они отомстили за вас?"

Лица учеников Хайнань побелели.

После таких его слов у них оставался лишь один возможный ответ.

Лучше быть побежденным, который терпит побои и строит планы на будущее, чем подлецом, который поручает свою месть другим.

Для тех, кто называет себя учениками прославленной секты… Нет, для тех, кто живёт в Канхо — это единственно верный выбор.

"К-конечно, мы отомстим своими руками!"

"Стоит нам лишь взять мечи — такие, как вы, для нас ничто!"

"Вам лучше быть начеку! Мы вас точно не пощадим!"

Чон Мён с безразличным видом снова посмотрел на Кон Хва.

"Вот видите?"

"……"

Из-за этого Кон Хва совершенно онемел.

Если сами пострадавшие так заявляют, то Шаолиню нечего возразить.

Чон Мён произнес безучастно:

"Когда дети играют вместе, иногда случаются и потасовки, во время которых может даже пойти кровь из носа. Разве это настолько важное дело, чтобы сломя голову прибегать сюда, требуя появиться Лидеру Секты… Эии. С каких пор Шаолинь стал таким? Разве не так, Лидер Секты, Настоятель?"

"Хе-хе. Все правильно."

"Настоятель!"

Кон Хва, чье внутреннее напряжение достигло предела, с отчаяньем в голосе позвал Поп Чжона.

Но, увидев его лицо, на котором играла мягкая улыбка, Кон Хва мог лишь молча склонить голову.

"Я проясню позицию Шаолиня."

Поп Чжон обратился к Хён Чжону.

"То, что драка произошла на территории Шаолиня, безусловно, заслуживает порицания, однако собравшиеся на соревнование, естественно, на взводе. То, что мы не смогли должным образом контролировать ситуацию — наша ответственность. Поэтому от имени Шаолиня я приношу извинения Хайнань и Хуашань."

Поп Чжон сложил руки и глубоко поклонился.

Хён Чжон был шокирован, а ученики Хайнань застыли на месте, не зная, что делать.

"Не делайте этого, Настоятель! Я не знаю, куда деваться после таких слов."

Подняв голову, Поп Чжон снова мягко улыбнулся.

"Взаимоотношения между различными сектами можно разрешить на Соревновании. И даже если этого не произойдёт, этот вопрос должен быть решён внутри каждой секты. Шаолинь больше не будет вмешиваться."

"Хм."

Хён Чжон тяжело вздохнул.

"Однако."

Поп Чжон, переведя взгляд с одной стороны на другую, продолжил:

"Если подобные инциденты будут продолжаться перед соревнованием, все неизбежно будут ещё больше взволнованы, поэтому я прошу вас вести себя подобающим образом и уважительно."

"Прошу прощения …"

Поп Чжон слегка сложил руки.

"Тогда."

Затем он развернулся и медленно зашагал прочь. Ученики второго поколения Шаолиня, что с ненавистью смотрели на Хуашань, быстро последовали его примеру.

"Как и ожидалось, это Шаолинь."

"Великолепно!"

Наблюдавшие кивали головами, приветствуя его безупречную манеру поведения.

Так или иначе, все были рады тому, что дело разрешилось без происшествий. Ведь если бы ситуация зашла так далеко, кто знает, к чему бы это привело?

"Но Шаолинь это Шаолинь, верно?"

Пробормотал Чон Мён, растягивая губы в улыбке.

'В любом случае, всё разрешилось благополучно…'

Тук.

В этот момент кто-то положил руку на плечо Чон Мёна.

Чон Мён медленно повернул голову.

Вздрог.

И увидел.

Хён Чжона с таким выражением лица, которое невозможно было себе даже представить.

"……Следуйте за мной."

"……"

'……Странно.'

'Это же монастырь Шаолинь… почему здесь демон?'

'Хе-хе…'

*****

Кон Хва, следовавший за медленно шагающим Поп Чжоном справа, заговорил с недовольным тоном.

"Настоятель, почему вы решили поступить именно так?"

Другие ученики второго поколения, видимо, разделяли его чувства, и не скрывали недовольства на своих лицах.

"Они оскорбили Шаолинь. Эти дети устроили драку на территории Шаолиня! Разве это не полное неуважение?"

"Их следовало наказать!"

Выражение лица Поп Чжона медленно изменилось.

Его некогда мягкое выражение исчезло. С лицом, полным достоинства и строгости, подобающего Настоятелю Тысячелетнего Шаолиня, он холодно упрекнул их:

"Значит, по-твоему, я должен был сказать, что сражаться мечами на глазах у всех с разрешения Шаолиня допустимо, а вот драться на кулаках без разрешения – преступление?"

"Э, это…"

"Ммм."

"Глупцы, глупцы. Вы даже не можете постичь истинные намерения того юнца."

Поп Чжон тихо прочитал мантру.

'Словно на острие лезвия.'

В словах, брошенных как бы в шутку, скрывалась отточенная сталь.

'Что, если бы меня там не было?'

'Кон Хва, вероятно, задержал бы их. Возможно, ему бы и удалось схватить их без проблем, но…'

'Слухи о том, что Шаолинь злоупотребляет властью, притесняя другие секты, непременно просочились бы наружу.'

Он уже предупреждал Лидера секты Хуашань.

За могущественной сектой всегда следуют завистливые глаза.

И если так, то сектой, которой больше всего в мире завидовали, несомненно, должен быть Шаолинь.

Для тех, кто готов уничтожить Шаолинь при первой возможности, этот инцидент стал бы прекрасной добычей. В конце концов, Шаолинь заслужил бы репутацию лицемеров, схватив тех, кого они даже не могли должным образом наказать.

"Хе-хе."

Поп Чжон тихо усмехнулся.

'Неужели тот юнец предвидел все это и создал такую ситуацию? Этот ребенок?'

Ненадолго задумавшись, он заговорил.

"Кон Хва."

"Да, Настоятель."

"Ты знаешь что-нибудь о том юноше по имени Чон Мён?"

"Хмм."

Ответ пришел не от Кон Хва, а от другого ученика.

"Если это Чон Мён из Хуашань, то это, должно быть, Божественный Дракон Горы Хуа, известный сейчас как несравненный величайший мастер младшего поколения в Канхо."

"Божественный Дракон Горы Хуа?"

"Да. Говорят, он с легкостью победил Джин Гымрёна из Южного Края и также одержал победу в поединке с Уданом. Если учитывать даже неподтвержденные слухи, то он победил в поединке с Му Джином из Удана и даже с Главой семьи Сычуань Тан…"

"Как ты смеешь распространять такие небылицы Настоятелю!"

"…Прошу прощения."

Под резким упреком Кон Хва говоривший вздрогнул и замолчал.

"Му Джина из Удана еще куда ни шло, но чтобы Главу семьи Сычуань Тан!"

"Просто слухи такие ходят…"

"Достаточно."

Поп Чжон прервал их разговор.

'Божественный Дракон Горы Хуа.'

Это имя прочно закрепилось в его памяти.

"Говорят, в последнее время Хуашань на подъеме, и вот оказывается, у них есть такой юнец. Несомненно, выдающаяся личность. Если есть такой юноша, то окружающие его молодые люди, конечно же, к нему потянутся."

"…Хотя они сражались без оружия, тот факт, что они в одностороннем порядке разгромили учеников Хайнань — результат, который нельзя игнорировать. Возможно…"

Кон Хва оставил фразу незаконченной.

Даже не дослушав, Поп Чжон понял, что он хотел сказать.

'Возможно, для Шаолиня могут наступить трудные времена.'

Вероятно, Кон Хва хотел напомнить, что Шаолинь и остальные из Десяти Великих Сект в свое время изгнали Хуашань.

Хуашань, несомненно, питает обиду на Десять Великих Сект.

И если влияние Хуашань возрастет настолько, что станет угрозой для Десяти Великих Сект, то неизбежно встанет вопрос о её возвращении.

Это то, чего никто не желает, и то, что никому не принесет покоя.

Но…

Поп Чжон невольно оглянулся назад. Вдалеке виднелись ученики Хуашань.

'Хуашань…'

Заныла старая рана.

Кон Хва беспокоился об этом инциденте, но для Поп Чжона он был пустяком.

На самом деле, ситуация уходила глубже.

Давний, первородный грех давил на Поп Чжона тяжким бременем.

"Как долго мне еще придется держать ладонь, скрывающую небо?"

"Настоятель?"

"Нет, ничего."

Поп Чжон покачал головой.

'Это дело прошлого.'

Более того, это произошло не при его жизни, а несколько поколений назад.

"Кон Хва."

"Да, Настоятель."

"Не спускай глаз с Хуашань и того юноши, Божественного Дракона."

"Так и сделаю."

"Идем."

Поп Чжон немного ускорил шаг.

Однако его шаги оставляли за собой более тяжелые следы, чем прежде.

*****

"……"

"……"

В мире существует очень много слов, которые могут угнетать человека.

Но сейчас Чон Мён внезапно осознал одну истину.

'Слова были бы лучше .'

В трех шагах от него, стоящего на коленях, сидел Хён Чжон.

Как только они добрались до своих покоев, Хён Чжон не проронил ни слова, а лишь злобно смотрел на них. И так продолжалось до сих пор.

Из-за этого не только Чон Мён, но и другие ученики были на грани обморока.

Спина Пэк Чхона была вся в поту.

'Лучше просто избейте нас, Лидер Секты!'

'Лучше уж получить взбучку от Чон Мёна.'

'К-как страшно…'

Так прошло изрядное количество времени.

Хён Чжон, молча смотревший на Чон Мёна и его спутников, наконец, скривил рот и заговорил.

"Я……"

"……"

"«Я ничего не жду от вас взамен, просто не создавайте проблем……»"

"……"

"Я попросил лишь об одном и ненадолго отлучился……"

В глазах Хён Чжона вспыхнул яркий голубой свет.

Увидев это, Чон Мён усмехнулся.

'Вот это человек.'

Когда он впервые его встретил, он показался ему добрым и мягким небожителем-даосом, а теперь в его глазах читалась жажда убийства.

"А вы не смогли и этого короткого времени продержаться без происшествий! Ах вы негодяи паршивые! Аааааа!"

В конце концов, Хён Чжон бросился на них с пеной у рта.

Но его стремлению не суждено было исполниться из-за старейшин, которые схватили его за руки с двух сторон.

"Успокойтесь, Лидер Секты!"

"О боже. Зачем так гневаться? Сделайте глубокий вдох. Глубокий вдох. Вдох вы-ы-ы-ы-ыдох!"

"Это что, глубокое дыхание?"

"А что не так?"

"Ааааа! Сволочи! Проклятые ублюдки!"

Хён Чжон принялся размахивать ногами в сторону Чон Мёна. Но, благодаря крепкой хватке старейшин, его ноги лишь беспомощно болтались в воздухе.

"И не где-нибудь, а в Шаолине! В Ша-а-а-аолине, сволочи! Мне так стыдно, что я даже лица не могу показать! До смерти стыдно!"

"А?"

Тут Чон Мён наклонил голову с видом полного непонимания.

"Это как-то странно. Мы же победили этих отродий из Хайнань, вам бы гордиться надо! Теперь можно и плечи расправить…!"

"Аааааааа!"

Хён Чжон в ярости снял ботинок и швырнул его в Чон Мёна. Тот ловко увернулся от летящей обуви и лишь смущенно ухмыльнулся.

"Хе-хе. Не стоит так сильно меня хвалить. Я, как ученик, просто выполнил свой долг, понимаете?"

"Убирайся отсюда-а-а-а-а-а!"

"Правда?"

"А, нет! Не уходи! Нет, ни в коем случае не уходи! Никуда не выходи!"

Хён Чжон, с посиневшим лицом, в отчаянии рвал на себе волосы.

"Оооххх. Не следовало сюда приходить. И это только первый день! Как же мы справимся с тем, что произойдет дальше! Предки! Предки, пожалуйста, дайте мне сил."

Наблюдая, как он простер руки к небу в молитве, Чон Мён украдкой поднял голову.

'Не знаю, к тому ли предку он взывает, но…'

'Вроде бы я хорошо поступил. Разве нет, Лидер Секты, мой Сахён?'

— Ради всего святого, закрой свой рот.

'Эиии.'

'Как грубо.'

'Хи-хи-хи-хи.'

____________

Перевод, редактура: Лунный Пирожок (Сонпхён)

Мы благодарим всех читателей за внимание к нашему скромному творчеству. Спасибо за теплые комментарии и реакции, надеемся, что в следующем году их будет еще больше 🍊. Мы обязательно продолжим наш перевод и в следующем году. Впереди нас ждет много интересных идей и воплощение в жизнь самых больших и амбициозных планов. И мы очень надеемся, что вы разделите с нами эти приятные моменты)

В качестве новогоднего подарка мы решили устроить для вас марафон глав, а сами ненадолго уходим набираться сил и отдыхать. Приятного чтения и с наступающим Новым Годом! 🎇🎆❤️

🌸 команда Black Ink.